Вскоре меня посетила мысль, взять и украсть корабль или лодочку, чтобы попробовать бежать на ней хотя бы на ближайшие острова, но об этом даже думать смешно. Аларс недавно показал мне, какой он временами неспокойный. Шлюпка против его волн не выстоит и часа. Да и грести вёслами через столько, сколько нормальный корабль проплывает за несколько дней, если не неделю я вряд ли смогу, а ведь ещё надо едой запастись, тёплыми вещали, как-то закрыться от… В общем, слишком много всего учесть. Времени не хватит.
Так вот, если смотреть на ситуацию в целом, я оказался между молотом и наковальней, а что характерно, они были одного и того же цвета — зелёными. Хотя, первые — больше бирюзового цвета или к циану. Мысли тоже оказались в тупике и думать о чём-либо стало бесполезно, но неожиданно после очередного чиха пришла одна здравая — прибраться в доме. За работой, глядишь, придумаю что-нибудь получше.
Веником, который взял в корзине у входа, я подмёл коридор и ковёр в зале. От этого на нём стал виден рисунок: дерево под тусклыми лучами солнца, закрывающее собой маленький пруд, где растёт рогоз. Редко так в болоте — и целое дерево, но природа иногда так шутит, что и это покажется чем-то весьма обыкновенным.
Рисунок занял мои глаза на долго, но я домёл тоненькую тропинку до самого выхода и отложил инструмент.
Поднявшись, наконец, наверх по винтовой лестнице, я приятно удивился, ведь там обнаружилась широченная кровать, втиснутая между двумя подсвечниками и с окном прямо над ней. Она стояла на длинных ножках, а на себе ютила белую подушку, полуприкрытую красным, с виду, пушистым одеялом.
Что-то в комнате казалось необычным. Будто первый и второй этаж не принадлежали одному дому. Не отделка и даже не интерьер, а что-то другое. Очевидное, и от того незаметное.
Только через несколько минут я понял, что не даёт мне покоя. По сравнению со всем домом в целом: ни паутины, ни пыли, которая в изобилии осела снизу, тут не было. Будто прибрались до моего прихода, но насмотревшись на манеру движения канохов и их «аккуратность», я предпочёл бы предположить, что тут действует какая-то хитрая магия. Вон даже едва заметный воздушный поток, хотя все окна и дверь до моего появления точно были закрыты.
Подойдя к окну, я осмотрел его и открыл, покрутив ручку. Свежий морской воздух приятно дунул в лицо, и я вздохнул полной грудью. Сразу как-то и сил прибавилось, словно я только что и не махал веником. Дело же близилось к ночи, потому что на улице за всё это время заметно потемнело.
В небе появились нечёткие пятна звёзд, на карте которых я на удачу попытался поискать хоть одно знакомое созвездие. Увы, не вышло. Впрочем, я и в своём мире редко находил их, даже если искал специально. Как-то со звёздами у меня не складывалось, а луну я сегодня не видел. Наверное, где-то за горизонтом или позади, куда верхнее окно просто не может выглядывать.
Когда глаза от долгого глядения во всё более расплывающийся узор начали болеть, я отвернулся, посмотрел на кровать и подошёл к ней, сняв с себя всё лишнее. Поспав на ветке, на земле, на мху и, кажется, даже на воде, я не побоялся бы увидеть плотное облако пыли, но меня ждало приятное открытие — чистая простынь. Впрочем, что-то внутри не давало мне просто взять и лечь. Вроде и рукой проверил — мягкая перина не готовила мне сюрпризов, но пришлось взять одеяло и завернуться в него на коврике у кровати. Жёстко — да, удобно — нет, но уверенность, что я смогу заснуть вот так — безусловная. Только подушку с кровати стянул, чтобы положить её под голову.
Впрочем, одна мыслишка не дала мне заснуть сразу — свечи на первом этаже, которые я забыл затушить. Напрягшись, я сделал то же самое, что делал с костром — мысленно сосредоточился на полном ослаблении огня в пределах десятка метров вокруг. Проверять, получилось ли таким образом затушить все свечи внизу, я не стал — лень не дала. Погасли — прекрасно. Догорят к утру — плевать.
«Хорошего и крепкого», — пожелал я себе, но ответа, ожидаемо, не последовало.
Как и предрекал, хотя точнее — надеялся, выспался я отлично правда, как только глаза открылись, память о сне пропала сразу же. Возможно, уже незачем рассказывать, что меня разбудило, и какие мысли посетили при этом. Чёрт, это уже не столько даже веселило, сколько раздражало.
В несколько подавленном настроении я потянулся, чуть не ударился головой о край кровати, встал и вяло занялся зарядкой. Давненько уже не разминался, но тело вскоре смогло вернуться в терпимо-сносное состояние.