Наконец, выйдя в дверь, которой заканчивался один из коридоров, я поняла, что попала в трюм корабля. Там как раз происходила погрузка контейнеров. Место, где я стояла, находилось высоко вверху, отчего мне хорошо было видно все что происходит под ногами. Каждый из присутствующих в помещении, был чем-то занят, если не считать меня, глазеющей за погрузкой сверху. Приказы по размещению контейнеров в трюме отдавал высокий грузный мужчина с окладистой бородкой. Его зычный голос наверняка был хорошо слышен даже в самом дальнем уголке корабля, настолько он был громким. Среди работающих мужчин, перекантующих контейнеры, закрепляющих их специальными зажимами для устойчивости, я узнала Лукаса, принимавшего непосредственное участие в погрузке.
На меня никто не смотрел. Да и, судя по всему, никому не было дело до женщины стоящей на мостике где-то под потолком трюма. Я же с удовольствием наблюдала за слаженной работой всех кто был занят на погрузке трюма. Никаких лишних движений, никакой спешки. Все точно, выверено, к месту. Работа профессионалов своего дела буквально завораживала.
— Что вы тут забыли? — я чуть не свалилась вниз, перекувыркнувшись через перила ограждения, настолько внезапно прозвучал вопрос.
ГЛАВА 9
— С-смотрю, — повернулась, чтобы посмотреть на собеседника. И мой взгляд утонул в в бездонных колодцах глаз Дитриха фон Крома.
И какая нелегкая его принесла?
— Вам тут запрещено находиться, — холодный голос резал по живому.
— П-почему? — я не знала что со мной. Внутренняя дрожь от испуга никак не проходила. А тут еще начала заикаться, чего со мной не было с переходного возраста.
Однажды я поздно возвращалась от подруги домой, посчитав, что уже достаточно взрослая, чтобы ходить самостоятельно. Она жила не очень далеко. Идти пришлось через плохоосвещенный парк. Проходя мимо самого темного уголка на пересечении двух аллей, я что-то увидела, что меня испугало настолько сильно, отчего волосы встали дыбом. Я до сих пор не помню как оказалась дома. А когда пришла в себя, то начала заикаться. Благо со временем это прошло. Однако при сильном волнении заикание возвращалось.
— Это может угрожать безопасности корабля, — граф внимательно осмотрел меня, мои руки, все пространство вокруг.
Его взгляд мне совершенно не понравился. Неужели он думает, что могу навредить? Или того хуже испортить корабль, например, заложив бомбу?
Но судя по взгляду мужчины именно так он и думал.
— Я н-ничего плохого не д-делаю.
— Почему вы не в каюте? — спросил, словно кнутом стеганул.
— Я н-не з…, - хотела сказать что не знаю где она. Но почему-то решила не признаваться в собственном бессилии. — Уже иду.
Я собралась пройти мимо графа. Тем более очарование момента уже было испорчено. Все что я хотела увидеть, увидела. Пора было убираться прочь. Подальше от ледяной стужи, сквозившей от красавца графа. Тем более мне было неприятно задирать голову вверх, чтобы смотреть ему в глаза. Он подошел слишком близко. Это нервировало.
— Я вас провожу, — услышала в ответ.
Еще этого мне не хватало. Кажется, кое-кто собрался вести меня под конвоем.
— С-сама дойду. Н-е надо меня провожать, — буркнула я, пытаясь пройти мимо графа, не задев. Однако мне это не удалось. На мостике, где я стояла, смотря в трюм, место было крайне мало, а Кром подошел ко мне слишком близко. Как я не старалась, но мужчину все же задела. Недовольный хмык со стороны графа был крайне неприятен.
— Все же провожу. Чтобы убедиться, что пошли именно в каюту, а не туда, куда не стоит ходить, — рыкнул он так, что я вздрогнула.
И началось наше движение. Я впереди, словно арестантка, а граф сзади. Я затылком чувствовала его взгляд, сверлящий меня не хуже бура. Ужасное чувство.
Но не это оказалось самым ужасным. Хуже стало, когда его взгляд начал блуждать по моей фигуре. Я буквально кожей чувствовала как медленно он спускается вниз по спине. Глаза графа с методичностью рентгена исследовали меня с головы до ног. Если бы меня окатили кипятком, то я, наверняка, чувствовала себя намного лучше, чем после осмотра Дитриха.
Что именно он хотел во мне рассмотреть, я так и не поняла. Меня не покидало желание провалиться сквозь переборки, чтобы только избавиться от пронизывающего взора.
— Куда вы направляетесь? — полоснул граф мой обострившийся слух.
— К себе в каюту, — мой голос даже не дрогнул, с чем я себя поздравила.
Оборачиваться не стала. Переживет.
— За поворотом капитанский мостик, — сообщил мне фон Кром.