Ещё несколько мгновений этого чистого блаженства и ей придётся отстраниться, срочно напомнив о своей потребности в воздухе.
Он прижался лбом к её лбу, когда она это сделала, и сам слегка задыхался, прикрывая глаза.
И он выглядел… он выглядел таким умиротворённым, таким счастливым, что это заставило её грудь болеть, потому что она внезапно вспомнила, что это неправильно. Что это не то, что она могла ему дать — она не могла дать ему счастье, не совсем, потому что она не могла дать ему то, чего он хотел.
«Я не могу дать ему семью».
Поэтому Санса отстранилась от него, на этот раз действительно отодвигаясь, и встала. Она видела, что он смущён, и ей пришлось отвести взгляд.
— Я думаю, тебе лучше уйти. Спокойной ночи, милорд.
— Я… но Санса, разве мы не должны…
— Пожалуйста, Тирион, — перебила она его, избегая обиженного взгляда, который, как она знала, был направлен на неё, — пожалуйста, уходи.
Он это сделал и, к его чести, не хлопнул дверью, так ничего и не сказав.
Тогда она осталась одна. Разделась до сорочки и забралась в постель. Прикоснулась к губам, к которым он прижимался всего несколько мгновений назад.
А потом зарылась лицом в подушку и прорыдала всю ночь напролёт, пока наконец не провалилась в беспокойный сон.
========== Глава 19 ==========
Комментарий к Глава 19
Комментарий автора:
Эта глава буквально состоит из 6000 слов (обычно это 2000), и я думаю, что вам понравится.
Комментарий переводчика:
Буквально. Четырнадцать. Страниц. Пожалуйста, скажите, что вам понравилось.
Кроме этого я, очевидно, в этом месяце оставшиеся четыре главы перевести не успею (они огромные; следующая, как минимум, больше этой на пять страниц), но у нас есть целый август и - будьте уверены - этим летом я намерена закончить эту работу.
Санса всегда вставала рано утром. От природы она спала чутко, и обычно её будило солнце или слуги за дверью.
Но когда это произошло сегодня, утро было слишком ранним.
Громкий стук — причина того, что она проснулась с затуманенными глазами, когда солнце ещё даже не встало.
Она неохотно поднялась с кровати, натянула халат, брошенный на стул, и пошла к двери. Прежде чем она успела открыть дверь, раздался ещё один, более сильный стук.
— Минутку! — сказала она, глядя на деревянную поверхность и возясь с завязками халата.
Она услышала громкий шум снаружи, но в остальном стук прекратился.
Когда ей наконец удалось открыть дверь, она обнаружила не Тириона, не гонца и не Дейенерис, а Бронна.
— Что ты здесь делаешь? — уставилась она на него.
— Я пришел, чтобы исправить твои ошибки, — скрестил руки на груди он.
— Мои что?
Он шумно вздохнул.
— Мне нужно поговорить с вами, леди Старк. Можно войти?
Она знала, что Бронн был очень неприличен с тех пор, как они вместе были в дороге, что он происходил из среды, которая не придавала большого значения приличиям, но даже так она поморщилась. В конце концов, на улице всё ещё было темно, и мужчина просил разрешения войти в покои леди. И это в Красном замке, где сплетни питались случайным прикосновением рук во время танца, не говоря о более скандальной встрече в предрассветные часы.
Тем не менее, она догадывалась, о чём пойдёт речь, поэтому слегка кивнула и отступила, давая ему возможность войти.
— Спасибо, — сказал он, засунув большие пальцы за пояс и выглядя так, словно собирался войти независимо от её ответа.
Она закрыла за ним дверь и плотнее закуталась в халат, пока он прислонился к стене.
— Ну и что? — подсказала она.
Санса не знала, чего ожидала, но точно не этого:
— Ты выглядишь ужасно.
— Прошу прощения? — изумленно уставилась она на него.
Он снова сложил руки на груди.
