Моё любопытство завело меня в соседние комнаты. Одна из них меня не особо порадовала, так как там никого не было, а вот вторая заставила больше так не делать. В тот момент, как вернул себе обычное зрение, я поблагодарил неизвестных строителей и Севаша, что стены здесь сделали с хорошей звукоизоляцией. Тогда я решил заняться чем-нибудь полезным. Например, взять меч и вспомнить какие-нибудь движения. Рапира, конечно, хороша, но это, когда она есть. А у меня, всё-таки, меч — рубящее, а не колющее.
К сожалению, в комнате места для разворота с оружием не предусмотрели. Оно и верно, ведь тут спать положено. С чем тут проблем не наблюдалось, это с тишиной. Она помогала сконцентрироваться и расслабиться. Взмахи получались не самые ловкие, но я старался. Время от времени пытался вспомнить приёмы из видеоигр, из фильмов разных, из клуба фехтования. Что-то получалось с относительным успехом, а что-то приводило к пока ещё мелким порезам на моей шкуре. Когда я почувствовал, что правая начала уставать, переложил меч в левую руку и начал махать ею. Сие получалось совсем уж неловко, поэтому я решил дождаться, когда свинец из первой руки вытечет, и снова заработал ею. Зато я узнал, что мне следует тренировать в будущем — выносливость. Чёрт возьми, меня хватило только на пару часов с перерывами! Результат паршивый, как ни посмотри, хотя, в настоящем бою будет и адреналин и желание жить. Думается мне, они увеличат это время в несколько раз.
В комнату неожиданно постучали, и я открыл дверь двоим крепким молодым парням. Они представились обслугой и сказали, что пришли поменять воду.
После того, как мне принесли новую воду, я снова решил сменить род деятельности — взялся за магию. Вадис дал ясно понять, что чем больше я ей пользуюсь, тем больше становится мой внутренний резерв, да и опыт нарабатывается.
Долго думать, что делать, не пришлось, я снова разогрел себе воду, а после пустил огонь в свободный полёт по комнате. Забавно, что на разогрев воды я тратил сил больше, чем на преодоление сопротивления воздуха. С другой стороны, оно и лучше: чем больше практики, тем шире резерв.
Вскоре, встав на грань между полусном и явью, я умылся, окунул в ещё чистую собственноручно подогретую воду голову, разделся и лёг на кровать, где меня совершенно незаметно забрал сон. Думал я в тот момент о чём-то или просто лежал без мыслей, не запомнил, как не запомнил и сновидений. В этот раз меня в мир грёз сопровождали две подруги — темнота и тишина.
Кровать долго не отпускала, а голову, казалось, отлили из свинца. Как будто мало этого, одеяло будто бы потяжелело на пару тонн. Конечно, это утрируя, но принимать вертикальное положение очень не хотелось. Всё тело ныло от недавних телодвижений, и даже пошевелиться я мог лишь чуть-чуть. Вот зачем, а? Зачем я, спрашивается, вчера тут танцевал?
Неожиданно снизу донёсся грохот, не похожий на случайно уроненный на пол стакан или кружку. Потом раздался ещё каскад таких же звуков и всё это в совокупности окончательно доконало сон. Большими усилиями встав с кровати, я умылся, оделся, прицепил на джинсы ножны и открыл дверь. Снизу донеслись уже куда более громкие звуки лютой ругани и ударов. Послышались даже совершенно незнакомые слова, и, предвкушая грандиозное зрелище, я быстро преодолел коридор и спустился по лестнице.
То, что я увидел, дракой назвать было сложно, потому что сцепились всего двое — человек с ялом. Один пьян в стельку, второй — в дрова, что говорило о том, что сходка, скорее всего, окончится из-за того, что кто-нибудь вот-вот свалится от интоксикации. Остальные посетители сидели на местах и без интереса наблюдали за происходящим, изредка отталкивая от себя упавших пьянчуг и ворча что-то.
Проанализировав увиденное, я восстановил для себя примерную картину случившегося: стук, вероятно, доносился из-за того, что кто-то из драчунов перевернул стол на ребро столешницы и катал его по всему залу в надежде переехать им противника. Видимо достичь результата драчуну не удалось, и теперь стол, перевёрнутый ножками вверх, скучал в сторонке.
К сожалению, потасовка не очень походила на любимые мной сражения хоккейных команд, пусть даже и происходила вживую. Тут, скорее, подошло бы сравнение с пьяным пеликаном — олицетворением человека, схлестнувшимся с не более трезвой обезьяной в лице уже яла.
Быстро потеряв интерес ко всему происходящему, я сходил в отхожее и после неё подошёл к наливающему.