Впрочем, за время путешествия он немного пообвыкся и в тайне надеялся, что когда-нибудь, как и Настоятель Агилон, сможет взобраться на приличную лошадь, не наделав в штаны. Адепт подошёл ближе, придирчиво всматриваясь во флегматичные морды. В конце концов ему придётся иметь дело с новыми попутчиками, а значит лучше самому решить, кого выбрать.
В ответ на протянутую руку гнедой мерин люто клацнул зубами, заставив Нааррона взвизгнуть. Херкон засмеялся:
– Воробей у нас добрый, но с характером. Возьми лучше чалого – не пожалеешь.
Мы его Ясенем кличем. Он смирный.
Нааррон сглотнул и осторожно погладил мягкие губы второго конька, в любой момент готовый отскочить подальше. Тот благосклонно потянулся за лакомством, и аккуратно взял припасенную загодя морковку.
– Что касается тебя, я долго думал. Даже сон не шёл… – Херкон, усмехнувшись, обратился к Крэгу. – Мерин, на котором ты приехал, никуда не годится. Того и гляди не вовремя споткнется, дальние путешествия точно не для него. Не выдержит, падет в самый неподходящий момент, как это часто бывает. Оставь его мне, я возьму пяток серебряных в доплату, и забирай под поклажу Ясеня, он выносливый и за верховыми поспеет без труда.
Крэг пожал плечами, соображая насколько выгодна сделка.
– Да не тушуйся, раз тётка Марта прислала, знать и я не обижу. Вчера сынишка-то домой прибежал, рассказал как вы в переулке воровку допрашивали. Дело, конечно, не мое, – поспешил Херкон предупредить негодование, – но не все здесь рады, что в Красных Горках беззаконие с законом равняться пытается. Вижу я – люди вы честные.
Идем, – Херкон направился вглубь конюшни, – вот он твой красавец. Конечно, если совладать сможешь. Погодика-сь, – отворив стойло, он накинул недоуздок и вывел наружу огромного вороного.
Это был настоящий боевой конь, с лоснящимися крутыми боками, длинной шеей, крупной головой и сильными ногами, способными нести и воина в тяжелом облачении, такого, как паладины Керуна из монастырей бога-воина. Хвост и грива красавца были аккуратно заплетены в длинные косы и перевязаны золотыми ленточками:
– Подрезать рука не поднялась, – внезапно смутился могучий фермер, – вот, заплел, чтобы репьи не цеплялись…
Конь высокомерно покосился необычным золотистым глазом и громко фыркнул.
– Его зовут Северный Ветер, – почти нежно представил его фермер.
– Чудовище! – пробормотал Нааррон, побледнев, и непроизвольно отступил за спину Защитника.
– Он… – от очарования голос Крэга осип, а ком почти отпраздновал победу, блеснув влагой в глазах. – Мы… Я… Не смогу его себе позволить, – с большой долей горечи в голосе, наконец, выдавил он.
– Теперь нет, но когда-нибудь же сможете, Защитник Крэг? – Херкон хитро улыбнулся. – А я уже сейчас готов сделать скромный вклад в будущий покой города и окрестностей.
Нааррон, так выпучил глаза, что чудо, как они не выкатились прямо на посыпанный чистой соломой пол конюшни.
– Как вы узнали? – пробормотал не меньше его удивленный Защитник.
– Расскажу, когда вернетесь. Надеюсь окажете старому фермеру честь и порадуете хорошей историей? – он снова хитро прищурился. Затем посерьезнел: – Знакомьтесь, да и пора вам в дорогу, а если кто спросит, я вас тут не видел.
Нааррон и Крэг переглянулись.
– Ну, зайчик, ну, – тем временем ласково успокаивал прядущего ушами коня Херкон, потянув за собой наружу.
– Зайчик?! – адепт состроил гримасу.
Крэг подошёл к коню, осторожно протянул руки с открытыми ладонями, позволив себя обнюхать. Вороной топнул ногой и фыркнул. Защитник взялся за уздечку и медленно, но уверенно притянул к себе большую голову, прижался лбом, что-то тиха шепча. Ветер лишь нетерпеливо перебрал ногами, но если и попытался воспротивиться, то только для виду. Крэг придержал его, показывая, кто тут главный.
