- Но ведь это правдо. - я смотела в эти ошалелые от счастья глаза, которые смотрели на меня, сквозь непослушные, немного растрёпанные волосы. - Мне всё равно. - выдал Миша натягивая рубашку, и убирая волосы назад. - Завяжешь мне галстук. - Ты и сам можешь. - у меня начали трястись руки. Я могу спалить до тла все три мира, но лишь он один заставляет меня дрожать от ревности. - Да и что это задурость такая то? - Мама всегда заставляла, а теперь просто маленький обычай. - Мишка протягивал мне чернильно чёрный галстук. - А самому никак? - я всё ещё надеялась, что он и без меня справиться. - Хочу что бы ты завязала! Софи, пожалуйста. Не лишай меня этой маленькой радости. - Миша подошол ко мне почти вплотную. - Я и так перебиваюсь "с хлеба на воду" в наши редкие встреси, иногда не понимая тебя даже. - Миша, я и сама хочу остаться, но думаю нет смысла обьяснять, почему и как так вышло! - еле завязав ему галстук непослушными пальцами и трясущимеся рукамию, я уже почти выла, а к горлу подступал неприятный, липкий комок истерики. - Дермодемон, блин! Зла у меня на тебя не хватает. - Тогда почему тебя трясёт? Я даже сейчас это чую. - Миша улыбался. - Зачем спрашиваешь, если знаешь ответ и сам. - я чуть ли не плакала, как вдруг он одним резким движением приподняв свою рубашку, приложил мою ладонь к своему животу. - Это тело твоё! Пренадлежит только тебе! - прикрыв глаза, и прижавшись своим лбом к моему лбу, прошептал Миша. - Я хочу быть только твоим, не хочу чтобы ты меня с кем то делила. Это касаеться обоих полов! Хочу, чтобы только ты одна распоряжалась мной! Моей душой и телом! - Мишка, Лютый! - липкий комок слёз душил, и как же сейчас грели душу его слова. - Ты одна для меня существуешь. Других я даже не замечаю, не воспринимаю. - Миша скосил взгляд на платье. - Мамина работа. - Ага, она и Мирке, и девочкам нашила. - Вот и славно. - выдал он, а потом резко согнувшись и похватив меня за ноги, подросив слегка,обхватил мои ноги и прижал к стене. Он делал и раньше так, но тогда я всегда была у него за спиной. А теперь, я даже взвизгнуть не смогла, что уж говорить о других звуках. - Хочу тебя обнимать вечно. Хочу знать, что моя. - Миша, глупенький, я и так твоя. - я лишь прижала свои ладони к его щекам, а его непослушные волосы скрывали ему лицо. - Ты ещё этого не понял?! Как же я без тебя? А? Лучше убей меня. Вырви сердце, в клочья разорви. Ведь только смерть может отнять меня у тебя, а тебя у меня. А всё остальное ерунда. Стерпиться, переживёться, забудеться как страшный сон. - София, я ведь не железный. Я ведь не могу так, мне кошмары сняться, в которых ты умираешь у меня на руках, или забываешь меня, уходишь к другому. - выдал мне Миша, и тихо заплакал. - Мишь, а мне думаешь легко. - я лишь тихонько прижала его к себе, гладя по растрёпанной макушке. - Поплачь, это иногда нужно. Знал бы ты, сколько я тогда, в первые месяцы ревела. Я круглыми сутками плакала, даже во сне. Пока не услышала твою гитару. И мне не нужны были слова чтобы знать, что ты меня зовёшь с этой стороны. Зовёшь к себе, домой. - Что? Ты слышала мою гитару на той стороне? - Миша лишь удивлённо хлопал красными от слёз глазами. - А разве это возможно? - Да, слышала. И да, это иногда возможно, но лишь тогда, когда между двумя душами, очень и очень крепкая связь.- я лишь снова приложила руки к его щека, и робко поцеловала. - Ану пошли со мной старый кобелюка, не мешай мелюзге. - взьелась Мирка, вытягивая Олега за ухо из комнаты. Мы просто заржали в голос, сил кажеться плакать уже и не было, не у меня, ни у Миши. - Папа. - только и выдал Миша, как тостранно ошупав мои ноги, нервно сглатывая и ставя меня на пол. - Да блин. -Что не так то? - я не понимала, почему его настроение внезапно переминилось. - Мишь, золотко? - Чулки. - с каким то предыханием протянул он. - Чулки? И что с того то. - начала было я, а потом запоздалое осознание начало накрывать меня. - Да чтоб вас тётя Роза. - А при чём здесь мама? - Да при том. Она пол дня на говно исходилась, лишь бы я чулки эти долбанные надела. Да и не только чулки, весь комплект. Ведьма старая. - фыркнула я в ответ. - А что не так то. - Миша стоял, красный как рак. - Немного не удобно. Придёться по ходу подвязки надеть, а то сползать начинают. - до меня начало доходить, из за чего тётя Роза так сильно этого хотеля. - А меня ещё долбанутой извращенкой считают. Да и не удобно в кружевном белье ходить. - Прсто женские ножки, да в чулках, ну просто красиво смотряться. - Миша неуверенно начал оправдываться, а потом как будто задумавшись начал улыбаться. - Что, совсем полный. - Ладно уж, извращенец. Надень жилетку. - я тяжко вздохнула, понимая, что его фантазии далеко его увели, и кивнула в сторону стула, на котором сиротливо висела данная часть Мишкиного гардероба. Он