ешь! - Лучше меня, только твоя бабушка тебя знает! А уж я знаю достаточно, чтобы знать какая ты настоящая. - и он тихо и незаметно для остальных, немножко меня прикусил за шею. - Так бы и сьел тебя, всю целиком. - Да ради бога. - я знала, насколько такие вещи, как этот невинный с виду укус важны для перевёртышей. Для них это что то вроде презнания в любви, по крайней мери если они сами это делают, по собственной воле. Если же по принуждению, то считаеться вроде изнасилования. Да и мне самой было приятно. - Ты мне все выходки бужешь позволять и прощать? - невзщначай поинтересовался Миша. - Тебе я прощу всё что угодно. Да и позволю, тоже всё! - выдала я, ни на грамм не соврав. - Уж таки всё мне можно?! - А ты мне не веришь? Или из любопытства провыерить хочешь?! - мне показалось это какой то странной игрой, правила которой мы должны выполнить, что бы правильно сыграв, получить вожделенный приз в конце. - Я знаю это София, мне не нужно проверять твою верность! Я знаю на что ты способна, да и что уже сделала, чтобы здесь и сейчас для нас наступило. - Тогда чего спрашивал то? - Хотел посмотреть что ты ответишь! Ты даже не задумываясь, дала мне ответ. - он прижав меня к себе, просто начал нюхать мои волосы. - Ты маленький, солнечный зайчит, кусочек лета, для всей стаи. Которое греет, даже в самы сильные и лютые морозы. А для меня ты солнце, сокровище, дар богов. И я не хочу с этим бесценным даром расставиться. - Знаю золотко, знаю. - я почему то знала, что Велес ему рассказал о той морозной ночи, когда я не задумываясь, готова была умереть за него, не заботясь о своей жизни и безопастности. Знала, что он с любовью и благодарностью принял этот дар. - Только больше так не делай. Не хочу тебя терять. - Миша шумно сглотну и добавил. - Иначе мне тоже не жить. Ведь ты тот якорь, что держит меня в этом мире, ты собой меня к самой жизни привязала. И если тебя не станет, то и мне жить незачем. Я лишь ели заметно улыбнулась ему. Где то на улице громыхнул залп салюта. Наверное кто то из соседей озаботился. Мирка с Машой сначало перепугались, подумав что война наступила, но дядя Олег с Костей их успоков, обьяснили им что да как. После боя курантов, мы всей толпой пошли смотреть на салют. У нас они каждый год стреляют. Все стояли парочками обнимаясь лишь моя бабушка, да Костина мама стояли вместе. Они уже давно завмуж не собирались, да и не хотели. - Как раньше. - тихо сказал Миша, отводя глаза от салютов, и снова меня прикусывая, но на этот раз сильнее, чтобы остался след. Благо слюна у перевёртышей имеет обезболивающий эффект, в любом их состоянии, да и я могу сама залечить любые свои раны, да и чужие, если не сильные. - Тебе мало клейма на моей спине?! - поинтересовалась я, зная что останеться шрам на загривке. - Мне всего мало, тебя всей маловато будет! - прошептал он, и тихо заурчал, зная что только я одна отреагирую на его урчание. - Ох Мишка, чудик! - улыбаясь, прошептала я, потдаваясь расплывающемуся по всему телу теплу. - Чего ты меня тогда летом то не сделал своей. - Не смог, и сейчас не смогу. Как не старайся, сколько не уговаривай. - прошептал он, прижымаясь ко мне все сильнее. - Погоди, послушай что скажу! - выдала я, набирая полные лёгкие воздуха, а потом сама начала урчать, вточности как Миша для меня. Но что то пошло не так, и моё мурлыканье услышали все. - Ой. Кажеться я перестаралась! Да чтоб вас, не получаеться пока что. - Детский сад. - процедил дядя Олег, понав, что это предназначалось лишь его сыну. - А, ну всё понятно. - ребята тихо захихикали, уткнувшись в своих девчёнок. - Откуда ты так умеешь то? Хотя я кажеться знаю, кто тебя таким глупостям учит. - выдал мне Миша, расплываясь в блаженной улыбке. Кажеться ему было приятно не толко то что я так умею, но и то что это слышали все в округе. - Ты чуток не так дышишь, смотри как надо. - он растегнув жилетку и приподняв рубашку, приложил мою ладонь к себе, заурчал. - Мышцы, те что внутри, ну тоесть глубокие. - до меня наконец стало доходить, где я накосячила. - Ага, а в остальном правильно. - он лишь обнял меня. - Умница моя. Вижу, что стараешься. Знаю, что для меня. - Миша, ты бы одевался потеплее. Простудишься ведь. - Ты же знаешь, что нет. - фыркнул он блаженно, зная, что я всегда буду из за этого на него ворчать. - Не переношу жару и духоту. Да и кровь у меня горячея, чем у остальных ребят. - Альфачь, блин. - Не нравиться, ищи другова. - Низачто. Меня и этот альфа перевёртыш устраивает. Мы ещё какое то время постояли всей толпой, болтая с соседями и знакомыми, но вскоре все потихоньку начали разбредаться по домам. Домой мы шли всей толпой, только на перекрёстке попрощавшись, стали разбредаться, каждый в свою сторону. - А где отец и Мирка то? - вдруг спросил Миша. - Незнаю, были же с нами. - выдала бабушка. - Ой, да