Ледяная вода была не просто холодной; она пробирала прямо до костей, посылая сильную дрожь по позвоночнику, отчего казалось, что мои сломанные ребра трутся друг о друга. Каждый гребок по ледяной воде воспламенял мои нервы, заставляя чувствовать себя живым так, как могут только боль и адреналин. Это был пиздец, но я жил ради этого чувства.
Пока я плыл, я оглядывался назад, ожидая увидеть сопротивляющуюся Рыжую. Но ее нигде не было видно. Паника сковала мою грудь, мое сердце колотилось, как гребаное чудовище, пока я лихорадочно осматривал воду в поисках любого признака ее присутствия.
Где, черт возьми, она была?
— Рыжая! — крикнул я, и мой голос эхом отразился от неистового рева реки.
Ничего. Только безжалостный грохот волн, как будто вода проглотила мои слова и выплюнула их обратно мне в лицо.
— РЫЖАЯ!
Глава 13
_______________________
Секунды превращаются в мучительные минуты, минуты, растягивающиеся в вечность.
Это убивало меня.
Две минуты.
Паника выжала почти весь гребаный воздух из моих легких.
— Рыжая, где ты, черт побери?! — Я снова закричал, мой голос срывался, как будто я был каким-то отчаявшимся мудаком.
Мои глаза сканировали темные глубины в поисках любого признака ее присутствия. Паника переросла в ужас, мой разум рисовал худшие сценарии.
Мое сердце билось где-то в горле, желудок скрутило узлом.
Пять минут.
Я нырнул, шаря руками по воде, слепой как черт, но отчаянно желающий найти ее. Ледяная хватка воды вытягивала из меня жизнь, но я продолжал биться, продолжал брыкаться. Ее, блядь, нигде не было.
Мне показалось, что моя грудь вот-вот разорвется. Я вынырнул, тяжесть страха давила на все мое существо. Я снова выкрикнул ее имя, звук эхом отразился от деревьев, растущих вдоль берега реки. Но все, что я услышал, была тишина воды.
— РЫЖАЯ! — выдавил я, мой голос охрип от боли.
Мои легкие горели, пока я боролся с водой, отчаянно ища хоть какой-нибудь признак ее присутствия. Страх вцепился мне в горло, задушив меня до чертиков, когда я поплыл быстрее, мои мышцы напрягались с каждым гребком.
Мгновенное движение, намек на рыжие волосы, проблеск того, что могло бы быть ее...
И тут краем глаза я заметил ее, ее голова едва показывалась над поверхностью воды. Ее безжалостно тащило течением, она изо всех сил пыталась удержаться за ветку, которая низко свисала с ближайшего дерева, едва удерживая ее на плаву. Ее глаза расширились от страха, хватка ослабевала с каждой прошедшей секундой. Она цеплялась за ветку так, словно от этого зависела ее жизнь, потому что так оно и было, черт возьми.
Я рванулся вперед, вода вспенилась подо мной, когда я поплыл к ней изо всех сил, которые у меня были. Каждый гребок подпитывался чистой решимостью, мои мышцы горели от напряжения. Вода хлестала меня по лицу, легкие отчаянно нуждались в воздухе, но я протискивался. Расстояние между нами сокращалось, дюйм за мучительным дюймом.
Наконец, я добрался до нее, мои руки обхватили ее дрожащее тело. Облегчение нахлынуло на меня с такой силой, что я чуть не ушел под воду, но я удержался, обхватив ее рукой за талию, пока река пыталась разлучить нас.
— Держись крепче! — Крикнул я, перекрывая рев реки.
Рыжая кивнула, ее пальцы впились в мою руку, когда я дернул ее к себе, ее тело врезалось в мое. Мы оба хватали ртом воздух, наши тела были тесно прижаты друг к другу в бурлящей воде. Течение боролось с нами, пытаясь оторвать ее, но я не позволил этого.
Каждый мускул в моем теле горел, напрягаясь, пока я боролся, чтобы удержать нас обоих на плаву. Крошечные ручки Рыжей отчаянно вцепились в меня, удерживая изо всех сил, ее тело дрожало, когда она пыталась удержать голову над водой.
Мы приблизились к берегу, мои руки и ноги напрягались от усилий плыть и поддерживать нас обоих. Мы оба рухнули на грязную землю, хватая ртом воздух, кашляя и выплевывая речную воду.
— Твою мать, — выдавила Рыжая, кашляя и отплевываясь.
— Ты напугала меня до чертиков, — выдохнул я, мое дыхание вырывалось судорожными вздохами. — Никогда больше не выкидывай подобных трюков.
Она выдавила слабую улыбку, ее голос охрип, когда она ответила:
— Я же говорила тебе, что мне не нравится...
Я обрываю ее на полуслове, хватая за затылок и сильно притягивая к себе. Мне нужно было обнять ее, нужно было почувствовать ее живой в своих объятиях, после того как я был так близок к тому, чтобы потерять ее. Ее промокшее тело растворилось в моем, ее сердце билось в моей груди синхронно с моим собственным.