— Он был… — нахмурился Дамблдор. — Он не должен быть…
— Мистер Блэк! Почему вы не в постели?! — заголосила мадам Помфри. В этот же момент желеподобные ноги Сириуса не выдержали, и он начал кучей оседать на пол.
— Сделайте уже что-нибудь! — прикрикнул Фадж на авроров. Долиш немедленно отреагировал.
— Петрификус Тоталус! — взревел он. Заклинание ударило Сириуса в грудь, и тот тяжело бухнулся на пол. Робертс и Скримджер медленно подошли к нему с нацеленными на него палочками.
Но вдруг из спальни выбежала маленькая фигурка и кинулась к лежащему на полу беззащитному мужчине.
— Нет! Не трогайте его! Что вы с ним сделали?! Ему же больно! — закричал Гарри, сжимая кулачками одежду Сириуса. — Сириус? Сириус! Что с ним? — испуганный взгляд Гарри переметнулся к Ремусу. — Почему он ничего не говорит? — прошептал он. — Почему он не двигается? — по лицу Гарри ручьями текли слёзы. — Он умер? — всхлипнул он.
Кучка взрослых застыла столбом, но Ремус быстро взял себя в руки. Он наклонился и обнял Гарри, пытаясь успокоить мальчика.
— Он не умер, Гарри, его просто обездвижили, — заверил он.
Но Гарри его не слышал, только крепче прижался к крёстному и продолжил выкрикивать его имя. В порыве отчаяния мальчик схватил единственного человека, который относился к нему с любовью, за плечи и попытался его потрясти, но смог только повернуть его голову лицом к себе.
И глаза Гарри встретились с залитыми слезами печальными серо-голубыми глазами крёстного.
========== 21. Ничто меня не остановит ==========
Гарри уставился в серо-голубые глаза крёстного. Они смотрели на него в ответ. Они его видели. Значит, он не умер, верно? Он не мог умереть! По щеке мужчины скатилась одинокая слеза. Он плакал…
— Сириус? — едва слышно прошептал Гарри. Ответом ему были только слёзы крёстного.
Несколько рук схватили его и отстранили. Его спину прижали к чьей-то тёплой груди, обнимая, но он не сводил глаз с Сириуса. Двое незнакомцев возвышались над его крёстным, направив на его пластом лежащее тело короткие деревянные палочки, совсем как Ремус вечером. Гарри начал извиваться в удерживающих его руках.
— Нет! Оставьте его! Пожалуйста… пожалуйста, не трогайте его! — по щекам Гарри ручьями текли слёзы. Он громко рыдал. Почему всё так получилось? Кем были все эти люди? Почему они хотели обидеть Сириуса? Он сильнее задёргался. Он должен был помочь ему!
— Отпустите меня! — закричал он, вырываясь из невидимых рук, удерживающих его. — Пустите!
Но он не был достаточно сильным. Он был слишком слаб, как всегда, и теперь он потеряет крёстного, и это будет полностью его вина. Он продолжил бороться с железной хваткой всем весом своего детского тельца. Возможно, это сила его сопротивления так удивила удерживавших; в любом случае, он вырвался и пушечным ядром метнулся к крёстному, сторожевым псом становясь на его защиту, бросая незнакомцам вызов.
Вчера Ремус и не подумал бы, что такое возможно. Даже сейчас это зрелище его поражало. Гарри Поттер, крошечный мальчик ростом с Ремусову ногу, похищенный предполагаемым убийцей его родителей, с горящими глазами стоял на страже человека, которого обвиняли во всех злоключениях этого ребёнка, словно могучий гриффиндорский лев, готовый сражаться до последнего. Гарри Поттер защищал Сириуса Блэка. Если бы сам Ремус не начал сомневаться во всей этой истории, он бы, наверное, глазам своим не поверил.
— Молодой человек, отойдите. Этот мужчина опасен. Мы его арестовываем, — заявил министр, раздражённо нахмурившись.
— Ты что, не знаешь, кто он, мальчик? — рявкнул Скримджер. — Это из-за него ты сирота.
Гарри с подозрением оглядел обоих. Даже представить было страшно, как сильно его пугали окружающие незнакомцы, смотревшие на него со злостью и раздражением. Но Гарри нерушимо стоял, сжав руки в кулаки. Скорее всего, он боялся отвечать — он мог только заслонять того, кого желал защитить от неведомой опасности.
Ремус на секунду заколебался, а после встал рядом с Гарри, между Сириусом и аврорами, примирительно вытянув руки вперёд.
— Почему бы нам всем не успокоиться? — предложил он. — Мы никуда не спешим. Вы уже обездвижили его; он никуда не денется.