— Ну, не так уж и ужасно. Ты слишком хорошенькая, чтобы выглядеть ужасно. И всё же, — начал он, выгибая бровь, — бывало и лучше.
Санса ощутила, как от гнева её щеки залило жаром.
— А кем ты себя возомнил, ввалившись в мои покои.?
— Право, — поднял он руку, прерывая её. — Прошу прощения, миледи. Я просто хотел сказать, что, похоже, у вас была тяжелая ночь.
Её гнев немного рассеялся — он не ошибался, она, вероятно, действительно выглядела ужасно.
— Так и есть, — призналась она, переминаясь с ноги на ногу.
— Мг, — ответил он, повернулся и пошёл к её столу, где бесцеремонно начал перекладывать её бумаги со стула. — Я уже слышал об этом.
— Слышал? Прекрати это! — вскрикнула она, бросаясь к нему, когда он начал перекладывать на пол стопки новых строительных контрактов.
Он поднял руки в знак капитуляции, когда она выхватила документы из его рук и отодвинула их в сторону. Он уселся без приглашения.
— Да. Видите ли, вчера вечером ваш лорд-муж велел мне встретиться с ним в таверне, причем довольно поздно.
При упоминании о Тирионе у неё скрутило живот, и она попыталась скрыть любопытство в своём голосе.
— О?
— О, — передразнил со смехом Бронн, без злобы. — Да. К тому времени, как я туда добрался, он уже был в дрова, но, судя по тому, что мне удалось из него вытянуть, вчера вечером между вами что-то произошло. Или я ошибаюсь?
Она не знала, что на это ответить, и потому заняла место в другом кресле.
— Не понимаю, какое тебе до этого дело.
— Я уже больше месяца наблюдаю и слышу всё о вашей непрекращающейся тоске друг по другу — фыркнул он. — И это он рассказал мне обо всём, позвольте напомнить.
— Тоске? — переспросила она, закатывая глаза, когда наконец села напротив него. — Это, конечно, неправда.
— Дерьмо собачье! — воскликнул Бронн так громко, что она слегка подпрыгнула. — Простите, миледи. Но в самом деле. Если бы мне пришлось ещё минуту смотреть, как он с тоской смотрит на тебя, или слышать: «она слишком хороша для меня, Бронн», или «ей на меня наплевать, Бронн», клянусь, я бы сошёл с ума.
— Я не совсем уверена, что ты уже этого не сделал, — пробормотала она, хотя его слова задели её за живое.
— И я тоже, учитывая, как долго имею дело с этим влюблённым коротышкой!
Её глаза быстро встретились с его, прежде чем она отвела взгляд. Влюблённость? В Тирионе было много разных вещей, но влюблённость определенно не входила в их число. Да, возможно, она ему нравилась, нравилась как компаньонка, но тосковал ли он по ней? Нет.
Должно быть, колебание Сансы стало заметным, потому что Бронн улыбнулся и откинулся на спинку стула.
— А, так ты еще ничего не поняла.
— Поняла что? — ответно спросила она, защищаясь.
— Что он влюблён в тебя, — сказал он, и выражение его лица было настолько самодовольным, что ей действительно захотелось дать ему пощёчину.
— Это не так, — отрицала она, качая головой.
Бронн лишь расмееялся.
— О, Леди Старк, это так.
— Я очень в этом сомневаюсь, — сказала Санса, скрестив руки на груди. — Да и откуда ты знаешь?
— Кроме того, что у меня есть глаза? — спросил он, склонив голову набок. — Я полагаю, мы могли бы начать со вчерашнего вечера. Он упоминал об этом пару сотен раз, когда не пытался напиться до смерти.
— Он, — она сглотнула. Тирион? Влюблён в неё? С каких это пор? — Он так сказал?
— О, да. Несколько раз. В основном это были просто «Бронн, я так сильно люблю её» и «Бронн, я слишком сильно люблю её, чтобы позволить ей уйти», но были и такие: «я умру, если она не чувствует того же».
— Это на него не похоже, — с сомнением произнесла она.