Мне нужно было взять себя в руки. Быстро.
— Прости, — прошептала она, ее пальцы все еще обводили контур моего члена, и когда она сжала меня, в моей голове взорвались звезды.
Я покачал головой, протягивая руку, чтобы обхватить ее лицо ладонями.
— Не извиняйся, — проворчал я, чувствуя себя так, словно балансирую на краю обрыва, готовый упасть.
Мой мозг кричал: «Остановись, идиот», но мое тело говорило: «Черт возьми, нет, продолжай». И я издаю этот первобытный стон, как пещерный человек, открывший для себя огонь.
Итак, как безрассудный дурак, каким я и был, я снова скользнул языком по ее губам, пробуя сладость ее рта, наслаждаясь каждым мгновением, как будто оно было для меня последним.
Но я не был глупым.
Резко вдохнув, я схватил руку Рыжей и мягко отвел ее от моего ноющего члена, делая шаг назад, чтобы увеличить некоторое расстояние между нами. Ее губы припухли и слегка приоткрылись, когда она хватала ртом воздух, а глаза потемнели от желания.
Боже, она была прекрасна.
Я на секунду зажмурился, пытаясь собраться с мыслями. Я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Я сосредоточился на звуке собственного прерывистого дыхания, используя его как якорь, чтобы успокоиться.
Когда я открыла глаза, я тяжело вздохнул и посмотрел на Рыжую.
— Хорошо, Рыжая, — сказал я, мой голос охрип от усилий держать свои гормоны в узде. — Пора расставить приоритеты.
Но прежде чем мы нырнем с головой обратно в дерьмо, мне нужно было обратиться к слону в комнате.
— Итак, какова твоя теория по поводу того, что там произошло с Вайпером? — Серьезно спросил я, несмотря на затяжную боль между ног.
Губы Рыжей приоткрылись, выражение ее лица стало обеспокоенным.
— Швы на Вайпере ослабли, — начала она почти шепотом. — Я не знаю, как это произошло, или как он мог истекать кровью фонтаном после TXA.
Слабые швы? Сильное кровотечение? Что-то нихуя не сходилось.
— Кто подлатал Вайпера? — Я потребовал ответа.
Она на мгновение заколебалась, прежде чем ответить, виновато отведя глаза. — Я это и сделала, — призналась она, качая головой, явно столь же сбитая с толку. — Но, клянусь Богом, Бродяга, я была осторожна с этими швами. Я ни в коем случае не могла все испортить.
Пока я все обдумывал, мой разум напоминал блендер, работающий на полной скорости. Что-то не сходилось, и чем больше я думал об этом, тем больше убеждался, что здесь замешана нечестная игра.
Я знал Рыжую — верил в ее навыки, как в религию, — но это дерьмо возносится до небес.
— Может ли это быть саботажем? — Наконец спросил я, слова оставили горький привкус у меня во рту.
Она встретилась со мной взглядом, в ее глазах отражалось то же беспокойство, что и у меня.
— Честно говоря, я не знаю, — ответила она, раздраженно вздохнув. — От всего этого беспорядка у меня разболелась голова.
Я стиснул зубы. Это был не просто сбой; это кричало о саботаже громче, чем мегафон на рок-концерте. Но кто, черт возьми, опустился бы так низко? Возможности были безграничны, и ни одна из них меня не устраивала.
Может ли это быть доктор Придурок?
Или, может быть, я просто делал поспешные выводы, как возбужденный подросток на выпускном вечере. Пока у нас не было конкретных доказательств, все это были только предположения. И мы не могли позволить себе быть небрежными. Потому что, если бы кто-то захотел трахнуться с Вайпером, он, черт возьми, без колебаний напал бы на нас в следующий раз.
Это дерьмо было далеко от завершения, и если мы не выясним, что, черт возьми, происходит — и быстро — нам всем будет пиздец.
И не самый хороший.
Глава 25
_______________________
Эта самая чертова секунда была новым уровнем дерьма. К тому времени, как я притащил свою задницу обратно в свою каюту, я был совершенно разбит, ничего так не желая, как рухнуть на кровать и отключиться.
Часы на стене просто стояли там, насмехаясь надо мной своими поздними цифрами, напоминая мне, насколько я облажался из-за того, что так поздно встал.
Я ввалился в свою комнату, чувствуя себя мешком кирпичей. Сняв с себя грязную одежду, я потащил свою задницу в душ, надеясь, что горячая вода смоет дневную вонь. Когда пар заполнил тесное пространство, я испустил долгий, тяжелый вздох, чувствуя, как напряжение медленно покидает мое тело, но недостаточно быстро.
Наконец-то снова почувствовав себя человеком, я вышел из душа, обернув полотенце вокруг талии. И тут я услышал это — тихий щелчок открывающейся двери.