Пасита успокоился, деловито наполнил её блюдо, положив кусок кролика, зелень, несколько клубней сладкого картофеля и ломоть свежего хлеба. Налил в кубок вина.
– Ешь. Не бойся. Никакого подвоха. Слово Защитника.
Кира осторожно отщипнула кусок мяса и стала медленно жевать, Пасита тем временем продолжил:
– Сила Защитников не только в том, чтобы жечь и замораживать. Она… Как бы это сказать? Чуть более многогранна. Впрочем, это уже секреты Ордена, и я не вправе тебе о них рассказывать. По крайней мере не сейчас.
Некоторое время Защитник молча поглощал пищу.
– Послушай, – он понизил голос, – ты внучка самого Махаррона тин Даррена.
Великого Махаррона, слыхала о таком?
Кира кивнула, она прекрасно знала, кто её дед, и Пасита обрадовался, что не придётся слишком многого объяснять.
– Так вот, твое рождёние на свет – это чудо, и твои отец и дед поступили не правильно, скрыв тебя от Ордена. Но самое важное то, что у тебя определенно есть дар силы, и на него нельзя вот так просто не обращать внимания. Знаешь почему мальчишек забирают в Орден сразу после рождёния?
– Нет, – Кира жадно внимала, не отрывая глаз от губ говорящего. Она даже перестала жевать и дышать, боясь пропустить хоть одно слово. Никто и никогда не рассказывал ей об Ордене так много, даже отец постоянно отделывался отговорками, да сказками.
– Сила, – Пасита на мгновение задумался, подбирая слова, – понимаешь, её нужно уметь контролировать, иначе рано или поздно она возьмет верх. Сметет все на своем пути, оставив тебя горевать над трупами близких, – Защитник резко приблизил свое лицо, и Киррана испуганно вздрогнула, отшатнувшись. – Ты помнишь, как это было, когда сила пришла? Отчего Мордан сбежал, намочив штаны? Отчего теперь он тебя так не любит?
– Нет, – испуганно прошептала охотница, – я так ничего не могу вспомнить…
– Вот то-то и оно, – развел руками Пасита, а со временем все станет только хуже.
Сила начнет одерживать верх. Я сам вынужден до сих пор с ней бороться, – он обезоруживающе улыбнулся, – и это несколько портит мой характер. Порой я бываю невыносим.
– И что же мне делать?
Кире было страшно подумать, что у неё действительно есть эта самая сила. Она и не подозревала, что может быть настолько опасной для окружающих. ещё подкупала искренняя улыбка Паситы, который сегодня был потрясающе хорош. Кира попыталась представить рядом с ним Микора, и поняла, что друг проигрывает Защитнику. Стоп! Не стоит забывать, кто сидит перед ней.
– Я предлагаю тебе помощь. Помогу справиться с силой до того, как она выйдет из под контроля. Так и поступают наставники. Заодно надо научить тебя ещё кое-чему, до того как мы попадем в Орден.
– Что?! – Кира чуть не подавилась вином, которое ещё недавно совсем не собиралась пить, но, завороженная рассказом, непроизвольно сделала глоток.
– Тише, не кричи! – Защитник поморщился. – Разве так ведут себя благородные дамы за столом.
– Это я то благородная дама?! – час от часу не легче подумала Кира.
– Ты, Киррана тин Даррен. Если я не ошибаюсь, приставка «тин» перед фамилией дается только тем родам, которым сам Великий князь пожаловал дворянство.
– Но ведь Князь младше деда, а Махаррон и тогда уже был тин Дарреном.
– Глупышка, – вновь улыбнулся Пасита, – до нынешнего Князя был ведь и другой.
Пасита ещё много интересного поведал Кире и даже проводил до дома, хотя она и отказывалась от такой чести, как могла. По улице шла и чувствовала, как иголками колют взгляды из-за каждой подворотни и занавески.
У калитки Пасита остановился и взял, Киру за руки, заставив напрячься.
– Завтра праздник, ты готовишься?
– Да… как обычно, – Кира постаралась ответить неопределенно.
– Я не знаю, что для тебя значит «как обычно», – не дал схитрить Защитник, – но ты должна там быть.
– Зачем? – Кира попыталась отнять руки, но Пасита сжал сильней.
