– Что ты сказал? – Пасита подскочил, как ужаленный.
– Пасита, прости! Не серчай. Ляпнул дурак, не подумав, – Мордан всерьез испугался.
Пасита поморщился.
– Прекрати вопить! Я спрашиваю, что ты имел ввиду, когда произнес «вас Защитников»?
– Ну… Я подумал… Хотя… Конечно, я ошибся. Этого же не может быть. Наверное, мне все померещилось от жары, или я ударился головой при падении, но в пылу не заметил…
– Говори уже! – рыкнул Пасита, и Мордан сглотнул.
– Стало ощутимо прохладнее.
– Да на нем же мокрая рубаха, а купальни в тени! – махнул рукой Харила, с видом «и нечего тут умного из себя строить!».
– Вода ледком у берега подернулась! Я не слепой! А трава вокруг покрылась инеем, – разозлился Мордан. – Но главное: у девчонки побелели глаза, как это у тебя, Пасита, бывает.
Защитник потрясенно молчал. Возможно, судьба, а вовсе не злой рок занесла его в Золотые Орешки? Наконец, он очнулся:
– Так где, говоришь, это произошло?
– У купален. На том берегу, где бабы обычно плещутся.
– Пасита, можно я эту девку высеку? А коли тебе самому развлечься захочется, так ты у нас завсегда первый. Высечь и опосля не поздно.
– Девчонку не трогать! – рявкнул Пасита.
– Но как же?! – взвился Харила.
– Я что-то непонятное сказал? – голос Защитника стал вкрадчиво тихим. В горнице стало заметно теплее, но братья поежились, ощутив это кожей, и яростно замотали головами.
Пасита не стал дальше с ними разговаривать, вышел за дверь и отвязал Ярого.
Вскочив на коня, стремглав понесся через деревню к овинам, распугивая встречных жителей. Свернул на тропу через лесок, наверх – туда, где природные каменные чаши образовывали уютные пруды с чистой ключевой водой.
У купален, вопреки ожиданиям, никого не было. Пасита привязал коня к березе и пошел взглянуть на место драки поближе.
Отчетливые отпечатки больших ног вели из воды на берег – похоже именно здесь выходил Мордан, после того, как девчонка отправила его в плаванье. Защитник нашел место, где она при этом стояла. Вот глубокая полоса, прочерченной на еще мягкой и влажной земле – такой след остается, когда противник намного тяжелее.
Впрочем, так оно и было. Перебирая ногами, как в танце, Защитник повторил заученные движения в замедленном темпе, бросая в воду невидимого противника.
Защитник прикрыл глаза и встряхнулся, разгоняя по телу приятные мурашки, от построенной в голове картины. Обнаженная, девушка, по телу которой еще катятся капельки воды, исполняет базовые приемы школы рукопашного боя Ордена Защитников.
Пасита отошел чуть в сторону – ближе к тропе. Здесь Харила упал впервые.
Похоже, он попытался наброситься сзади. Девчонка увернулась. Классический прием «шаг назад». Отскочила – трава примята. Хорошо заметны следы небольших стоп.
Пасита встал, в стойку, скопировав положение ног. Вот Харила поднимается. Вот он с ревом несется на нее. Глубокие отпечатки сапог и вырванная с корнем трава, как свидетельство. Интересно, что она при этом чувствовала, стоя перед ним абсолютно обнаженной? Ответ пришел сразу – девчонка чувствовала ледяное спокойствие.
Пасита отставил ногу в позицию «готов к встрече», не сомневаясь, что четко попадет в след. А затем, повторяя за смутным образом воображаемой девушки, сымитировал, как та подныривает под руку, делает перехват и, добавляя инерции приемом «ветер в спину», помогает противнику поцеловать скалу. Пасита мягко танцевал по берегу, воспроизводя с поразительной точностью действия Киры.
А вот и место, где девчонка, обессилев, упала на землю. Рядом обнаружились и другие следы, не принадлежащие участникам схватки. Женские и мужские. Вторые – явно стали глубже там, где вели обратно. Похоже, девчонку взяли на руки. Конечно, после неконтролируемого всплеска силы, она потеряла сознание.
Нога задела один из камней, и что-то блеснуло. Пасита нагнулся и поднял охотничий нож. Широко, радостно улыбнувшись, он произнес вслух:
– Так вот, кто ты такая, Кира-охотница!
