– Сей… Сайкер, господин.
– Необычное имя для деревенского парнишки, – отметил Крэг.
– Моя мать была из городских, – пожал плечами тот, – у них иные порядки. В деревне раньше смеялись, потом привыкли, даже дразниться перестали, – он многозначительно ударил кулаком по ладони, как бы говоря: «У меня сильно не забалуешь!»
– Вот что, Сайкер, помоги-ка собрать хворост для костра. Да не ленись.
– Да, господин Нари! – мальчишка тут же сорвался в лес.
– Только не отходи далеко, а то снова заблудишься на ночь глядя, – напутствовал ему вслед Крэг и добавил тихо, обращаясь к Нааррону: – Во-первых, заучка, не зарывайся. А во-вторых, я уже сказал, не нравится мне этот мальчишка. Что-то с ним не чисто.
Он сунул птиц в руки Нааррону и, мягко поднявшись, тенью скользнул вслед.
Через четверть часа объявился Сайкер с большущей охапкой хвороста, которую еле волок, чудом удерживая тонкими рученками. Вскоре весело заплясал огонь, затрещал сучьями. Для разнообразия было решено запечь куропаток в глине – это Крэг, убедившись, что мальчонка занят именно тем, о чем его просили, не поленился сделать крюк и добрался до скрывающегося за полями озера. Нааррон к тому времени ощипал и выпотрошил птицу, начинив её припасенными травами, и теперь занимался лошадьми. Ныне в лагере не было бездельников.
Стемнело.
За пределами небольшого круга, освещаемого огнем костра, царил кромешный мрак. Сытый Нааррон осоловело развалился на одеяле и то таращился на огонь, то разглядывал своих попутчиков. Крэг сидел напротив и точил свой охотничий нож. В неверном свете языков пламени его лицо выглядело несколько зловещё. Мальчишка, довольно лыбясь, жадно впивался в мясо белыми крепкими зубами. Покончив со своей порцией, он свернулся клубочком под выделенной ему лошадиной попоной и теперь вовсю сопел. Мелькнула мысль, что парень был голодный, но за всю дорогу так и не попросил еды, только попил, когда ему предложили. Мелькнула и тут же пропала.
– Завтра меня не буди, – распорядился Нааррон, удобнее устраиваясь на своем импровизированном ложе.
Крэг ничего не ответил, только криво ухмыльнулся в темноту.
К удивлению Нааррона, это утро мало чем отличалось от вчерашнего и предыдущих, разве что изменилась форма подачи:
– Подъём, господин, Нари! – одеяло по традиции улетело прочь. – Вы забыли, что сказал доктор? Вам необходимо для здоровья рано вставать! – незаметный пинок, заставил Нааррона подскочить.
– Кр… Рэн! Я же просил меня не будить!
– Не забывайте, как полезно для организма принимать закаливающие ванны.
Таков наказ вашего доктора. Вы же не хотите его нарушать? – лицо Крэга выражало крайнюю учтивость, а в золотистых зрачках плясали черти. – Сымайте все лишнее и бегом умываться к озеру. Извольте, я помогу.
Не взирая на слабые протесты, Крэг содрал с Нааррона хламиду, успев незаметно отвесить ещё пару тумаков.
– Отстань! Я сам! – недовольный адепт, в основном из чувства самосохранения, стащил с себя все лишнее, оставшись, в холщовых портах.
– Вот и славненько. А теперь бегом! Бегом к озеру! – Крэг обернулся на сонно лупающего глазами мальчишку, – Эй, а ты чего расселся? Давай-ка следом! Я тебя одного в лагере не оставлю, даже не думай! – он направился было к Сайкеру, но то, взвизгну, вскочил и, мелькая босыми пятками, бросился за Наарроном.
– Господин Нари, господин Нари! Чой-та он?
– С ума он сошёл! – отозвался Нааррон на бегу. – Топить будет.
– Как топить? – мальчонка от удивления даже остановился, но, опомнившись, припустил вновь.
Достигнув берега, Нааррон самостоятельно вошёл в воду. Вздыхая и охая поплескал на худосочный торс, привыкая к холоду. Вода показалось такой ледяной, что сводило кишки, но он заставил себя умыться, искоса поглядывая на Защитника. Тот, ехидно ухмыляясь, пронесся мимо, щедро обрызгав Нааррона, и уплыл туда, где было глубже. Сайкер, ежась и поджимая то одну, то другую ногу, терся на берегу и беспомощно озирался по сторонам. Убедившись, что на него никто особого внимания не обращает, потихоньку бочком перебрался за камыши.
