Райхо схватился за голову и вдруг понял, что потерял шляпу. Наверное, при столкновении с мальчишкой свалилась, а он даже не заметил. Впрочем, сейчас не до неё.
Киррана.
Выходит, случилось то, чего так боялся Настоятель – сила проснулась? Судя по всему, это её мощный и абсолютно неконтролируемый выплеск он почувствовал почти за три квартала? Но почему в записке Пайшан про девчонку ни слова?
Хепт-тан быстро проверил остальные тела – мертвы. Он снова склонился над девушкой и осторожно ощупал, проверив на наличие повреждений. К счастью, ничего не обнаружил: «Да с таким потенциалом ей много чего не страшно». Судя по потокам, у неё должна быть бешеная скорость регенерации.
Райхо взял в руку узкую ладонь и вдруг испытал странное, ни с чем не сравнимое чувство. Хорошо. Так бы и сидел рядом вечность… Хепт-тан встряхнулся. Что это было? Расселся среди отбросов, даже свой дорогущий кафтан не пожалел, не говоря о штанах – их теперь только выбросить. Райхо заставил себя собраться, на деле у них не так много времени, сбежавший воришка может привести подмогу. Он, конечно с кем угодно здесь справится, но пока не стоит светиться.
Трупов шесть. Пять – убила девчонка, одного он сам прикончил. Скольким удалось уйти? Тот парень, например? Не убивать же его было просто так на всякий случай?
Кирране же следует поскорее убраться из города. И чего, спрашивается, не сиделось в деревне? Райхо поймал себя на том, что продолжает держать её руку.
Просто не может заставить пальцы разжаться и выпустить узкую ладошку. Он осмотрел сбитые в кровь костяшки, легонько погладил. Судя по их виду за последние сутки девочке пришлось несколько раз драться. Это стало для Хепт-тана открытием. Может она в беде? Не стоит ли самому этим заняться?
От мысли присмотреть за Кирраной его собственная сила закрутилась где-то в животе. Ощущение было странным, но приятным. Будто ласковый котенок с усилием трется мордочкой о его нутро. И вдруг Райхо понял, что эта самая сила возросла и скоро потребует выхода, появилось ощущение, будто он может свернуть горы.
– Хайшшат-вассор! – вновь выругался Хепт-тан.
Как же все навалилось, нужно срочно заняться медитацией и перестроить схему потоков, чего много лет с ним уже не случалось. Вдобавок, он не может отказаться от взятого заказа – это пятно на репутации клана. Да и Кирране нужна помощь, причем прямо сейчас.
– Думай, тан, думай!
Мысли понеслись с удвоенной скоростью.
Выплеск непроизвольный, значит она просто потеряла сознание, когда придет в себя – неизвестно. Тут он сможет кое-что сделать, а заодно и присмотрит. Райхо быстро обыскал Киру, но, кроме нескольких медяков, денег не обнаружил. Вряд ли девчонка отправилась в город без средств, скорее всего этот кошель принадлежит ей, из-за него на девочку напали. Он положил кошель рядом, затем извлек из внутреннего кармана пару пузырьков. Взглянув на просвет, посомневался немного и выбрал один. Приподняв Кире голову, не удержался, провел рукой по гладким как шёлк волосам.
– Ну вот, а уж я думал, что после задания в гареме меня уже ничем не пронять.
Хепт-тан усмехнулся своей шутке, но тут же посерьезнел и, чувствуя себя распоследним распутником со странностями, легонько поцеловал пухлые чуть приоткрытые губы.
– Так все!
Удивленный и раздосадованный собственным поведением, он мысленно отвесил себе затрещину. ещё не хватало, чтобы его тут кто-нибудь застукал – прощай легенда, прощай Грейл тин Аллария.
Зубами открыв пузырек, Райхо влил содержимое в рот девушки. Не сдержав порыва, осторожно стер грязь со щёки, наслаждаясь прикосновением к нежной бархатной коже, и вновь ощутил волнение силы.
– Да что ж это?! – Райхо чувствовал себя весьма глупо. ещё чуть-чуть и он, Хепт-тан Пятнадцатого клана, начнет, как мартовский кот об неё обтираться?!
С сожалением уложив девушку на прежнее место, Райхо скрылся в ближайшем проеме между домами.
– Вовремя, – прошептали он беззвучно.
