— Почему сейчас? — спросил Ремус, поворачиваясь к старшему волшебнику. — Он провёл там семь лет! Почему он ждал до сих пор, если он всегда мог сбежать?
Дамблдор ненадолго задумался.
— Не так уж это просто. Даже если он нашёл способ пройти мимо дементоров… Всё-таки Азкабан находится посреди моря не просто так, и не только для того, чтобы дементоры были как можно дальше от населения. На самом деле, у Корнелиуса была одна довольно странная идея — разослать их по всей стране на поиски Блэка. Но зачем подвергать их влиянию сотни беззащитных людей, когда они даже не чувствуют его в анимагической форме?
Дамблдор покачал головой. Похоже, насчёт дальнейших действий он в корне не соглашался с министром магии. Ремус подозревал, что это и стало причиной последней отлучки Дамблдора. Впрочем, то было дело Альбуса; у него же было свое собственное.
— И всё же, — заговорил Ремус, снова присаживаясь, — почему сейчас?
— Мне кажется, для этого понадобилась мотивация огромной силы, — сказал пожилой маг, откидываясь на спинку стула. — Знаю, сама мысль об этом приводит в замешательство.
Ремус прекрасно понимал, что имел в виду Дамблдор. Сириус совершил почти невозможное. Его решимость должна была достигнуть апогея. Оставался лишь один извечный вопрос. Почему? К чему с таким рвением стремился Сириус?
***
Сириус не забыл, что крестник прокомментировал его неопрятный вид. И он был уверен, что мальчик будет больше доверять человеку, похожему на человека. Кроме того, это была приятная мысль. После долгих лет, проведённых в мерзкой грязи, вновь стать чистым и, возможно, даже бритым… Но сначала — Гарри.
Когда после завтрака Сириус завёл разговор о купании, Гарри посмотрел на него круглыми глазами. Сириус хихикнул. Мысли его крестника были слишком очевидны.
— Да, знаю — наверное, мне это нужно больше, чем тебе, — сказал он. Гарри тут же смутился, и Сириус понял, что его догадка оказалась верна. — Но я понятия не имею, как много горячей воды у нас есть, а на моё тело одной ванны может не хватить. Поэтому иди первым.
Гарри улыбнулся.
— Если хочешь, можешь меня потом подстричь, — продолжил Сириус, облизнув ложку с остатками каши.
— Правда? — спросил Гарри с каким-то слишком сильным для восьмилетнего мальчика энтузиазмом. И Сириус твёрдо решил, что за следующие пару недель Гарри испытает небывалое веселье.
— Конечно, — ответил он, улыбаясь мальчику. Он успел заметить, что его улыбка довольно сильно успокаивает ребёнка, и теперь старался улыбаться почаще. — Если ты мне поможешь, я хотя бы не отрежу случайно себе голову.
— Хорошо, — сказал Гарри. Он положил ложку в свою тарелку, потянулся за посудой Сириуса, которую тот отодвинул в центр стола, слез со стула и отнёс всё в раковину.
— Мне помыть их? — спросил он, робко глядя на Сириуса.
— Эмм… нет, не стоит, я сам — чуть позже, — удивлённо моргнул Сириус.
Гарри всё ещё держал посуду в руках и странно смотрел на Сириуса, будто выискивая ловушку. Тётя Петунья тоже иногда говорила что-то вроде этого. «Нет, блин, тупица, зачем бы тебе это делать? Очевидно же, что я могу и сама! Зачем бы тебе вообще что-то делать? Может, тебе надо весь день лежать на диване, а мне — тебе прислуживать?» Кстати, это очень хорошо описывало её отношение к Дадли, но Гарри понимал, что она говорила это не всерьёз. А всерьёз ли сказал это крёстный? Может, его просто проверяли?
Сириус поднялся, и Гарри сделал шаг назад. Но тот только забрал у него из рук тарелки и поставил в раковину. А потом он взъерошил Гарри волосы и с улыбкой кивнул в сторону ванной.
— Пойдём помоем тебя.
Сириус повернул ручки крана, и ванна начала наполняться водой. От неё шёл слабый пар. После он взял с полки какую-то бутылку, принюхался и, удовлетворённый, налил немного фиолетовой жидкости в воду. Она приятно пахла лавандой, и на воде от неё появилась пена фиолетового оттенка. Гарри заулыбался. У Дурслей ему всегда приходилось купаться после Дадли, и вода вечно была немного мутной, а пена — давно полопавшейся. Но такая, другая ванна выглядела куда более привлекательной.