– Скажем так: на одну ночь я хочу забыть, что я Защитник в ранге, и просто побегать по лесу, как деревенский мальчишка. Понимаешь, я этого никогда не делал раньше, – почти не слукавил он.
– А я-то тут причем? Там и без меня будет полно девушек. Но не забудь, ты обещал никого не трогать! – поспешила напомнить Кира, понимая что про других девушек ляпнула зря.
В душе воцарилось странное смущение. Сегодня Защитник предстал перед ней совсем в ином свете, и в голове все перевернулось. Не было до конца понятно, хороший он или плохой? Или просто так сложились обстоятельства? Хотя все инстинкты не прекращая вопили об опасности, а они обычно не подводили охотницу.
– Бегать я планирую только за тобой. Вон и песню выучил ради такого дела, – Пасита обезоруживающе, в который сегодня уже раз, улыбнулся.
– За мной? – удивлению Киры не было предела.
– Ага. Скажем, мной движет чисто охотничий азарт. Убежишь – считай, повезло.
Не сумеешь, я получу законный поцелуй. Ничего кроме. Согласна?
Кира нехотя кивнула.
– Иди домой, мать ждет.
На крыльце и правда стояла Анасташа.
Глава 15
– Да что же это такое творится! – Анасташа, схватив Киру за руку, практически заволокла внутрь избы.
– Мама! – возмутилась та, удивленная таким поступком. – Право слово, как в детстве!
– Ты в своем уме?! – орала Анасташа. – Мало того, что сначала таскаешься с тремя мужиками неизвестно куда, возвращаешься едва живая. Я уже не говорю про тот раз, когда тебя принес Лютобор. Сплетен за спиной мне и так хватает. Наговорились уже за всю жизнь, но это ни в какие ворота не лезет! Завтра же отправлю тебя в Вороньи гнезда к тетке!
– Мама, да что случилось-то?
– Она ещё спрашивает! Нет вы только посмотрите!
– Мама!
– Вся деревня знает, как охотница Кира, приемная дочь Анасташи – небывалое дело – напялила сарафан. А потом её ещё и Защитник до дома провожает. Да кто!
Пасита, сын сартогской шлюхи, будь он неладен!
– Мама, ты стала слишком много ругаться, – Кира старалась говорить спокойно.
– Что ты сказала? Ох! Она ещё смеет матери дерзить! Общение с Защитником не идет тебе на пользу.
– Зато тебе в свое время очень пошло! – не выдержала Кира несправедливых обвинений, да ещё и не известно за что.
Анасташа на миг замерла, задохнувшись от такого намека.
– Надо было строже с тобой. Как же это я так проглядела-то, а? Зря, видать, на Каррона надеялась. Помоги нам Киалана, что выросло-то? Я же в ней души не чаяла!
Все для любимого дитяти, всю любовь за двоих отдавала…
Кира не выдержала и выскочила на двор, не желая слушать злых слов. В голове звенел материнский голос. Грудь щемило, не давая вдохнуть. Охотница обошла дом и со второй попытки влезла в окно. Проклятый сарафан! Сорвала ненавистную одежду и бросила на пол, испытав легкое чувство вины. Быстро натянула охотничий наряд, пытаясь не слушать, как на крыльце что-то обвинительное кричит Анасташа. Тихо вылезла тем же путем наружу и побежала в сторону овинов, скрываясь за изгородью.
Дороги она почти не видела – то слёзы застили глаза.
За свои девятнадцать зим Кира ни разу не поругалась с матерью серьёзно.
Детские обиды не в счет. Что же сейчас произошло? Как вообще это могло случиться? И главное: из-за чего?
Добравшись до овинов, Кира проскользнула внутрь одного из них. Там забралась наверх, и свернулась калачиком на старой соломе, рыдая взахлеб, как в детстве. Через некоторое время слёзы кончились, и она долго лежала, вдыхая запах нагретого за день дерева и наблюдая сквозь щели, как постепенно заходит солнце.
Потом – как на пока ещё светлом небе появляются первые звезды. Наступила летняя теплая ночь, но домой идти совсем не хотелось. На душе было пусто.
Сначала умер отец. Ушёл. Просто так взял, и его не стало. Никто не понял, почему же это произошло, ведь обычно Защитники редко болеют и живут долго.
Потом уехал единственный друг Микор. С девчонками у неё не складывалось.