как послушная собачка сделал как я сказала. Я же усевшись на стул, добавила. - Отвернись пожалуйста. - А летом хотела стать моей. - сьязвил он, отварачиваясь и застёгивая жилетку. - Да чтоб вам. - спустя пять минут безуспешных попыток завязать подвязки выругалась я. - Заговорённые вы что ли. - Дай ка я попробую. - подходя ко мне и закатывая рукава рубашки чуть выше локтя, прошептал Миша. - Нет, не надо. Я сама. - не то чтобы я не хотела этого, просто там за стенкой, были люди, и мне ой как не хотелось что бы кто то, что то услышал. - Ты мне не доверяешь? - спросил меня Миша, приклонив колено и держа меня за щиколотку, выступающую из под кромки туфель на низком каблучке, которые я выменяла у старого сапожника, на Арбате. - Доверяю. Просто, не хотела тебя в это впутывать. - я отчаянно пыталась сдержать дрож во всём теле. - Ну вот и не дёргайся. - потянувшись свободной рукой к подвязке, попросил меня он. - Отдай её мне, я сейчас всё сделаю. - второй рукой, он прошёлся по моей ноге и аккуратно завязал сначало одну подвязку, а затем и вторую. Закончив, он положил мне руки на щиколотки, и жадным взглядом голодного зверя, начал осматривать меня, от макушки до пят. Я лишь фыркнув встала, и одёрнула подол платья, как будто отряхивая его, вышла из комнаты, чувствую этот плотоядный Мишин взгляд на своей спине. Он же улыбаясь пошёл за мной, убрав руками волосы назад и спрятав их в карманы. Я знала о чём он думал, самой этого хотелась, но вот детали мне были ещё не ведомы. И во всём сказывалась нехватка опыта в таких делах. Но я точно знала, что сейчас у Миши внутри идёт борьба. Борьба между инстинктом и разумом. Между человеком и зверем, такие вещи просто чувствуешь. Покрайней мере, я чувствовала. Незнаю уж почему, но я знала, чего он больше всего сейчас хотел. А хотело это чудо меня одну. И было ему до лампочки, что происходит вокруг. Хотя в остальном, как мне казалось всё было в порядке. Я эту ерунду заметила ещё очень давно, гдето в начальных классах. Когда Мише было просто плохо, ну или настроение не очень хорошее. В такие моменты я либо пыталась помочь, либо исправить настроение. Ну на крайний случай, просто не трогать. Но что самое смешное, когда у него было плохое настроение, и появлялась я, всё менялось. Я уже тогда поняла, что от меня зависит его душевное равновесие. Я как то спросила, у тех из однокласниц, что были обычными людми, и не привязанны к стае, ест ли у них что то подобное или нет. Как позже выяснилось, я почти уникальна. У девочек из стаи, тоже есть похожее, но в разы слабее. Такая дрянь даже среди альфа самок редкость. А если и есть, то слабо выраженно. Вот же тюкнуло меня. И как так выходило, ума не приложу. Так что мне не нужно было как то узнавать или допытываться. Я просто знала, что и когда спросить у Мишки. Всё зависело от его настроения и желаний. Так что сейчас мне не нужно было спрашивать, я знала. Знала, что вертелось у него в голове. В большой гостинной, во всю гремел праздник. Казалось нашего отсутствия никто не заметил даже. Но как только мы уселись в дальнем углу стола, где для нас отавели местечко, перед нами появились полные тарелки с праздничной едой. Боже, как же мне не хватало этой атмосферы, которой нет нигде кроме родного мира. Как то незаметно мы вклинились в весёлые празничные разговоры, со смехом и звоном бокалов. Переодически до нас доносились смех и шум с улицы. Видно к соседям гости заходили. На фоне работал телевизор, создавая ту самую непердаваемую атмосферу, по которой я так скучала. Ведь прошлый новый год япропустила, а в этом собралась отрываться по полной. Я поглядывала на Мирку с Машей, ведь это был их первый новый год среди людей, здесь в Яви. И я не знала как они на него отреагируют. Но судя по их довольным лицам, их всё устраивало. И это было хорошо, меня это успокаивало, заставляя блаженно улыбаться. - София, ты чего? - Миша кажеться не понимал, чего я такая ошалело счастливая. - Да я за Мирку с Машей переживала. А теперь вижу, что они счастлевы, и им всё нравиться. По крайней мере мне так кажеться. - А ты как хотела? Думала будет по иному! - Миша лишь сгробастав меня в охапку, чмокнул меня в макушку. - Вот тота и оно, да как бы не рехнуться от этого счастья. - Софи, расслабься. Ведь всё хорошо, да и к тому же, в такими моментами лучше наслаждаться, а не накручивать себя, да и окружающих не стоит пугать своими страхами. - Да не накручиваю я себя. Просто не вериться, что всё хорошо. Вот и всё. - А, ну тогда ладно. А то я уже начал бояться, что с тобой что то случилось. - Да что со мной может случиться? Кроме тебя, в моей жизни врядли что то страшное может случиться. - я ехидно сьязвила. - Ты дерзишь мне? - Мишка понял мою шутку и даже оценил её. - А как иначе то. Ну не могу я по другому. Ты меня как будто не зна