О мой Бог.
— Зачем ему это нужно? — Спросила я.
— Не знаю, — ответила она. — И я не отдала ему. Я сказала ему поговорить с Ллойдом, если у него возникают вопросы по поводу твоего расписания. Он разозлился, как обычно, бывает, и Хит увидел, что происходит. Он вышел и вмешался. Мистер Бирман отступил и ушел, но Хит сказал мне, что я должна сообщить об этом Ллойду, и пошел со мной, когда я отправилась к боссу. Когда я все рассказала, Ллойд выглядел по-настоящему взбешенным. Он пообещал, что позаботится об этом. Потом они с Хитом на долго остались у него в кабинете, не похоже было, что разговор был счастливым. Позже Сэнди рассказала мне, что когда Хит был в Сан-Франциско на прошлой неделе, мистер Бирман попросил такую же информацию о нем.
Сэнди была ассистенткой Хита, и Сэнди была похожа на Тэнди, такая же милая, умная, энергичная и очень симпатичная.
У меня также было ощущение, что Хит имеет не только рабочие отношения с Сэнди, что было бы нехорошо, если босс завел нерабочие отношения с работником под его началом. Но если это и было, то она молчала, и, очевидно, Хит тоже. Если бы она что-то говорила об этом, Тэнди бы мне сказала.
У Хита с Сэнди было немало встреч за закрытыми дверями, где через стеклянную стену было видно, как они улыбаются друг другу и часто смеются. В эти моменты Хит смотрел на нее не так, явно не думая, что она так отлично организовала его рейсы в Сиэтл, что они заливались от смеха вдвоем, а смотрел так, будто ему нравилось видеть ее в своем кабинете так же, как ему понравилось бы позже выпить с ней бокал вина и получить от нее минет.
Однако в тот момент я не могла думать о Хите и Сэнди.
А думала только о том, что злюсь на Рэнди Бирмана, настоящего мудака.
— Ради всего святого, зачем? — огрызнулась я.
Тэнди неловко поджала губы, затем наклонилась еще ближе и сказала:
— По слухам, он думает, что вы оба недостаточно хороши.
— Мы оба превышаем все объемы продаж по показателям, — отметила я.
— Я знаю. Ллойд это тоже знает. Мистер Бергер это знает. Но девочки поговорили, и мы на самом деле думаем, что дело не в тебе и Хите. Это касается Ллойда. Он нацелился на вас, ребята, чтобы подорвать репутацию Ллойда.
Я почувствовала, как мои глаза расширились.
— Что? Почему? Ллойд потрясающий.
На этот раз она подвинулась вперед на своем стуле так, что буквально легла на мой стол, прошептав:
— Некоторое время назад, после убийства доктора Гартнера, Ллойд запросил кое-какие подробности о «Тенрикс», которые он не смог найти на серверах, обычные материалы, к которым он, как директор, должен иметь доступ. Наверное, что-то важное, хотя я не знаю, что это за материалы. Но их там не оказалось. Ему нужны эти материалы, поскольку он должен дать вам вводные — тебе и Хиту, чтобы ваши представители продавали этот продукт. Мистер Бирман сказал Ллойду, что найдет эти материалы и передаст. Но он ничего не передал. Ллойд спрашивал, наверное, миллион раз. Перед тем, как Миранда свалила, сказала Дженни, которая рассказала мне, что слышала, как мистер Бирман и Ллойд спорили в одном из задних конференц-залов, Ллойд сказал мистеру Бирману, если тот не предоставит ему эту информацию в течение двадцати четырех часов, он пойдет к мистеру Бергеру.
— Он предоставил ее?
Она кивнула.
— Да, но вот тут-то и начинается самое странное.
О, черт.
Еще одна странность.
— Что именно странное? — Спросила я.
— Кэтлин сказала, что эти материалы были датированы в компьютерных файлах тем днем, когда он передал информацию Ллойду.
Кэтлин была секретарем Ллойда, но даже в этом случае Ллойд получал электронную почту напрямую, и конфиденциальные документы не проходили через нее.
— Откуда она это узнала?
Тэнди смутилась.
— Она, э-э... вроде как заглянула ему через плечо и увидела.
Я пропустила это мимо ушей и подтолкнула:
— Это значит...?
— Фрэнки, эти файлы должны были быть сохранены доктором Гартнером, примерно, несколько месяцев назад. Некоторые из них годами назад. Они все были сохранены в один и тот же день, и этот день был тем самым днем, когда он отдал эти данные Ллойду.
О нет.
У меня было предчувствия, что я понимаю, что это может означать, и это совсем было не хорошо.
— Может кто-то вносил в них правки? — Поинтересовалась я.
Она покачала головой.
— Не знаю. Эта деталь не ускользнула от внимания Ллойда, и Кэтлин сказала мне, что он обратился по этому поводу к мистеру Бирману. Мистер Бирман все объяснил, но, Фрэнки, это подозрительно. Все так думают.
