***
Он очнулся в поле, когда почти стемнело.
Всё повторяется?! Может сон?
Он встал и, не дожидаясь пригласительного огонька, направился к избушке, чтобы выяснить у сказочной бабули, чем она его напоила, и что тут происходит.
Дом изменился с тех пор, больше напоминал заброшенный сарай; окна и двери заколочены досками, мрачный и мёртвый, он наводил ужас. Походу ловить здесь нечего! — огорчился парень и со всей силы ударил кулаком по столику во дворе, а потом в отчаянии поплёлся к злополучной холодной остановке. Старая ведьма! Это ж надо было так со мной! — бормотал он, подходя к дороге. Ну, попадись ты мне снова! Я покажу, как нужно себя вести с уважаемым человеком!
Погода в сравнении с домом отличалась стабильностью; противный ветер навязчиво подкладывал за шиворот первые снежинки, лохматил густые тёмные кудри парня.
Он накинул капюшон и убрал руки в карманы, пытаясь согреться, но понапрасну, костюм не защищал от холода вообще, впрочем, как и остановочный павильон. Там парень угнездился на лавочке и нахохлился, будто воробышек. Похоже, тут сказке и конец, а кто слушал молодец! С этими мыслями он повернул голову в сторону проезжей части.
И вот он уже бодренько выбежал на дорогу и энергично замахал руками. Белая семёрка остановилась и, парень чуть ли не вырвал ручку закрытой двери с корнем, но водитель отворил лишь окно.
— Командир, не подкинешь до города? — возбуждённо кричал он седовласому мужчине в салон. — Как приедем, озолочу, у меня много денег. Только увези отсюда, умоляю тебя!
— Возьми, — спокойно сказал ему тот, передавая конверт.
— Мужик, к чёрту письма, открой! — не успокаивался молодой человек, цепляясь за автомобиль, как за спасательный круг.
— Извини, парниш, без обид, но нам не по пути! — вымолвил хозяин семёрки. — Бывай!
Водитель уехал, оставив растерянного паренька с конвертом в руках посередине дороги.
«Чёрт! Чёрт! Чёрт!» От безысходности он ударял и ударял по стенке павильона, словно тренировался боксёр перед финальным боем; досталось и урне.
От физической нагрузки он согрелся и устал; примостился на лавке и вынул смятый конверт из кармана. Всё тот же почерк и те же синие чернила смотрели с любовью ему в глаза.
Олеженька, родной! Вчера ходила в полицию и написала заявление.
Так, что скоро мы тебя найдём, ты только дождись!
Зинаида.
***
Девушка с детскими чертами лица и светлыми волосами угрюмо глядела в окно: чёрно-белые люди, машины, трамваи, автобусы; чёрно-белые дома, деревья, облака, и дождь чёрно-белый. С третьего этажа новостройки люди больше похожи на зонты. Да, зонты, идущие навстречу друг другу, чтобы столкнуться, а потом разойтись по своим придуманным чёрно-белым делам.
Краски ушли по-английски в обнимку с Олегом три года назад и, также как он, не вернулись.
Он мечтал о детях, о своих детях. Он думал, что Зина нарожает много-много детей, но… Врачи сообщили ей о бесплодии и, ему тоже не забыли доложить. Он успокаивал её весь вечер; говорил, что вместе они справятся. Однако уже утром ещё спящую, он целовал её в ушко, и шептал, что она хорошая и добрая, а он, он…просто-напросто не достоин её и, растворился.
Позже его адвокат приносил на «золотом подносе» развод.
А спустя неделю, по городу расползлись слухи о скорой женитьбе Олега на юной и уже беременной красавице Ангелине.
В кармане вязаной кофты завибрировал телефон, слегка напугав задумчивую девушку.
— Слушаю, — грустно заговорила она.
— Зинаида Андреевна Добрюкова? — прозвучал хриплый мужской голос.
— А кто её спрашивает? — безразлично спросила она, присаживаясь на коричневый кожаный диван.
— Следователь Бездушный Игорь Всеволодович беспокоит. На той неделе она оставляла заявление о пропаже человека.
— Да, я оставляла! — оживилась Зинаида и выпрямила спину.