Завтра придется купить новую коробку передач. Даже если она заплатит только половину, в ее сбережениях образуется брешь. Черт бы побрал Адама! Черт бы побрал законы, не позволяющие женщине получить то, что ей причитается!
На столе стояли семейные фотографии. Сейчас их стало меньше, поскольку Маргарет убрала фотографию Адама и их свадебные фотографии. Впереди стояла фотография молодого отца Маргарет. Она не знала его, но мать много рассказывала о нем.
«Наверное, мне было бы легче всего умереть, – подумала Маргарет. – Ведь я, как ни стараюсь, не могу вспомнить ничего приятного». Отогнав тяжкие мысли, она приступила к работе.
Глава 21
Губы Адама растянулись в притворной улыбке: всем своим видом он выказывал радостное оживление, хотя вовсе не испытывал его. Адам был напряжен, поскольку визит детей проходил не так, как ему хотелось бы.
– Вот этот цветок того же семейства, что и морковь, – объяснил он. – А ведь по виду не скажешь, правда?
– Он некрасивый, – отозвалась Джулия.
– Это сейчас, когда он засох. А видела бы ты его в августе, в пору цветения.
Адам повел детей гулять на луг, который раскинулся между рекой и лесом, окружавшим дом. Рэнди готовила обед и не желала, чтобы ей мешали на кухне.
Но детей, видимо, не очень-то увлекала эта прогулка и ботанические пояснения отца. Они наблюдали за Руфусом, почти незаметным в высокой пожухлой траве.
– Ладно, пора возвращаться, – сказал Адам. – Наверное, Рэнди уже приготовила обед.
– А может, поедим на улице? – предложил Дэнни, увидев, что стол для пикника не накрыт.
– Слишком холодно, на дворе конец ноября, – возразил Адам.
– Да на солнышке нормально. А мне даже жарко в свитере.
«Похоже, Дэнни всем недоволен, это что-то новое», – подумал Адам.
За столом во время обеда Рэнди обратилась к Джулии:
– Очень жаль, что тебе не понравилось пианино. Увидев его на распродаже, я сразу подумала о тебе. Оно отлично поместилось в подвале, мы планируем со временем устроить там отличную комнату для отдыха.
– Прекрасно, что ты подумала о Джулии, – заметил Адам. – Пианино пригодится, когда она вернется к занятиям музыкой. Но мы не будем торопить тебя, Джулия.
– По-моему, пианино ей не понравилось. – Рэнди улыбнулась. – Оно для нее не слишком хорошее, правда, Джулия?
Девочка вспыхнула:
– Я просто не хочу играть.
После обеда дети вышли на улицу, а Рэнди и Адам остались пить кофе.
– Я так надеялась, что Джулия обрадуется пианино, – начала Рэнди.
«Ох, лучше бы она оставила эту тему! – подумал Адам. – Конечно, Рэнди проявила доброту и щедрость, купив пианино. Но как она не понимает, что Джулия привыкла к инструменту, подаренному бабушкой».
– Не огорчайся. – Адам взглянул на Рэнди. – Вот и Джулия тоже расстроилась.
– Мне больно было смотреть, как она тайком вытирала слезы. За весь обед Джулия не сказала почти ни слова.
– Рэнди, ей очень трудно. Я понимал, разумеется, что мой уход повлияет на детей, однако не ожидал такой сильной реакции.
– Ради Бога, Адам, но ты же не умер и не сидишь в тюрьме! Все дело в том, дорогой, что твои дети плохо воспитаны.
– Нет, Рэнди. Конечно, с ними бывает всякое, но воспитаны они хорошо.
– Тогда скажи мне, почему Дэнни повсюду таскает за собой собаку?
– Он привез сюда Руфуса, чтобы пес побегал на воле. И кроме того, собака успокаивает его.
– Успокаивает! Разве здесь мучают Дэнни? Ты добрая душа, Адам Крейн, но слишком уж мягкотел по отношению к своим детям.
Адам обиделся. Да, сегодня Дэнни и Джулия вели себя не особенно хорошо. Но почему они всегда должны быть паиньками? Рэнди доброжелательно к ним относится, но у нее нет опыта общения с подростками… Безусловно, нельзя ожидать, что Рэнди будет развлекать их каждую субботу… однако он не может видеться с ними в другие дни… Что ж, Рэнди вправе иметь свое мнение о детях…
– Я, наверное, расстроила тебя, – проговорила Рэнди. – Тебе кажется, что я не люблю твоих детей. – Она поднялась, обхватила ладонями лицо Адама и поцеловала. – Дорогой, прости меня. Я люблю их. Ведь это же твои дети. Но разве мне нельзя иногда откровенно высказать свое мнение? Пожалуйста, пойми меня и скажи, что не обиделся.
– Я не обиделся.
– Правда? Тогда улыбнись.
Адам улыбнулся.
По пути домой все молчали. Дэнни слушал по радио музыку, пела какая-то группа с идиотским названием, которого Адам не запомнил… что-то вроде «Кладбищенские вышибалы». Обычно такая музыка раздражала Адама, но сейчас он был поглощен своими мыслями.