– Эй, малец, – тут же выкрикнул из воды Крэг, – а ну давай сюда! Тебе следует вымыться!
– Дяденька Рэн, вода сильно холодная! Я плохо плаваю, – раздалось из зарослей.
– А вот как я тебе сейчас помогу?
– Не надо, дяденька Рэн! Я сам умоюсь, только не тащите в воду, пожа-алуйста! – стал канючить мальчишка и тотчас вернулся. Присел у воды на корточки и, мокая в воду два пальца, начал старательно тереть лицо и даже шею, то и дело поглядывая с опаской на Защитника.
– Пойду бегать, – сообщил Нааррон, посчитав, что на сегодня с него водных процедур достаточно – вон уже зуб на зуб не попадает.
Крэг направился к берегу, заметив, что Сайкер сразу опасливо отодвинулся подальше. Нааррон, тем временем, весьма бодро чесал по тропинке к лесу. Малец, немного поразмыслив, здраво решил, что с господином Нари будет куда как безопасней. Он припустил следом, громко крича:
– Господин Нари, подождите!
Перекусив, троица свернула лагерь.
– К вечеру должны показаться Красные Горки. Хорошо бы успеть до темноты, пока ворота открыты, – Крэг придирчиво осматривал оседланного Наарроном мерина.
– Не хочется ночевать снаружи. А ежели опоздаем на постой пустишь? – он подмигнул мальчонке, отметив, как тот слегка побледнел, но тем не менее бойко ответил:
– Отчего не пустить? Пущу. Да и тятька против не будет, ежели за постой заплатите.
– Коли не брешешь, господин Нари щедро заплатит. Твой батюшка останется доволен, – продолжил зубоскальство Защитник.
В Красных горках он планировал задержаться на день-другой. Пополнить припасы и сменить лошадей. Мерин и кобылка для длительного путешествия не годились, разве что в качестве вьючных. Скудный запас провизии, захваченный из Ордена, подошёл к концу. Да и требовались не только припасы.
Храм Киаланы у Излома так и назывался, потому как находится именно у Излома. Климат в тех местах суровый. Не такой, как везде. Там и сейчас царит вечная осень, знаменуя ночи легким морозцем, а дни – холодными дождями и пронизывающим ветром. Редкий случай, когда выглянет солнце. По крайней мере в учебниках так писали. А потому неплохо бы было обзавестись подходящей одеждой.
Сам Крэг снарядился по походному: простая куртка и штаны, в сумках с собой теплая поддевка. Да и привычен он к прохладе. Им, Защитникам, до определенной степени нипочем жара и холод – это в крови, да ещё и тренировки обращения с силой. Только вот обувь…. Обувь может выдать. А вот заучка – долго не протянет. Да ещё эта его хламида. Конечно, вряд ли кто-то признает в нем мудреца из Ордена, скорее примут за студиозуса какого-нибудь университета, коих тьма в столице. Но тех, кто бережется, берегут сами боги.
– Сайкер, а ты часто бываешь в городе? – спросил Нааррон.
– Порой случается, – ответил парнишка.
– А что, есть там приличные места для ночлега?
– Приличные-то? А то как же! От северных ворот ведет улица, вы на ней не останавливайтесь. Там самые дорогие заведения. Хозяева – ворюги!
– Все как один? – уточнил Крэг.
– Ага, – с готовностью подтвердил мальчишка.
– Так, где же лучше остановиться?
– Поверните к западным, через Калашную улицу. Увидите вывеску – огромный колос пшеницы. Это постоялый двор «Полный колос» – туда не заходите. Там дорого и хозяин…
– Ворюга? – приподнял брови Крэг.
– Не такой, как у северных, но тоже ворюга и скупердяй. И пиво кислое наливает, – Сайкер скривился с видом знатока, – дай волю и три шкуры сдерет.
– А ты то почем знаешь?
– Так это… Батька же сказывал, – развел руками парнишка.
– Где же нам лучше ночевать-то? – Нааррон заерзал в седле.
Ему уже мерещились льняные, пахнущие лавандой, простыни. Ноздри почти улавливали запах свежего хлеба. Грезились, тонущие в масле, клубни молодого картофеля, и нежный барашек вращался не спеша на вертеле… В животе громко заурчало.
– Напротив «Полного колоса» увидите другой постоялый двор «Четыре кошки».