Несколько секунд сохранялась стойкая тишина, прерываемая лишь доносящимися до сюда криками торговцев, но вскоре от куда-то из глубин послышались шаги. Прямо в двери вырисовался прямоугольник, потом он продвинулся внутрь и получилось смотровое окошко. Присев на корточки, потому что именно так я мог смотреть на того, кто в доме, я сказал:
— Здравствуйте, уважаемый. Мне сказали, что где-то здесь находится пошивная. — Осмотрелся. — Надеюсь, я не ошибся?
В ответ молчание. Только его глаза медленно закрылись и так же медленно открылись.
— Вы на одежду не смотрите, я только с дороги, но день… номины при себе имею. — Глаза марна почти не изменились, но я подумал, что он верит. — Нужно что-то готовое к носке. Есть такое?
Глаза его снова закрылись и открылись. Смотровое окошко в двери исчезло так же, как появилось, а через секунду я с облегчением услышал щелчок щеколды. Дверь передо мной медленно, но неожиданно бесшумно раскрылась.
В проходе стоял седой старик в бежевом халате до колен, перевязанном хитро сплетённым красным шнурком с золотистой вышивкой, а на ногах серая тканная обувь без шнурков и изысков — практически носки. Его морщинистое лицо украшала аккуратно уложенная почти серебряная борода с благородным кремовым оттенком, а шевелюра, зачёсанная назад, скрывалась где-то за спиной.
«Похоже, короткие волосы — нормальное явление только у людей», — подумал я.
Марн молча освободил проход, и я, поднявшись в полный рост, вошёл внутрь. Несчастная голова вновь пострадала от низкого прохода, но ругаться я не стал, хотя очень хотелось.
В доме в широкой прихожей, строенной, видимо, специально для приёма посетителей, всё, на что хватало взгляда, марн заставил одеждой — натянутыми на широкие деревянные прямоугольники вещами.
Марн встал за торговую стойку и посмотрел на меня выжидающе. Не сильно-то и разглядывая ассортимент, я сразу же перешёл к делу:
— Мне нужно то, что подойдёт и для города и для похода, пара рубашек, сменное нижнее, пояс для ножен и сумка примерно вот таких размеров. Цвета, фасон — не суть. Главное, чтобы удобно и не броско.
Марн кивнул и ловко, что меня немного удивило, учитывая его немалый возраст в шесть десятков, скрылся за стойками с одеждой. Поискав глазами что-нибудь, на чём посидеть, я нашёл небольшую табуретку с круглым сидением и расходящимися в стороны тремя ножками.
Ожидание длилось недолго, минуты три, и ко мне снова вышел марн, неся на руках аккуратно сложенный внушительный набор одежды. К его немоте я привык, и спрашивать ничего не стал. Вместо этого я бодро встал и лишь спросил, где можно переодеться, не сверкая своими телесами.
Он передал мне вещи, раздвинул две стойки с одеждой и отошёл. Там я увидел коврик, на который тут же отправилось свёрнутое пальто, джинсы и яркая футболка, а сверху ножны и кинжал.
В том, как пользоваться завязками на одежде, мне долго разбираться не пришлось. К счастью, с размерами мастер угадал. Видать, опытный очень. А вместо зеркала я оглядел себя магическим взглядом.
Взяв с собой сложенные джинсы, футболку, ножны с мечом и кинжал, я вышел из-за стоек и показался марну. Он кинул лишь короткий взгляд на меня и полез под стойку, от куда достал широкий двойной ремень, маленький кожух для кинжала и сумку с длинным ремешком. Лучше бы их, конечно, было два, а то так и буду по очереди отдавливать себе плечи. Впрочем, потом я заметил ещё пару крепких шнуров, предназначенных, видимо, для крепления на пояс.
Всё вместе смотрелось довольно гармонично и почти не отличалось от того, что носили люди на улицах у стен. Не больше, не меньше — путешественник.
— Сколько с меня? — Спросил я, приседая. Марн показал мне один лишь указательный палец.
Взяв среднюю золотую монету из коробчонки, я протянул её марну.
— Вот такая? — Он покачал головой и достал от куда-то из под стойки мелкую того же металла, чтобы показать мне. — Мельче нет, только такая.
Тогда марн вздохнул и снова полез под стойку, от куда выложил на стол десять средних серебряных. Не сказать, чтобы я с лёгкостью расставался с деньгами, но я не знал их цену и надеялся, что мне встречаются порядочные люди и марны.
Оставив одну монетку, я сказал:
— Это за оперативность. Благодарю.
Ну, вот и приоделся. Теперь хоть на край света, а именно — к месту, которое мне описывал Видим. Оно, как я понял, должно быть ещё ближе к центру. Более того, теперь я не боялся посторонних взглядов — никого не интересовал путник с оружием в скромных ножнах и небольшой сумкой на поясе.