Через несколько минут он услышал, как к дому подъехала машина Рэнди.
– Почему ты дома? Заболел? – удивилась она, появившись в дверях.
– Нет, нет. А почему ты вернулась в два часа дня?
– У меня сегодня нет встреч с клиентами, вот и все. Но что случилось? Ты плохо выглядишь.
– Не беспокойся. Снимай куртку, садись, и я тебе все расскажу.
Адам отметил, что у Рэнди оживленный и энергичный вид. Не желая, чтобы она видела его подавленным, он сел и с деланной бодростью сообщил:
– Сегодня утром меня уволили.
– Что?!
– Да, теперь я безработный. Но не волнуйся, это ненадолго.
– Не могу поверить! Такая работа… ты же занимал ответственный пост!
– Все не так просто, Рэнди. От этого не застрахован ни один начальник.
Рэнди поднялась со стула, и Адам подумал, что она хочет подойти к нему и успокоить. Но она стояла в нерешительности, нахмурившись и поджав губы.
– Говоришь, это ненадолго? Почему ты так уверен?
– Полной уверенности у меня нет, но я надеюсь скоро найти работу.
Адаму вдруг показалось, что Рэнди разгневана. Она не стала расспрашивать о деталях, о том, как и почему это произошло, как он чувствовал себя в этот момент.
Поэтому Адам решил сам все рассказать.
– Вся процедура заняла пять минут, а то и меньше. Он вел себя очень тактично, выражал сожаление… Но после двадцати лет работы… – Адам почувствовал, что ему трудно говорить. Бравада улетучилась.
Рэнди явно не слушала его, думая о чем-то своем.
– Господи, я ехала домой такая счастливая, а тут ты со своей новостью. Знаешь, где я сейчас была? У врача. Я беременна.
Главная новость дня настолько потрясла Адама, что слова Рэнди не произвели на него должного впечатления.
– Адам, неужели тебе нечего сказать? – возмутилась Рэнди.
– Но ты же принимала таблетки! – У Адама внезапно сдавило грудь.
– Ничто не дает стопроцентной гарантии. Это всем известно. – Рэнди внимательно посмотрела на Адама. – И ты даже не улыбнешься?
Грудь сжимало все сильнее. Адам не знал от чего – от ярости, отчаяния или страха. Он сознавал лишь одно: что пришел в полное смятение. Развод, работа, его дети, счета, убывающие банковские сбережения… и теперь еще вот это.
– Я не собирался сейчас заводить ребенка, – пробормотал Адам.
– Ты, возможно, и не собирался, а вот я собиралась. Сколько, по-твоему, мне еще ждать? Пока не стукнет шестьдесят? Ты обещал, что мы заведем ребенка! Обещал! – Рэнди топнула ногой.
«Неужели я действительно обещал?» – подумал Адам. Он не был уверен в этом. Возможно, и обещал.
– Мне надоело ждать, я устала.
От этих слов все отрицательные эмоции, накопившиеся у Адама, выплеснулись наружу, и он заорал на Рэнди:
– Ты специально сделала это! Ты не пользовалась таблетками! И хотя знала, что сейчас не время и я не хочу пока ребенка, поскольку мы не готовы к этому, все равно обманула меня!
– Вот как? Неужели ты такой уж нищий, что не можешь позволить мне… нам иметь ребенка?
Слово «нищий» еще больше разозлило Адама.
– Этот нищий содержит тебя совсем неплохо. Без него у тебя не было бы такого дома. Ты когда-нибудь задумывалась о том, дорого ли все это стоит? Знаешь, сколько сейчас денег на моем счету в банке? Вернее, сколько уже уплыло оттуда?
– Я все прекрасно знаю. Но если бы твоя ненасытная женушка не запускала постоянно лапу в твой карман, принадлежащий тебе банковский счет не оскудел бы. Сучка! Она поняла, что ты не любишь ее, но все равно не отстает от тебя.
– Не говори глупости. У меня нет выбора. Я не могу позволить им голодать. Это же мои дети.
– Но она ведь работает! Пусть и зарабатывает побольше для детей. Это ведь и ее дети, а не только твои.
– Будь у тебя мозги, ты не сказала бы ничего подобного!
– А мне непонятно, где твои мозги. Ты даже со своим адвокатом не умеешь разговаривать. Почему он так долго тянет с этим чертовым разводом?
– По всей Америке суды переполнены делами о разводах. Неужели ты об этом не слышала?
Рэнди заплакала.
– Ты испортил мне настроение. Я-то думала, что встречу тебя у порога и сообщу Новость, мечтала, как ты обрадуешься, и мы начнем выбирать имя ребенку. Ты откроешь шампанское, но я пить не стану, потому что мне нельзя… А вместо этого мы стоим и ругаемся.