— Я тебя пугаю? — прямо спросил герцог. Лицо девушки удивленно вытянулось:
— Что? С чего ты взял?
— Значит, я тебе противен?
— Вовсе нет! — слишко горячо и поспешно воскликнула она. Арон едва сдержал улыбку:
— Тогда почему ты отворачиваешься от меня все время?
Губы Арайи задрожали. Почти не заметно, но мужчина сразу обратил на это внимание.
— Я… я… — девушка снова попыталась отвести взгляд, но сама себя одернула, нахмурившись. — Я уже объясняла вам… тебе, еще когда мы подписывали договор. Я не желаю скреплять себя узами брака, и уж тем более я не собираюсь испытывать чувства к мужчине.
— Да, я помню твои слова. Но ты так и не сказала, почему.
Арая откинулась на спинку кресла. Как объяснить? Ей не хотелось говорить о своей ненависти к мужчинам и об убеждении, что все они неспособны держать свое слово. Почему-то теперь она чувствовала, что ее твердая раньше убежденность не более, чем картонный замок, построенный маленьким ребенком как укрытие от ссорящихся родителей. И признаваться в том, о чем она твердила на каждом шагу, стало неожиданно стыдно.
Ей казалось, что стоит Арону узнать о ее мыслях, и стена между ними станет еще толще. Хотя сама решительно строила ее все прошедшие дни.
Арон все еще ждал от нее ответа. Арая сложила руки на груди и отвернулась к окну:
— Хорошо. Я расскажу вам. Тебе. — Вздохнув, девушка неохотно начала: — Двадцать пять лет назад моя мать повстречала моего отца. Как вы знаете, маркиз Элиот ри Криста удочерил меня и брата, когда нам исполнилось пять. Все знают, что моя мать осталась одна, когда еще носила нас в утробе, и родила уже на территории маркизата.
Знакомая с детства история с трудом ложилась на язык. Мысли перескакивали с одной на другую, и потому рассказ получался сумбурным. Но Арон терпеливо слушал, боясь пропустить хоть слово.
— О том, что наш родной отец жив и здоров, знал только Элиот. Все остальные уверены, что леди Этель вдова. Если бы о настоящем положении дел стало известно, никто не позволил бы маркизу взять мою мать в жены, а нас с братом принять в свой род.
Арон напрягся. Из того, что он знал и видел, получалось что…
— Шиаррат тео Шахиль твой отец?
Арая просто кивнула, все так же глядя на пылающие поленья в камине. Герцог непонимающе нахмурился:
— Но почему…
— Почему она ушла от правителя драконов, Вечного огня королевства Ардит? — спросила девушка.
Усмехнувшись, она посмотрела на мужчину. Впервые в жизни Арон увидел этот взгляд — жесткий и непримиримый, как сталь клинка, закаленного в крови врагов. Его прошило насквозь ощущением отгоревшей ярости, что царила в этом взгляде. Словно леди, сидящая перед ним, прожила с этим чувством всю жизнь, и настолько сроднилась с ним, что уже не может иначе.
А Арая, перестав улыбаться, спокойно ответила:
— Потому что он нарушил свое слово. Единственное, что мать просила у него, когда согласилась связать свою жизнь узами брака.
— Что он сделал? — спросил Арон, подавшись вперед.
— Он… — Арая презрительно скривила губы и отвернулась к огню. — Он взял вторую жену.
Глава 17
— Взял вторую… Ты говоришь о принцессе Катрисе?
Арая кивнула.
— Для драконов позволительно взять столько жен, сколько сможешь содержать. Тем более, брак с принцессой Фиада принес стране драконов много политических плюсов. Тем не менее, отсутствие других жен было единственным условием, на котором моя мать согласилась выйти замуж за Шиаррата. И поскольку он все же женился во второй раз, она без раздумий покинула его.
Арон откинулся на спинку кресла и задумался.
— Получается, вы с братом прожили всю жизнь, не зная своего отца лично?
— Мне было достаточно того, что я о нем знаю, — девушка пожала плечами. — Остальное меня не волновало. В детстве… когда мама рассказала нам эту историю, я была очень… зла, — губы снова скривила ухмылка. Арая сильно преуменьшила свои слова. — Поэтому искать отца не входило в мои планы.
— Но неужели он сам никогда не искал ни вашу мать, ни вас? — удивился герцог.
На это Арая только пожала плечами.
— Даже если он и пытался, у него ничего не вышло. Моя мать была одной из сильнейших шаманок Ибота. Сами знаете, что горцы мастера по сокрытию своих поселений. Мать не хотела, чтобы ее нашли, и сделала для этого все, что только было в ее силах.
“Проклятье!” — едва не сорвалось с языка Арона. Горные княжества славились своей разобщенностью. Каждое поселение было, по сути, отдельным крошечным государством со своими правителями и порядками. И тем не менее, из-за магии сокрытия поселений, никто не мог их завоевать и присоединить к своей территории.