оставьте вы их. Чай не маленькие уже. К утру вернуться. Наверное гулять пошли, а если так, то пускай. - выдала я сонным, счастливым голосом. - Да ну их. Пошли домой. - Миша лишь сильнее прижал меня к себе. Около своего дома, он поднял глаза на мою бабушку. - Тёть Зоя, я это, попросить хотел. Можно София у меня останеться? - Ты что, маленький что ли? Тебе моё разрешение нужно? - ба лукаво прищурилась. - Правильно, не нужно. - Просто так правильно будет. - Ну вот и не дури. - выдала она, и пошла домой. У саамой колитки, остановившись добавила. - Я знаю тебя с пелёнок, знаю каким ты человеком и перевёртышем вырос, знаю что не посмеешь приченить боль, тому кто слабее тебя. А уж нашей Софи, тем более. И если уж я кому и смогу доверить эту настырную пигалицу, то только тебе. - Миша лишь улыбнулся ей, бабушкины слова его явно порадовали. - Мишь, ты бы хоть куртку надевал. А то и в правду простудишься. - Ты ж меня знаешь. Да и ты есть у меня, вылечишь если что. Да к тому же мы уже пришли. - выдал он мне, отпирая дверь и впуская меня в полумрак предбанника. - Так что не стоит так переживать из за пустяков. - Я просто волнуюсь, не хочу чтобы у тебя потом из за глуых выходок проблемы со здоровьем были. - высказала я робкую надежду на то, что Миша всё таки меня послушаеться, глядя как он опустошает полную рюмку бабушкиной настойки. - Раз такое дело, то тебе придёться меня согреть! А то у меня душа замёрзла, отогреться не могу! - и не церемонясь, Миша просто перекинув меня через плечё, потащил к себе в комнату. - Мишка, долбанутый. Поставь меня на место. - истерила я, не зная плакать мне или смеяться. - Да не дёргайса ты, а то уроны ненароком! - выдал он, тихо опуская меня на кровать, и с осторожность снимая туфли с моих ног. - Миша, ты чего? - вот тут мне стало по настоящему страшно. - Просто согреться об тебя хочу. - он уже стащил с себя рубашку, и уселся рядом со мной на кровать. - Я не могу тебя просить о таком, и уж тем болие заставить. Я просто хочу тебя обнимать. Хотя бы эта маленькая радость мне позволительна. - Миша, дурачёк. - я чувствовала, что его трясло. - Ты так и не понял?! Тебе можно ВСЁ! - Знаю. - он нежно прижавшись к моей щеке, обнял за шею одной рукой, прикосаясь к шраму, в виде своего прикуса, а второй просто взяв под руки, подтавшив поближе к себе и улёгся. - Я не могу сейчас тебя сделать своей, и не потому что не хочу, просто я себе самому кое что пообещал. И не хочу нарушать обещание. Я ведь не только себе обещал, я и тебе обещал! - Тогда обьясни, иначе я сейчас же уйду! - я просто уселась на него сверху, положив руки ему на живот, и опустив голову, пряча лицо в волосах. - Иначе я прамо сейчас уйду, и ты меня не увидешь до конца моей службы! - Нет, Софи, подожди. Не всё так просто. - он уселса, а мои руки оказались у него на плечах. - Я хотел тебе подарок сделать, когда ты вернёшься к людям окончательно! - Это не оправдание. - вцепившись в его плечи ногтями, процедила я. - Или ты говоришь немедленно, или я ухожу!!! - Ты выйдешь за меня замуж? - не задумываясь спроси у меня Миша. В его глазах читался страх в перемешку с робкой надеждой. - Я себе зарок дал, что не посмею тебя взять, пока ты за меня не выйдешь замуж. Могу с кем угодно просто так, но не стобой. ТЫ для меня особенной стала в тод день, помнишь. - и он прикоснулся к тому месту, куда поставил свою отметку. - Ты одна меня тогда такого приняла, не испугалась, разглядела то, что другие не смогли. Только я что то забыл из того дня. До сих пор вспомнить не могу. - Миша. - меня била мелкая дрож, лопатки и лоб начали неприятно зудеть и чесаться. - Ты мне тогда что то говорила, а я забыл. Помню урывками, вот тебя пытаються изнасиловать и ты в растрёпанном сарафанчике, вот я обращаюсь, провал, потом ты заплаканная и что то бормочешь, снова провал, потом ты меня обнимаешь и обещаешь всегда быть рядом, а я уже нормальный опять, и так тепло от твоих рук, что охота всегда в них греться. - столько страха было в тот момент в его глазах. - Если ты вдруг исчезнешь, или умрёшь, или тебя просто не станет ни в одном из трёх миров, я не хочу так, не хочу как Мирка. Жить с этой тоской в душе, которая разрывает на части каждую клетку тела, каждый день без тебя, это ад на земле для меня. - Миша, держи меня, настолько сильно, насколько можешь. - и я вцепилась в него, насколько это было возможно в моём состоянии. Он даже не сразу понял, что происходит, а когда понял, начал почти душить в своих обьятьях. Дикая боль, всё тело горело, казалось что больнее чем тогда, прошлой зимой мне уже и не будет, но оказалось что будет. Но у меня даже сил кричать не было, лишь слёзы. Это всё что я себе могла в тот момент позволить. А потом яркая вспышка, и всё закончилось так же быстро, как и началось. Я не могла поверить, что всё прекратилось