Когда ванна наполнилась, Сириус выключил воду. Гарри разделся и залез внутрь, предварительно глянув на того в поисках поддержки. Но его только шутливо подтолкнули.
— Вода нормальной температуры? — прозвучал обеспокоенный вопрос, и Гарри кивнул. Он был почти что в раю.
— Да. Спасибо. Это правда здорово.
Сириус протянул ему мочалку.
— Можешь немного поплескаться, а потом, если хочешь, я помою тебе голову. Или ты и сам справишься?
Гарри закусил губу. Когда тётя Петунья ещё мыла ему голову — она давно уже перестала — она делала это достаточно грубо, и ему в глаза попадало мыло, из-за чего он иногда пищал, а она говорила ему прекратить.
— Обещаю, что постараюсь, чтобы мыло не попало тебе в глаза, — сказал Сириус, будто прочитав его мысли. И тогда Гарри кивнул. Он знал, что не следовало так докучать Сириусу, но ему было очень приятно чувствовать, что кто-то о нём заботится — прямо как настоящий родитель.
Сириус усмехнулся, сунул руку в воду и брызнул в сторону Гарри. Струя воды попала Гарри в лицо, и он удивлённо моргнул через внезапно намокшие очки. Но Сириус только улыбнулся и сделал это снова.
— Ну как? А ты попадёшь? — подзадорил его он.
Гарри не знал, что и думать. Сириус хотел, чтобы на него брызнули? Он неуверенно опустил руку в воду и вполсилы брызнул в сторону крёстного, но не попал.
— Давай! — воскликнул Сириус. — Ты можешь лучше!
Гарри попытался вновь, прилагая больше силы. Но на сей раз он перестарался, и струя воды намочила волосы и одежду Сириуса. Гарри посмотрел на него с ужасом в глазах, но Сириус просто рассмеялся.
— Хорошая работа, — ухмыльнулся он, глядя на Гарри в ответ и моргая намокшими глазами.
Гарри покраснел, но улыбнулся. А затем Сириус затряс головой, совсем как Бродяга, и капли воды разлетелись по комнате. Гарри усмехнулся.
Сириус посмотрел в его сторону, имитируя гнев.
— Ты думаешь, это смешно, ты, маленький нахал?
Он сунул руки в тёплую воду, нащупал стопы Гарри и начал его щекотать.
Гарри громко, визгливо засмеялся.
— Нет! Не надо, Сириус! — закричал он, но тот не остановился.
Гарри засучил ногами, резко потерял равновесие и опустился на дно ванны. В следующую секунду он вынырнул, отфыркиваясь и моргая. Сириус взорвался смехом и плюхнулся на пол. Гарри уставился на своего мокрого крёстного, который совершенно по-дурацки растянулся на полу и теперь лающе хохотал, присвистывая. Внезапно что-то защекотало его живот изнутри. Это чувство поднялось к груди. Он попытался его остановить, но не смог. А затем вымокший до нитки мальчик, сидящий в ванне, захохотал. Он смеялся, пока бока его не заболели, и он, выдохшийся, с раскрасневшимся лицом, не сполз на дно, продолжая тихо хихикать.
***
— Я должен узнать, чего Сириус хочет от Гарри. И для этого мне нужно осмотреть место происшествия самому, — объяснил Ремус. — Я в курсе, что вы уже опросили Дурслей, но я прямо чувствую, что начинать надо оттуда, — беспокойно взглянул он на Дамблдора. Пожилой маг всегда утаивал информацию о родственниках Гарри, и стремление Ремуса их посетить могло быть воспринято в штыки.
— А вы уверены, что хотите начать собственное расследование?
Ремус только поднял бровь. Дамблдор вздохнул. Очевидно, это его не слишком радовало.
— Хорошо, Ремус, — наконец сказал он. — Признаюсь, мне не особенно нравится подход министерства к этим поискам. Но пообещай мне кое-что. Когда ты их найдёшь, немедленно вызови меня. Не контактируй с Блэком самостоятельно. Помни, что случилось с Питером. Не подвергай опасности невинного ребёнка.
— Я всё понимаю. Обещаю, что немедленно отправлю вам сову, если что-то найду.
Ещё раз тихо вздохнув, Дамблдор взмахнул палочкой и создал голубой чайник в мелкий горошек, две чашки такого же цвета, сахарницу и серебристое блюдце со сливками. Он взял одну из чашек, наполнил её и протянул Ремусу.
— Что вы желаете узнать? — спросил он.
Ремус облизнул губы и посмотрел на Дамблдора долгим взглядом.