Херкон довольно улыбнулся и вздохнул, передавая поводья. Крэг, поглаживая и похлопывая мощную шею, аккуратно обошёл сбоку, одним махом взлетел в седло, которое Херкон уже успел водрузить коню на спину. Вороной заржал и взвился на дыбы, показывая характер, но получив шенкелей рванул вперёд, быстро свыкся с новым наездником, почувствовав крепкую руку и сильную волю. Фермер одобрительно кивнул сияющему, как новый серебряник, Защитнику, когда тот, сделав круг, вернулся.
Крэг спешился и протянул Херкону руку, тот крепко ответил на рукопожатие.
– Спасибо, – в это короткое слово Защитник постарался вложить всю свою благодарность.
Выезжали спешно. Херкон показал, как проехать через его владения напрямик и полями выйти на Восточную дорогу. За недолгими сборами сообщил последние новости из города. Оказалось, что местные банды стоят на ушах, ищут воина и писаря, ночевавших в «Четырех кошках». ещё с вечера по дорогам были разосланы соглядатаи, среди которых может оказаться кто угодно, так что стоило сторониться даже детей и старух.
Восточная дорога оказалась обычной проселочной, в одну колею. Хорошо укатанная, она вилась вдоль маленького, но бурного безымянного притока Быстрой, который временами превращался в узкий ручей, а временами, как полноценная речка, с ревом катил и пенил свои воды через множество крутых изгибов и порогов. Ближе к вечеру река и дорога расстались. Речушка повернула направо к взгорьям, чтобы, сорвавшись оттуда водопадом, влиться в большое озеро. А дорога, уводящая путников на восток, нырнула в лес, вынырнула обратно, перевалила через холм и продолжила виться среди полей и березовых рощ до самого горизонта.
За весь день Защитник и адепт почти не разговаривали, стремясь как можно дальше оставить Красные Горки и возможных преследователей. Шли размашистой походной рысью, и Нааррон тратил все силы, чтобы удержаться в седле, наблюдая, как под копытами мелькает полотно дороги. Дважды им приходилось сворачивать в сторону, прячась среди кустов, или скрываясь за холмами укладывать лошадей, пережидая встречные подводы с товаром, все ещё тянувшиеся в Красные Горки на летний торг.
Нааррон не уставал дивиться, наблюдая, как Крэг то и дело наклоняется к лошадиной шее и что-то ласково бормочет, гладит шелковистую шкуру. Защитник глаз не мог отвести от своего коня, и, казалось, тот платит ему взаимностью, чего нельзя было сказать самом Наарроне. Пока ехали бок о бок, чудовище попыталось схватить его зубами за ляжку, и теперь адепт старался держаться, по возможности, на расстоянии.
Удивила кобылка, внезапно проявив норов, когда Ветер в очередной раз захотел куснуть Нааррона. Маленькая лошадка храбро щелкнула зубами прямо перед наглой мордой, встав на защиту своего седока, и тем самым завоевала сердце адепта окончательно.
– Интересно, как тебя зовут? – впервые задался он подобным вопросом. А потом решил: – Будешь Ромашкой, – он потрепал верную иноходицу по холке.
На коротком привале Нааррон решился и, пользуясь благодушием счастливого Крэга, спросил:
– Херкон сказал, что ищут воина и писаря?
– Угу, – Кивнул Крэг с набитым ртом.
– Думаешь это из-за хламиды?
– Не уверен.
Некоторое время Нааррон задумчиво жевал кусок мясного пирога, который завернула им с собой жена Херкона.
– Как бы так сделать, чтобы мы были похожи не на воина и писаря, а на пару наемников, к примеру? – вопрос прозвучал несколько смущенно.
– Может, просто стоит повторять за мной? – улыбнулся Крэг.
На ночевку друзья остановились среди полей, предусмотрительно отдалившись от дороги на приличное расстояние. Огня разжигать не стали, перекусили остатками пирога. Лошадям же накапали в воду, налитую в котелок, успокаивающего зелья, которое сунул с собой Херкон. Снадобье делало животных флегматичнее. Они не рвались попастись, не проявляли норова, лежали спокойно, если уложить, но, при необходимости, были способны продолжить путь и двигаться быстро. Правда в этом случае потребовался бы основательный отдых позже.
– Может и мне глоточек сделать, – Нааррон с сомнением покосился на котелок с остатками воды.