– Мы здесь не отравимся?
– Как будто с тобой что-то случится. Я тебе руку сломала пару дней назад и оба колена прострелила. А ты даже не хромаешь. И вообще, разве ты нуждаешься в человеческой пище?
– Могу употребить иной раз. Толку от нее, правда, мало, но удовольствие от вкусно приготовленного стейка с холодным чешским пивом получать умею.
– Тогда советую заказать сэндвичи. Их тут отлично готовят.
Инкуб многозначительно закатил глаза к потолку.
– Сэндвичи это не еда, женщина, – вздохнул Алек. – Вот ты – еда. Она, – парень показал на прошедшую мимо официантку, – еда. Мясо это еда. А сэндвичи – не еда. Мне только пиво, пожалуйста, – резко изменившись в лице, инкуб очень вежливо улыбнулся официантке, отдавая ей свое меню.
Девушка, кажется, и не заметила, о чем только что рассуждал молодой человек.
– Спасибо, что определил всех нас в один гастрономический ряд.
– Куколка! – Фу, аж передернуло от такого слащавого обращения. – Какие обиды? Ты не понимаешь. Мясо – это нормальная пища для любого хищника, для мужчины тем более. Но даже самый сочный и нежный кусок говядины станет словно глоток песка по сравнению с тобой. Вот эта, – Алек кивнул в сторону прошедшей мимо блондинки, – для меня окажется не приятнее вчерашнего куска хлеба. А ты… Ты богиня! Ты чистейшее озеро прохладной воды для умирающего от жажды в пустыне. Ты самое изысканное и редкое вино для сомелье, ты…
Как гладко заливает-то. Я прямо тут же растаяла, ноги раздвинула… Ага. Сейчас. Приятно, конечно. Было бы, если бы я не знала, что все мысли у него сейчас ниже пояса концентрируются. Еще ванильных цитат из Вконтакте добавить забыл. Как говорил Станиславский: «Не верю!»
Но от ответа вслух меня спасло то, что официантка подала мою брускетту. Так что, предпочитая промолчать, я начала разрезать хрустящий хлеб на небольшие кусочки, поочередно отправляя их в рот.
– Кенна, – протянул Алек, отпивая пиво, принесенное ему в заледеневшем бокале. – Может, ты все-таки хоть ненадолго начнешь себя вести как нормальный человек и начнешь задавать мне вопросы? Перед тобой сидит настоящий, живой представитель иноземной расы, сошедший со страниц ваших людских сказок. А ты сидишь и ешь.
«Когда я ем, я глух и нем», – почему-то вспомнилась вечная мамина поговорка. Да и мой язык в последние сутки ни к чему хорошему меня не приводил. А с другой стороны, инкуб тоже прав. Надо же что-нибудь узнать про себя и мои воскрешения.
– Хорошо. Сколько тебе лет? – решила я начать издалека.
– Я мужчина! Хоть куда! В полном расцвете сил.
– Да-а? А в каком возрасте бывает этот расцвет сил? – продолжила я цитату из мультика.
– Ну, знаешь, не будем об этом говорить, – закончил Алек, с удовольствием продолжая потягивать пиво, откинувшись на спинку стула.
– Тебе не кажется странным, что инкуб цитирует Карлсона?
– Почему странно? Я в России уже лет двадцать живу. У вас тут хорошо. Женщины красивые, любовью обделенные. Еда вкусная, народ вообще без тормозов.
– Ладно, проехали. А куда так быстро слинял твой дружок?
– Верс? Не знаю, думаю, он вернется и все расскажет сам. Ты лучше поведай мне пока, как и с кем ты умудрилась связаться? У вас, детишек, тут в порядке вещей неизвестным оккультизмом баловаться?
Ага, все-таки инкуб не просто так разговор предлагал начать. Решил сам из меня информацию выудить. А какой предлог выбрал благородный! Поделиться знаниями о неизвестных мирах.
– Оккультизмом? О чем ты вообще? – Мой бедный мозг оказался еще не готов к допросам.
– Так ты сама не в курсе?
– Похоже, чтобы я была в курсе? – Официантка водрузила на стол объемный чайник, белый и пузатый, из носика валил приятно пахнущий пар. Очень вовремя, надо чуть успокоиться, а травяной чай – одно из лучших средств. Если не считать инкуба. – Алек, скажи, а там, в квартире, это ведь ты на меня воздействовал, что я так быстро и сильно успокоилась?
– Да, – кивнул инкуб. Несмотря на его недавнее заявление по поводу сэндвичей, на мою брускетту он смотрел голодным взглядом, видимо, обдумывая, не стоит ли ему все-таки что-то себе заказать.
– Но ты же говорил, что на меня твои чары не действуют!
– Не все. Я не могу подавлять твою волю в сексуальном плане. Раньше, когда сделки с душами только приобрели популярность, демоны любили разнообразить свою половую жизнь людьми. И естественно, что никто ни с кем своей добычей делиться не хотел. Особенно с такими, как я. Так что печать хозяина на твоей душе не дает воздействовать на твое возбуждение. Остальные чувства я могу в тебе корректировать.