Первым порывом было направиться прямо к дому девчонки, но он остановил себя и пустил Ярого медленным шагом. Надо обмозговать произошедшее и успокоиться. Ему сейчас не помешает пара-тройка часов медитации.
У поворота от овинов к деревне навстречу попались две девчушки. Завидев его заметались и замерли перепуганные у обочины. Одна дернула другую за рукав и обе, низко поклонившись, хором пропищали:
– Буде здоровы, господин Защитник!
Пасита благодушно кивнул, отметив смазливые личики. Мелькнула мысль: «Эта деревня просто сундук с сокровищами! А главное – ни румян, ни белил, но что не девка, через одну – красотки». Уловив нетерпение в озабоченных, мечущихся по сторонам взглядах и неспокойных руках, спросил:
– А не видели ли вы Киру-охотницу, красавицы?
Опешившие от такого неожиданного вопроса, а пуще от вежливого обращения, девчушки переглянулись. Темноволосая пролепетала:
– Так от нее же и идем, – от Паситы не скрылся рассерженный взгляд, который при этом рыжая бросила на подругу.
– И как она?
– Нездоровится ей, господин Защитник, – ответила вторая.
– А что с ней приключилось? Неужто зверь какой порвал? – делано удивился Пасита.
– Матрена сказала, что сил она лишилась. Поспит и все пройдет, господин Защитник.
Пасита кивнул своим мыслям. Подозрения подтверждались: если девчонка вошла в боевой транс без знаний и наставника, то от потраченной впустую энергии и неумения ее восполнить, просто вырубилась. Ничего, поспит, а там и придет в себя, а пока неплохо бы заглянуть к этой Матрене.
– Матрена, это знахарка деревенская? Как мне ее найти?
– Так то просто совсем, господин Защитник. От вашего дома по переулку направо, там, в самом конце на окраине ее изба и будет.
– Вот, держите, красавицы, – Пасита достал из кармана горсть круглых леденцов и протянул девчонкам, – теперь бегите к охотнице, да сказывайте, как очнется, пусть явится к Защитнику.
Он тронул поводья, девчонки низко поклонились.
Пустив коня рысью, Пасита вскоре оказался у указанной избы. Саму знахарку он обнаружил у колодца позади дома.
– Здрав буде, господин Защитник, – приветствовала его та, едва склонившись, и не проявив особого почтения, – никак приболели?
– Мне сказали ты, сегодня была у Киры-охотницы. Что с ней? – проигнорировал выпад Пасита.
– Переутомилась девчонка. А как же иначе, если с непокрытой головой по жаре весь день бегать, – знахарка не стояла на одном месте, а продолжала споро заниматься делами, вынуждая гостя двигаться по двору следом.
– Не лги мне!
Вокруг резко похолодало и старуха поежилась, но, скорее от того, что озябла. Не от страха. Матрена уже довольно пожила на этом свете, чтобы говорить свободно.
– Не знаю как, но очень похоже, что истощение резерва у нее, хотя она и не жрица Киаланы. Может просмотрели ее в детстве, но какая-то сила у девчонки имеется.
Из сказанного Пасита сделал вывод, что про способности Киры знахарка ничего не знает, вот и предположила, что у той проявилась слабенькая магия жриц. Обычно это дар врачевания или предсказания. Таких девочек принято отдавать в храм Киаланы, где они получают соответствующее обучение. Пасита уточнил:
– Она пришла в себя?
– Еще спит. И, думаю, спать будет долго. Ледяная вся, что могильная плита. Дала отвар, велела укрыть потеплее, но раньше следующего дня не проснется точно.
– Состав отвара?
Знахарка удивленно вскинулась, но ответила:
– Зверобой, череда, капелька беладонны для укрепления связей. А тебе-то какое дело?
– А ты, старуха, не так проста. Где училась? – Защитник проигнорировал ее неучтивость.
– Столичный университет алхимии при храме Киаланы. Факультет травничества – магических сил-то у меня нету. Диплом показать?
Защитник ухмыльнулся и погрозил знахарке пальцем.
– Где-ты, где-ты, Кира-охотница? – шептал Пасита, вглядывалось через окно в пустую площадь.
Солнце висело у самого горизонта, окрасив все вокруг в золотистые тона. Час назад Мордан сообщил, что девчонка очнулась. Чуть позже – что девчонка отправилась к купальням. И в этой деревне нашлись гнилые душонки, которые можно подкупить или запугать. Так что за домом Киры все время пристально следили. Не торопится та, однако, исполнять волю Защитника.