Киррана пошевелилась.
Глава 24
Кира, вопреки обыкновению, неожиданно вынырнула из той тёмной ямы, в которую её затянуло. Транс то ли ещё не закончился, то ли приобрёл какую-то иную форму, но вокруг все плыло и смазывалось, не поспевая за вращением головы. Охотница поднялась на ноги, с трудом принимая вертикальное положение: «Будто медовухи перепила, только хуже».
Кира едва устояла на ногах, когда её бросило на стену. Подождав, когда окружающая действительность немного смилостивится, осторожно отпустила осклизлую каменную кладку, обтёрла ладонь о штаны, морщась от отвращения. Сделав пару шагов, снова чуть не полетела на землю, на этот раз обо что-то споткнувшись.
«Киалана! Это мертвец?».
Кира зажмурилась, борясь с приступом дурноты – валяющиеся вокруг тела, представляли собой не самое приятное зрелище. В числе прочих был и Холера. Охотница не помнила, как убивала, но думать об этом не хотела, опасаясь скатиться в истерику. Стало ещё хуже, когда физическим страданиям добавились душевные муки: «Нет! Это снова случилось!».
Среди мёртвых не оказалось Счастливчика, и это её слегка успокоило. Кире почему-то было жаль парня, не от хорошей жизни он выбрал такую компанию. И все же что-то здесь ей показалось неправильным, но мысль ускользнула, когда взгляд наткнулся на кошель с золотом.
Охотница нагнулась, чтобы его поднять, и мир снова пустился в пляс, вынуждая упасть на колени:
«Съездила на ярмарку! Нужно уходить отсюда. Убираться из города вообще. Срочно!».
Кира снова поднялась, зажав в руке кошелёк, и, пошатываясь, побрела прочь. Несмотря на сложности с восприятием, в голове услужливо возник обратный путь. Образ был настолько чётким, будто она видела все с высоты птичьего полёта. Все петли, повороты, которые запутали, заставив плутать, встали перед глазами.
Дорога назад не отняла много времени. По мере продвижения, головокружение прошло, и охотница пошла быстрее. Она уже почти бежала, когда стены расступились, выпуская из лабиринта переулков на ту же самую оживлённую улицу, откуда все и началось, но казалось неприятности пошли по кругу. После полумрака солнце ослепило, и она с разбега в кого-то врезалась.
– Смотри куда прёшь! – раздался высокомерный голос. От столкновения кошель выпал из руки – будучи не в себе, она попросту забыла убрать его в сумку на поясе. Несколько золотых вывалилось и покатились по мостовой, их звон показался Кире оглушительным. Сияя маленькими солнышками, монеты, наконец, остановились.
– Прошу прощения, – Кира с трудом наклонилась, чтобы собрать деньги, но вдруг услышала:
– Она воровка!
Разодетый молодой господин помогал подняться с земли своему менее удачливому другу.
Судя по их одежде, Кире не повезло. Оба явно принадлежали к знатному сословию, что, скорее всего, грозило неприятностями. Серьёзными, если обнаружат трупы в переулке, докажи потом, что лишь защищалась.
– А ну стоять! Держи её!
Прежде чем, Кира решила бежать или все же оставаться на месте, её схватили. Руки больно вывернули за спину – сил сопротивляться не было. Злосчастный кошель бесцеремонно отняли.
– Я не воровка! Это мои деньги! – протест прозвучал тихо и неубедительно.
Голова от резких движений снова закружилась, следом накатила очередная волна слабости, вдобавок одолел озноб. Куда там вырываться! Да она просто на ногах едва держалась.
– Отведём её в тюрьму, – тот, который упал на мостовую, высыпал монеты на ладонь и, пересчитав, сунул в карман.
– Это мои деньги! – Кира все же предприняла новую попытку.
– Твои? Да откуда у бродяжки такая сумма?
– Я не воровка и не бродяжка!
– Рассказывай, – не поверили ей, а скорее, судя по выражению лиц, не захотели поверить. – А если ты не бродяжка, почему от тебя так несёт?
– Да она же вся грязная! Фу! – в голосе второго прозвучало отвращение.
«Вас бы так по земле поваляли», – подумала Кира, но не стала ничего отвечать. её силой потащили куда-то, и охотницу одолела паника.
– Нет! Отпустите меня! – она попыталась вырваться.