— Ле… кха!..ди, — с трудом произнесла она, поднимаясь на ноги.
— Меня зовут Арая ри Криста, — громко произнесла девушка, вглядываясь в собравшихся вокруг мужчин. — Дочь маркиза ри Криста и невеста герцога Арона ди Мелет. — На этих словах она закатала рукав правой руки, обнажив метку помолвки, чтобы все могли убедиться в ее словах. — Мой жених сейчас проливает кровь монстров за этими стенами. И Его Величество король Маркус Леон де Фиад отправил меня с донесением для Его Светлости.
— Какое еще…
Грета на нетвердых ногах подошла ближе, потирая ушибленную грудь. Взгляд ее сосредоточился на фигуре, полностью скрытой под черной тканью, что напоминала тень, спокойно стоя за плечом леди Арайи.
— Что за донесение? — хрипло спросила женщина.
Арая ответила не сразу. Высокомерно зыркнув сверху вниз (благо рост позволял) на помощницу, она поправила капюшон и нехотя шепнула одними губами:
— Оракул увидел причину активности монстров.
Помощница герцога поперхнлась воздухом и вновь закашлялась. От обычных людей само существование оракула тщательно скрывалось. Однако, особо важные предсказания передавались узкому кругу посвященных, либо напрямую людям, от которых зависел исход предсказанных событий. Рыцари, приближенные к особам королевской крови, знали, что спрашивать о содержании послания строжайше запрещено.
И Арая благодаря стараниям своих девочек знала, что Грета одна из немногих верных королевству людей, кто посвящен в тайну существования королевского оракула. И потому нагло соврала ей в лицо, чтобы та поскорее зашевелилась.
Спустя час Арая выезжала за пределы крепости с небольшим отрядом. Она знала, что сейчас никто кроме нее не сможет остановить дракона. Ждать, пока король договорится со своим зятем, времени не оставалось. Предчувствие подгоняло ее, отметая разумные мысли.
Следующие два дня были похожи на кошмар. Девушка рвалась вперед, не обращая внимание на усталость и голод. Она игнорировала то, где едет и насколько опасна может быть поспешность на узкой горной тропе. Нет, в голове Арайи была лишь одна мысль — “Быстрее!”.
Предчувствие, поселившееся в груди еще в королевском замке, не отпускало. И царапающее чувство с каждым днем только усиливалось, заставляя задыхаться от невозможности двигаться так, как хотелось. Сопровождающие ее рыцари и шейды уже даже не пытались уговорить Араю сбросить скорость. Бесполезно.
На второй день они встретили повозки с ранеными. Оказалось, что герцога и его отряд оттеснили ближе к крепости, и теперь бой шел буквально в одном дне пути от места, где была Арая. В первое мгновение по телу прошлась жаркая волна — скоро она встретится с Ароном, увидит его глаза, услышит голос… А следом пришло осознание: раз обученных рыцарей, сражающихся с этими тварями не первый год, смогли оттеснить, значит…
Арая едва не зарычала от отчаяния. Но, сжав поводья и уже собравшись хлестнуть своего коня, подгоняя, девушка опустила взгляд и замерла. Кончики пальцев на перчатке оказались разорваны выскочившими когтями.
Несколько мгновений она смотрела на невозможное. Когда в далеком детстве Арае сказали, что она не сможет оборачиваться, она не испытала никаких чувств. Тогда казалось, что это благо — еще один признак, что мог бы роднить ее с отцом, обошел стороной.
И сейчас, глядя на то, как когти режут ее ладони, Арая все равно ничего не почувствовала.
Не важно, все не важно.
Все же стегнув коня, девушка без единого слова рванула туда, куда вело ее больно бьющееся сердце.
То, что Арон и рыцари близко, они услышали задолго до того, как увидели развернувшееся сражение. Бой был в самом разгаре. Повсюду воняло кровью, а шум битвы слышался на многие километры вперед. Арая, не слушая крики сопровождавших ее рыцарей, влетела в самую гущу, мгновенно выхватывая свой клинок.
Одним ударом она отсекла побег хищной лианы. Из глубины леса отчаянно завопила женщина, но Арая знала, что там никого нет. Побег задергался, извергая капли пряно пахнущего сока, от которого жухла трава, а земля высыхала в мгновение. Мельком отметив, как конечность шустро уползает в кусты, девушка приняла на меч удар следующего монстра.
Арон был прав. Сражаться с ними оказалось совсем не так, как с людьми. Твари двигались, казалось, безо всякой логики и самосохранения. В одну секунду они могли ловко уворачиваться от ее ударов, а в следующую внезапно пропустить простейший.