Глава 33
_______________________
Голос Капитана продолжал монотонно бубнить обычную ерундовую панихиду о том, насколько все было хреново.
— Последняя миссия была катастрофой, — сказал он, как будто мы, блядь, этого еще не знали. — Мы потеряли слишком много жизней, были велики потери как среди военных, так и среди гражданского населения.
Ни хрена себе, Шерлок.
Мои люди были там. Они видели тела, чувствовали жар взрывов и слышали гребаные крики. Я едва мог расслышать его слова из-за стука в моем черепе.
Я хотел убивать.
Эта ненасытная жажда крови. Я хотел разорвать любого, кто несет ответственность за это безобразие, на части. А капитан? Этот ублюдок был первым в моем списке.
Он стоял там, изрыгая чушь о стратегии и «приемлемых потерях», как будто это не он бросил нас в эту смертельную ловушку. Как будто это не он решил, что мы — расходный материал, просто еще одна пара ботинок, которые нужно бросить в огонь ради какой-то дерьмовой цели, которая ни черта не значит.
Пока он продолжал, оправдывая кровавую бойню холодной, отстраненной логикой, я почувствовал, как во мне закипает темная ярость. Я хотел исключить его из уравнения. Хотел наказать его за каждую жизнь, которой он рисковал, за каждого солдата, которого он посылал умирать.
Этот ублюдок не заслуживал стоять здесь и разговаривать, как будто мы были просто цифрами на гребаной странице.
Я хотел, чтобы он исчез. Исключен из уравнения. Стерт. Потому что, пока он командовал, мы продолжали бы попадать в мясорубку, выполняя одно задание за другим. Больше крови, больше смертей, больше чертовых кошмаров.
— Завтра вылетает Оперативная группа 121. Мы направляемся в провинцию Гильменд, Афганистан, — объявил он, как будто это было какое-то грандиозное приключение. — И солдаты, и медицинский персонал усердно тренировались для этого.
Да, мы все знали, что это значит. Еще больше крови, еще больше смертей. Он продолжал говорить, излагая детали, как будто это было какое-то рутинное поручение.
— Вы будете оказывать медицинскую и гуманитарную помощь. Открывайте полевые госпитали, распределяйте припасы, чистую воду, продукты питания и предлагайте поддержку местному населению. Это не просто боевая миссия, это гуманитарная. Нам нужно завоевывать сердца и умы.
Да, точно. Гребаные «сердца и умы». Обычная чушь, которой он нас пичкал, чтобы мы чувствовали, что делаем что-то благородное.
Но пока все остальные глотали капитанскую чушь, у меня созрели другие планы. Я не собирался продолжать выполнять приказы, как бездумный ворчун. Больше нет.
На этот раз я получал информацию на ходу. Копал поглубже, чтобы выяснить, какое темное дерьмо он скрывал под этим «гуманитарным» предлогом. Потому что ни в коем случае нельзя было ограничиваться раздачей еды и бинтов.
— Это все, — сказал капитан, наконец завершая свой дерьмовый инструктаж.
Обычный резкий тон, лишенный какой-либо реальной заботы о нашем благополучии. Простой, но для некоторых из нас это был смертный приговор.
Как только он отпустил нас, я повернулся к Пиро, и он едва заметно кивнул мне, уже зная, о чем я думаю. Он всегда был согласен со всем, что я планировал.
Нам нужно было поговорить, и поговорить сейчас.
Я жестом пригласил его следовать за мной, и мы направились в более тихое место. Появилась Рейвен, а за ней тащился Вайпер, чудом все еще стоящий на ногах после той ужасной раны. Пришла и Рыжая, выглядевшая ужасно, с ввалившимися глазами, обведенными кругами усталости.
Рейвен стояла слева от меня, не сводя с меня глаз, ожидая моего следующего шага. Вайпер держался позади, выглядя так, словно уже обдумывал свой вариант.
Когда дело дошло до него, я заколебался. Конечно, он снова встал на ноги, но что-то в нем все еще меня не устраивало. Тем не менее, чем больше людей ступит на землю, тем больше у нас шансов докопаться до истины. Поэтому я удержал его, даже если мое чутье подсказывало мне, что он вонзит мне нож в спину, если ему это будет удобно.
Как только мы вышли из комнаты для брифингов, я собрал их в кучку.
— Хорошо, слушайте, — сказал я, собирая команду вокруг себя. — У меня есть некоторые опасения по поводу этой миссии. Я думаю, капитан что-то замышляет, и я намерен выяснить, что именно.
Рейвен заговорила первой.
— Что заставляет тебя так думать?
— Подумай об этом, — криво усмехнулся я. — Сколько раз нас отправляли на задания, которые, казалось, были рассчитаны на то, чтобы нас убили? Сколько раз нам скармливали неверную информацию или оставляли без присмотра? Это типичная схема провалов, которая попахивает саботажем.