Мои пальцы сжали его, металл холодил кожу, и я, не раздумывая, сунул его в карман.
Мы были так близки. Так чертовски близки. И теперь все это утекало у меня сквозь пальцы, как гребаный песок.
Глава 38
_______________________
Я осмотрел местность в поисках Рыжей. Звуки после драки все еще отдавались эхом вокруг меня, но прямо сейчас я не был сосредоточен на этом.
Мои глаза были прикованы к одному — где, черт возьми, она была? Мой пульс все еще учащался из-за этого хаоса, но что-то еще горело в моей груди — гнев.
Я заметил ее в нескольких футах от себя, она стояла на коленях рядом с одним из раненых местных жителей, полностью поглощенная попытками исправить то, что было не так с парнем, ее огненно-рыжие волосы падали ей на лицо. Она была сосредоточена, слишком чертовски сосредоточена, в то время как я терял самообладание из-за того, что она не слушала. Летели пули, а она была здесь, изображая Флоренс Найтингейл, полностью игнорируя мои гребаные приказы.
Она ослушалась меня. Она проигнорировала мои приказы. И теперь я был чертовски зол. Не только на нее, но и на себя. Я позволил ей забраться мне под кожу, позволил ей отвлечь меня в разгар перестрелки, и это могло привести к гибели нас обоих. Черт возьми, она должна была быть мертва. Одно неверное движение, одна шальная пуля, и она лежала бы там, в грязи, и все потому, что не могла выполнить простой гребаный приказ.
Мои кулаки сжались по бокам, когда я направился к ней, сердце бешено колотилось в груди. Она даже не заметила моего приближения. Слишком увлечена своей маленькой спасательной миссией.
Я не сказал ни единого чертова слова, когда добрался до нее. На самом деле, я сам себе не доверял. Я просто вытащил ожерелье из кармана и сунул его прямо ей в лицо, размахивая им перед ней, как будто это была улика в каком-то преступлении. Ее зеленые глаза расширились от шока, и она застыла. Ее твердые руки врача дрожали, когда она протянула руку и без слов взяла у меня ожерелье.
— Спасибо тебе, — прошептала она тихим и неуверенным голосом, как будто не знала, стоит ли вообще это говорить.
Я не ответил. Прямо сейчас мне нечего было ей сказать. Я развернулся на каблуках, готовый уйти, прежде чем скажу что-нибудь, о чем потом пожалею, но едва успел сделать два шага, как услышал, как она снова позвала.
— Подожди.
Конечно. Она не могла просто так это оставить.
Я услышал, как она что-то пробормотала женщине, которой помогала. Секунду спустя она уже шла за мной.
В ее голосе была та резкость, которая всегда действовала мне на нервы. Она злилась из-за того, что я был сумасшедшим — типично.
Я остановился, стиснув зубы и все еще сжимая кулаки, ожидая, когда она догонит меня.
— Что? — Спросил я, стоя к ней спиной.
Я не хотел смотреть на нее прямо сейчас. Не сейчас, когда я был так зол. Не тогда, когда у меня голова шла кругом из-за нее.
— Ты злишься на меня? — спросила она уже тише, но все еще с тем же упрямым оттенком.
Злюсь? Гребаное преуменьшение.
Я развернулся, свирепо глядя на нее сверху вниз, как будто мог выжечь это чертово послание у нее в черепе. Но когда я открыл рот, слова прозвучали совсем не так, как я планировал.
— Ты не слушала, — сказал я низким, сердитым голосом. — Я говорил тебе оставаться на месте, а вместо этого ты бегала вокруг, и повсюду летали пули. Тебя могли убить, Рыжая.
Ее лицо вытянулось. Я ожидал, что она начнет спорить, выпалит в ответ что-нибудь о том, как она выполняет свою работу, как она здесь, чтобы помочь. Так было бы проще. Но она этого не сделала. На этот раз она просто стояла там с виноватым видом.…
Ее взгляд смягчился, плечи слегка опустились, когда она на мгновение опустила взгляд в землю, а затем снова посмотрела на меня.
— Прости, — сказала она, и на секунду я засомневался, правильно ли я ее расслышал. — Мне следовало прислушаться. Мне не следовало уходить одной. С этого момента я под твоим командованием.
Это — черт. Это было не то, чего я ожидал. Ее слова задели меня сильнее, чем я хотел признать, и на секунду что-то еще вспыхнуло внутри меня. Ее слова, что она подчинится, выслушает меня — это не должно было так подействовать на меня, но, черт возьми, подействовало.
Прежде чем я успел ответить, она посмотрела на меня, ее зеленые глаза были спокойны, ожидая моей реакции. Я почувствовал, как у меня сжалось в груди, мое тело отреагировало так, что я не хотел признавать. Но, конечно, с ней никогда не было ничего простого. Никогда ничего не было.
Ее губы слегка приоткрылись, и мои глаза невольно опустились на долю секунды, выдавая меня. На этот раз она потеряла дар речи, и это чуть не вывело меня из себя.