Байлору удалось надуть хвоста. Если бы за ним следовала еще хотя бы одна полицейская машина, все было бы иначе. Как глупо упустить подлеца только из-за того, что не хватило одного полицейского! Матт попытался успокоиться и все взвесить. Приходилось смириться с исчезновением Курта, ю нельзя было отпускать Кристи, пока она не изложит свои показания в письменном виде.
— Ладно, не будем ждать вашу напарницу. Поехали в участок, арестованную нужно допросить. — Он взглянул на Кристи, Может быть, хочешь сказать что-нибудь еще?
— Я его ненавижу.
— Да, я тебя понимаю, — Матт обернулся к Арнольд. — Вы поезжайте впереди, а я буду ехать следом за вами.
Он сел в свой «Камаро» и включил «дворники», чтобы очистить ветровое стекло от хлопьев нападавшего снега.
Через десять минут они уж были возле полицейского участка. Арнольд вышла из машины и, подойдя к Матту, протянула ему маленький темно-бардовый футляр.
— Это было в ее бюстгальтере, — смущенно сказала она.
Матт открыл коробочку и с изумлением уставился на великолепное кольцо с изумрудной гранью и бриллиантом.
— Что за черт?
— Она говорит, это его кольцо.
— Чье, Курта? — Матт взглянул через плечо на сидевшую в машине Арнольд Кристи, лицо которой опухло от слез.
— Она говорит, что обменяла кольцо на ту жидкость, которую собиралась взять для вас. Забрала кольцо, а отраву оставила ему.
— Что это значит? Обменяла? Я не пойму, о чем вы говорите?
— Она сказала, что хотела оставить у Курта в кармане записку и, когда полезла в его пиджак, нашла там это кольцо. Тогда она забрала его себе, а ему в карман засунула бутылочку с наркотиком и убежала.
— Это значит, что, обнаружив пропажу, он сразу же ринется к ней домой. Кто наблюдает за ее квартирой?
— Блейк. Я уже позвонила ему.
Матту стало немного легче. Может быть, еще не все потеряно.
За следующий час Кристи дала письменные показания и позвонила своему адвокату, а Матт подготовил подробный отчет, чтобы отослать в Чикаго. По штампу на футляре для кольца удалось определить, что оно было куплено в Чикаго у одного из ювелиров, занимающихся оптовой торговлей. Ювелир подтвердил, что продал это кольцо человеку, чья внешность по описанию полностью совпала с внешностью Байлора. Этот покупатель вчера около полудня вернул ему купленное ранее кольцо — Матт не сомневался, что это было то самое украденное у Линны обручальное кольцо — и доплатил наличными четыре тысячи долларов, расплатившись таким образом за новую покупку.
Матт пристально смотрел в окно, за которым медленно кружился ранний снег. «Единственное, что мне осталось сделать, это найти тебя, грязного, порочного сукиного сына».
И вдруг его осенило. Курт был в Чикаго вместе с Линной два дня назад. Уличный торговец в тот же день договорился о поставке товара. Вчера Курт снова поехал в Чикаго, чтобы заплатить дополнительные четыре тысячи долларов за обручальное кольцо — деньги, которых, очевидно, у него не было накануне. Специально полетел для этого в Чикаго. Обманул своего заказчика и стал продавать наркотики налево и направо.
До сих пор он еще не появлялся у Кристи. Скорее всего, он вложил деньги в это кольцо — кольцо легко переслать, легко продать. Кристи же фактически он выбросил на свалку, как ненужный хлам. А вдруг он не вернется за кольцом или деньгами? Неужели он все-таки решил скрыться? А что, если он все еще хочет жениться на Линне? Возможен ли такой вариант?
Матт снял трубку и позвонил в пансион. Ответа не было. После семнадцатого звонка он нажал на рычаг и, накинув на себя куртку, выскочил на улицу под не перестававший падать снег, сел в машину и повернул ключ зажигания.
Глава 30
Никаких обещаний…
Линна поплотнее укуталась в шерстяной шарф и потерлась о него подбородком, потом провела мыском ботинка по деревянному настилу пристани. На ней была надета широкая замшевая куртка защитного цвета. Куртка Матта. Вдыхая его запах и согреваясь его теплом, Линна чувствовала, что это придает ей силы. Сырой, холодный воздух был неподвижен и, словно влажной ватой, окутывал тело. Утопавшие в густом воздухе звуки, становились неясными и приглушенными, и раздававшийся время от времени скрип лодок, толкавших друг друга у пристани, был едва различим. Линна даже не слышала плеска волн, ударявшихся о деревянные столбы. Зато она чувствовала, как снежинки обжигают холодом лицо, налипая на ресницы и брови. Шел снег. Был скучный, серый, осенний день, какие обычно наступают много позже Дня Благодарения.
Линна смяла в руке веточку лаванды и, запрокинув голову, вдохнула ее аромат, наслаждаясь дурманящей свежестью. Да, она все знала, знала о Матте и Кристи. Да, он предупредил, что скоро уедет. Сегодня утром, нечаянно услышав разговор Матта по телефону, она невероятно расстроилась. Оказывается, она его ревновала. Ничем другим нельзя объяснить такую реакцию. Паркер и Джиллиан были правы, когда говорили, что никто не сможет сказать, когда к ней придет любовь. Она все поняла сама. А сегодня утром Линна сделала еще два открытия: во-первых, это неправда, что ей безразличен его отъезд, а во-вторых, впервые в жизни рядом с Маттом она почувствовала себя по-настоящему счастливой. Да, она полюбила.
Заниматься с ним любовью было для нее всем, о чем только она могла мечтать и даже больше. Он был с ней удивительно нежен и ласков, их страсть парила высоко-высоко над землей. Такое нельзя было даже представить.
Больше всего на свете Линне сейчас не хотелось встречаться с Куртом. Но, к несчастью, несколько минут назад он с Анни подошел к ней, и ее сладостно-щемящие воспоминания были прерваны. Линна твердо решила, что пора, наконец, честно и откровенно поговорить с ним обо всем. Несмотря на то, что Матт уезжает, несмотря на то, что сегодня утром он виделся с Кристи, прошлая ночь навсегда останется в ее памяти чем-то несказанно-волшебным, и что бы Курт ни сказал сейчас, он не сможет изменить ее чувства. Матт Хэлстон был еще здесь, рядом. И пока есть такая возможность, она постарается использовать каждую минуту, каждое мгновение, которое ей удастся провести вместе с ним.