Гарри одарил Ремуса взглядом, полным надежды и благодарности. Тот шагнул к мальчику поближе и как бы невзначай положил руку ему на плечо, одновременно скрывая Сириуса из виду.
— Прекрасное предложение, Ремус. Почему бы вам с Поппи не вернуть его в постель, после чего мы сможем обсудить дальнейшие планы? — поднял брови Дамблдор, окинув взглядом авроров и министра магии.
— Я не понимаю, что здесь обсуждать, Дамблдор, — прорычал Скримджер. — Преступник очнулся и самостоятельно выбрался из кровати. Если он сумел это сделать, значит, вы не способны охранять его должным образом. Мы доставим его в министерство и заключим под стражу, как всё и должно было случиться с самого начала.
— Это действительно странное происшествие, — спокойно ответил Дамблдор. — То, над которым нужно поразмыслить. Мистер Блэк преодолел очень сильные вяжущие чары. Он может точно так же сломать ваши.
— Вы не можете переместить его в министерство прямо сейчас, и это не обсуждается! — яростно запротестовала мадам Помфри. — Пару часов назад мистер Блэк был на грани смерти! Ему нужны покой и медицинская помощь!
— Он прекрасно способен получить её от министерского колдомедика! Этот человек — серийный убийца! Вы бы и над Сами-Знаете-Кем сюсюкали! Я этого не позволю! — огрызнулся Скримджер, едва не брызжа слюной ей в лицо.
— Знаете, милая леди, — вклинился Фадж, — должен сказать, я весьма удивлён. Вам-то точно известно, что он натворил!
— Мне, к примеру, известно. Он спас нам с Гарри жизнь, рискуя своей, — вежливо сказал Ремус. — Возможно, вам стоит принять это к сведению.
— Не сомневайтесь, события прошлой ночи будут тщательно рассмотрены, — заверил Фадж, с подозрением глядя на Ремуса. — Но сейчас важнее всего заключить под стражу опасного преступника.
— В опасности сейчас только его жизнь! — возразила мадам Помфри. — Он даже стоять на ногах не может!
— Ему и не понадобится стоять на ногах, — ответил Фадж. — Это стандартная процедура, её не обойти. А мальчику нужно вернуться к своей семье. Это дело слишком затянулось.
— Что?! — взревел Ремус. — Что вы имеете в виду, говоря «к своей семье»? Вы не можете вернуть Гарри этим людям!
— У нас есть и другие варианты, Корнелиус, — вступил в беседу Дамблдор. — Не хотелось бы ещё одного скандала по вине необдуманных действий, не так ли?
Голова Гарри шла кругом. Он не понимал ничего, о чём говорили все эти люди, кроме того, что они спорили, что нужно сделать с Сириусом. Почему они не могли просто взять и уйти? Пускай бы они ушли! Ремус отпустил его, и теперь он, незамеченный взрослыми, сидел рядом с крёстным. Глаза Сириуса сосредоточенно наблюдали за ним, и ему было очень-очень страшно. За последние пару месяцев ни разу не случалось такого, чтобы Сириус не знал, что делать, или не мог чего-то исправить. А теперь он боялся, что будет дальше. Сириус говорил, что он никогда не вернётся назад, что теперь он будет с ним, со своим крёстным, но что, если эти люди ему не разрешат? Старик в странной шляпе сказал, что он вернётся к своей семье. Но его семья — Сириус! Настоящая семья! Он сам так сказал! У Дурслей Гарри был уродом, которого никто не любил, о котором никто не хотел заботиться. Но Сириус сказал, что на самом деле всё было не так. Он говорил, что Гарри волшебник, что он вовсе не тупой и не бесполезный. Он говорил, что любит его. Но самым важным было то, что Гарри полюбил Сириуса. Такой сильной любви он ни к кому ещё не чувствовал. И если бы даже случился конец света, если бы всё навсегда разрушилось, Гарри бы это вынес, только бы Сириус был всегда рядом.
Маленькая ладошка обхватила большую. Он должен был оставаться сильным и смелым. Он не мог подвести крёстного сейчас. Сириус всегда выручал и защищал его. Теперь он должен был защитить Сириуса.
Но всё оказалось бесполезным, хотя они старались. Дамблдор долго вздыхал. Лицо мадам Помфри пошло красными пятнами, губы сжались в тонкую полоску. Ремус спорил, пока его голос не охрип окончательно, а он сам не зашёлся в приступе кашля и не был отправлен в постель суровой медсестрой. Сам Гарри умолял, рыдал и цеплялся за крёстного, пока Дамблдор не разжал наконец его пальцы.