Я тоже так думала.
И еще подумала, что ассистенты слишком глубоко суют свой нос во что-то, что может плохо для них закончиться.
Поэтому посоветовала ей:
— Тебе нужно быть осторожной, милая.
Она посмотрела на свои колени.
— Тэнди, — позвала я, и она оглянулась на меня. — Тебе нужно вести себя более осторожно. Я понимаю, что он мудак, он ведет себя больше мудаком, чем обычно, политика в офисе становится отвратительной, он ведет себя странно, а вам, ребята, любопытно. Но я не думаю, что все это хорошо закончится, так что, что бы ты ни делала, должна действовать так, чтобы я смогла тебя защитить. Ллойд или Бирман, или кто-то еще узнает, что вы, ребята, суете нос не в свое дело, скорее всего, это исключительно конфиденциальная информация. Поэтому ваше любопытство будет трудно объяснить, может послужить основанием, в лучшем случае, для письменного предупреждения, в худшем — для увольнения. Это также означает, если об этом узнают, это серьезное нарушение, я не смогу вас защитить.
Чего я не сказала ей, что доктор Гартнер, в чьи файлы были внесены изменения, был убит, она знала об этом, но могла не знать, чем все может закончиться для нее и другой ассистентки.
А означало это, если одно связать с другим, я на самом деле не смогла бы защитить ее, когда речь шла бы о ее жизни.
— Пусть сами разбираются, — заявила я ей, заканчивая. — Я забочусь о тебе, когда говорю тебе делать свою работу, не во что не ввязываться, обезопасив себя, позволить случиться тому, что должно случиться. Ллойд не глуп. Он работает в этой компании уже шесть лет. Он вложил деньги. Он не самый большой поклонник Бирмана. Пусть большие рыбы докажут, у кого самые острые зубы.
Она сжала губы так, что у меня пробежались мурашки по коже. Предчувствие стало прямо-таки колючим, когда она несколько секунд избегала посмотреть мне в глаза. Но я почувствовал себя лучше, когда она снова посмотрела на меня и кивнула.
— Хорошо, милая, передай Сэнди, Дженни и кем угодно еще мою точку зрения и будь умной девочкой, хорошо?
— Хорошо, Фрэнки.
Я улыбнулась ей.
Она одарила меня маленькой, странной улыбкой в ответ, которая также не вызвала у меня теплых мурашек, и покинула мой кабинет.
Я снова посмотрела на свой компьютер и увидела, что до встречи осталось семнадцать минут.
Это означало, что я схватила свой мобильный, нашла номер Бенни и нажала вызов.
Он ответил:
— Йо, cara, я думал, у тебя встреча только в четыре?
— Бен, Бирман нацелился на меня и моего коллегу Хита, пытаясь выставить моего босса в дурном свете, способ, которым он нацелился на меня, заключается в попытке получить информацию о моих поездках в Чикаго и моих выходных.
Бен помолчал минуту, прежде чем пробормотать:
— Черт.
— Угу, — согласилась я.
— Ты подстрахована здесь? — спросил он.
— В первый рабочий год отгулы начисляются не очень быстро, но они у меня есть. У меня есть три дня по болезни и еще один личный выходной день, так что здесь все чисто. Мои представители занимаются производством, так что здесь тоже все чисто. У него нет возможности найти, пока я была в Чикаго, что со мной нельзя было связаться, со мной постоянно можно было связаться, пока я была в Чикаго. Тем не менее Бирман превращается из мудака в полного мудака. Я не знаю, как ведут себя полные мудаки, офисная политика может стать уродливой в этом деле. Нет ничего необычного в том, что члены команды становятся мишенью для кого-то, кто нацелился на высокопоставленного руководство, и эти члены команды первыми принимают огонь на себя.
— Ты думаешь, что это не очень хорошая идея, раз он начал копать по поводу твоих поездок в Чикаго, обращаться к своему руководству с просьбой о вне офисной работы в Чикаго, — предположил Бен.
— Нет. Я думаю, что нам с тобой обоим нужно быть готовыми к тому, что все может обернуться некрасиво. И твоя часть в том, если все станет плохо, тебе придется слушать мои разглагольствования и мириться, что я буду регулярно психовать. Потому что я надрываю задницу в этой компании, если они откажут мне в работе из Чикаго, так тому и быть. Но если на меня будет нападать этот мудак, замышляющий вендетту против моего босса, я не из тех девушек, которые сдаются без боя.
В его голосе была улыбка, когда он сказал:
— Вот это моя Фрэнки.
Да. Вот кем я была.
Бенни — это Фрэнки.
Внезапно я перестала нервничать.
— Это еще не все, — сообщила я ему.
— Судя по твоему тону, не похоже, что ты хочешь сказать мне, что в настроении позвонить мне сегодня вечером, когда я вернусь домой из ресторана, чтобы мы могли заняться сексом по телефону.