За всю дорогу до дома ее отца он так и не произнес ни слова и только, поцеловав на прощание во дворе, холодно сказал:
— Я прилетел из Чикаго потому, что действительно хотел увидеть тебя. Это правда.
— Завтра после обеда у меня будет деловое свидание.
И это тоже была правда. Он проводил ее до дверей.
— Когда я вернусь, мне кажется, нам нужно будет принять окончательное решение. Одно из двух: либо назначить день свадьбы, либо все отменить.
Он видел, как она дрожала, когда входила в дом. «Все-таки попалась на крючок!» — сказал он про себя. Нет сомнений, она побоится начать все сначала с кем-нибудь другим. Ее мачеха-драконша хорошо постаралась и вселила в нее комплекс неуверенности в себе. Он послал воздушный поцелуй окнам Алис Файе, потом сел в машину и поехал куда-нибудь выпить, чтобы отметить полный успех.
В своей комнате Линна дрожащими руками снимала с себя одежду. Впервые за все время их знакомства Курт рассердился на нее. Их отношения каким-то непонятным образом вывернулись наизнанку. Она вошла в ванную и, забыв попробовать не горяча ли вода, чуть не ошпарила ногу. Включив кран на полную мощность, она добавила холодной воды и, забравшись в ванну, постаралась восстановить в памяти логическую цепь событий.
Когда она спросила о Кристи, Курт не стал отрицать, что был с ней. В его голосе не слышалось ни растерянности, ни вины. Он даже не пытался обмануть ее, а откровенно признался, что знает ее, что они друзья. Действительно он был прав: должно быть, она слишком ревнива.
Анализируя свое поведение, она ужаснулась, поняв, что допрашивала его, словно неуверенная в себе жена-собственница. Несомненно, ему было за что рассердиться на нее. С какой бы стороны Линна не рассматривала их разговор, она приходила к выводу, что вела себя отвратительно — унизилась до подозрений. И все потому, что была слепа. И ведь это правда, что она не спала с ним и что день свадьбы не был назначен по ее вине. Да, все это ее вина, а не его. И вот теперь он сомневается, стоит ли ему вообще на ней жениться.
Она легла в постель, готовая расплакаться.
Джиллиан растирала пальцами виски, пытаясь хоть немного ослабить головную боль. С того момента как Джолин, со стуком хлопнув входной дверью, влетела в дом после встречи с Джеем, а потом ворвалась в ее спальню, с криками умоляя и одновременно требуя посоветовать ей что-нибудь, голова Джиллиан начала раскалываться. Сознание того, что все это было делом ее рук, что это она дала ход событиям, никак не давало ей покоя.
Уже в третий раз она выслушивала перемешанный мольбами о помощи рассказ сестры о поцелуях Джея, о ее смятении и о нахлынувших на нее противоречивых чувствах.
— С Паркером весело, у него большое будущее, и он достаточно богат, чтобы обеспечить мне беззаботную жизнь, — повторяла Джолин. — А у Джея только и есть, что его грязная работа и все эти братья и сестры на шее… Но, о-о-о, Джил, один его поцелуй заставляет забыть обо всем на свете. В этот момент для меня ничего не существует! Боже, если Паркер узнает…
Джолин бросилась на кровать и застонала, глядя в потолок:
— Я не знаю, что мне делать! Помоги же мне! Горькое чувство наждачкой царапало прямо по сердцу Джиллиан. Но нужно было исполнить долг сестры, и она сказала Джолин то, что думала:
— Признай, Джо, ты ведь не можешь быть одновременно с обоими.
Джолин вскочила с кровати, ее глаза светились злым упрямством.
— А я считаю, что могу, — она театральным жестом вытащила свой лифчик из кармана шорт.
Лицо Джиллиан вытянулось от изумления. Оказывается, они занимались не только поцелуями. Боль так и пронзила ее виски.
— Джей от меня никуда не денется, — Джолин рассмеялась и, покачав свисавшим с пальца лифчиком, небрежно перебросила его через плечо. — А мне только останется выбирать, кого захочу.
Она исчезла в коридоре. Через секунду Джиллиан выбежала из своей спальни и, подойдя к комнате сестры, остановилась в дверях, чтобы дать ей совет, который, она заранее знала, Джолин проигнорирует:
— Они не согласятся делить тебя. И если ты будешь морочить им головы, рано или поздно они все равно обо всем узнают, и что тогда? Тогда никто из них тебе уже никогда не поверит. А без доверия о каких отношениях может идти речь?
Она беспокойно ходила по комнате, пока Джолин переодевалась.
— Прости, но я не могу сказать тебе то, что ты хочешь от меня услышать, Джо, — печально закончила Джиллиан. — Знаешь, я подумала и решила вернуться в Нью-Йорк.
По правде говоря, она бы не хотела уезжать, но эта встреча Джея с ее сестрой не оставляла другого выбора. Ей следовало немедленно уехать из Уолден-Сити. То, что Джей продолжал интересоваться Джолин, причиняло Джиллиан чертовски мучительную боль, но зато теперь она знала, что больше ей не на что надеяться. К чему обманывать себя?
— Но ты не можешь сейчас уехать, — стала доказывать ей Джолин. — Ты же обещала, что останешься до моего дня рождения. Только поэтому родители согласились не брать меня с собой. Из-за тебя.
— Я знаю, и все равно я возвращаюсь.
— Делай что хочешь. Мне нужно решить вопрос с Паркером. Тогда и с Джеем все сразу станет ясно.
Джиллиан выскользнула из комнаты сестры, не находя в себе больше сил оставаться беспристрастной. Ее снедали угрызения совести, она готова была вот-вот предать сестру. Две сестры, влюбленные в одного и того же мужчину — хороший сюжет для фильма, но в жизни такие ситуации оборачиваются настоящим кошмаром. Она сделала все, что могла, чтобы не нарушить закон чести и остаться верной преданной сестрой, но теперь у нее вовсе не было уверенности, сможет ли она выдержать все до дня рождения Джолин.