Довольно быстро Вест убедил Петра довести его слепыми зонами почти до границы объединенных королевств – благо, она была уже недалеко.
Переночевали они в поселке, но ни толком разглядеть его, ни тем более пообщаться с жителями Вестий не успел. Да оно ему надо?
Постель была чистой и мягкой, в комнате пахло травами. Из света – только свеча. Едва уронив голову на подушку, Вестий вырубился и проснулся только под утро, когда Петр тряс его за плечо.
Уезжали тоже еще в темноте.
Кто-то вручил Вестию подходящую пару сапог – и очень удобную, похожую на те, что носил Петр.
Какая-та бабка всучила пакет с пирогами.
Какие они все тут... Приветливые, улыбчивые.
Шторма откуда-то привели чистым и сытым...
Какая-то милая девушка подарила ему яблоко и покраснела…
Эх, лет через десять – двадцать, может, Вестий и правда поселится в таком вот поселке, будет жить среди простых людей, полюбит такую вот скромницу, сделает ей пятерых детишек...
Брр. Что за мысли приходят в невыспавшуюся голову. Ну, может недельку поживет.
Скромница-то – вон она какая: глазищи зеленые, кожа белая, талия, грудь, все дела... Отмыть, раздеть - получше Марфетты будет. Уж точно, моложе. И не стерва. Вон, улыбается как.
Вестий даже проснулся. Он был бы с ней нежен. Он целовал бы ее везде, и там, везде, она упоительно пахла бы молодостью и яблоками. Он лишил бы ее девственности. А она, уж конечно, девственна... Он лишил бы ее невинности так нежно, что она даже хотела бы, чтобы он сделал этот еще. У них был бы самый восхитительный и самый настоящий медовый месяц. Он дарил бы ей букеты цветов. Он рвал бы их прямо в поле. Он усыпал бы ими всю их небольшую комнатку… Нет, он унес бы ее в поле, и любил бы ее прямо на ложе из полевых цветов… И они не отходили бы друг от друга больше, чем на полчаса. И едва расставшись, начинали бы скучать и рваться друг к другу. Краснея, она залезала бы к нему под одеяло. Но это только сначала. Потом они не отрывались бы друг от друга, занимаясь любовью везде – в лесах и полях, в сене и на крыше деревенского дома, и в погребе, куда она спустилась бы за вареньем...
О перемещениях.
Петр ехал молча – то ли заметил, что Вестий в своих мыслях, то ли тоже думал о своем.
Потом, конечно медовый месяц кончился бы, и Вест бы уехал. Но это если по-настоящему. А так… Помечтать-то можно?
Всего за два дня они доскакали до границы. Вестий за это время даже немного привязался к своему спутнику. Петр любил многое из того, что любил когда–то он сам: рыбалку, деревенские клубы, шутить и смеяться. Девчонок подразнить, а порой и не только...
Вестий спросил и о Михее – что там прятаться от славного парня Петра, да и что там прятать...
– Не, такого не знаю, – сказал Петр.
А потом, помолчав, добавил:
- Я знаю кое-что другое здесь. Есть тут одно место. Один домик. Наши его избегают. И я туда не пойду. Но тебя могу отвезти – может, это и есть то, что ты ищешь.
– Если там нет Михея, то мне туда не надо. А что за место?
– Они называют его Узел Перемещений. А наши называют его Дверями Системы. Наши туда не ходят. Мы свое место в этом мире нашли, и Система нам не указ. Просто домик, там никого нет. Только ты туда как бы заходишь, а выходишь там, куда тебе надо. Верней, куда Система решит, что тебе надо.
Вот это уже что-то новое. Вестий, хоть и повидал уж многое, а о таком не слышал.
– То есть, выйду я не здесь?
– Вообще не здесь. Люди заходят туда и не возвращаются. Там как бы Система сама определит, где твое место, и к чему ты приспособлен. Определит, и туда тебя и перенесет, без всяких Михеев. Лифт такой, если хочешь. Ты ж к Михею не просто так идешь? Переправы ищешь? Вот она тебя и переправит. Туда, где, по ее мнению, тебе место. Тебе может как раз туда и надо. Только ты подумай.
- И…откуда вы это знаете? В смысле, что отнесет куда надо… В Глазу увидели?
- У нас Глаза нет, - не среагировал на подколку Петр. - Он нас не видит, но за это и мы в нем не видим ничего тоже. У нас вместо Глаза - слухи и легенды. И все знают, что один из наших, Крис, ходил туда. И в нашем же поселке на дворе у тети Светы утром очнулся.
- Так может он ни в какой этот Узел не ходил? Напился и заснул на дворе у этой вашей тети Светы.
- Неверующий ты все-таки, Иван, - вздохнул Петр. - А только, во-первых, Крис не пьет. А во-вторых, он тете Свете уж несколько месяцев обещал забор поставить, а все никак руки не доходили. А тут, раз уж там оказался, решил сделать. Пока строил, так с тети Светиной дочкой стакнулся, что к осени поженились. А теперь у них семья и трое детишек, и друг на друга наглядеться не могут. Ну а в третьих, сам Крис говорит, что потому и пошел к дверям Системы, что не знал, как ему жить дальше и счастья и цели своих не видел. А тут раз, и все нашел.
- И что ж прочие туда не идут?
- А прочие свое место знают. Им Система не указ. А Крис... Если честно, он предал нас, на самом-то деле. Но Система решила, что его место здесь, с нами... и с тети Светиной Алинкой. Вот и получается, что и наша община Отвергающих Систему - всего лишь часть Системы. Нормально, да? - Петр нахмурился, как будто только что в первый раз дошел до этой мысли.