— Какая?
— Ты вчера произвела настоящий фурор, красотка Сандра. Никто не ожил увидеть тебя в столь чувственном образе.
— Неужели ты меня ревнуешь? — среагировала я на нежелание лишний раз сталкивать меня с Лукасом.
— Нет. Это я пошутила. Просто, если Лукас зайдет, то мы начнем пить чай, потом разговаривать, а это надолго. У меня же есть определенные планы, — многозначительно произнесла она.
Ну, вот. Даже у Лайзы планы, причем, судя по всему, романтические. А я все никак не решусь выбраться из своего улиточного домика.
— Тогда проваливай быстрее, раз жених ждет, — чуть более грубее, чем следовала ответила я.
— Кстати, знаешь самую важную новость? — Лайза складывала свои вещи в один из чемоданов, с которыми мы прибыли на борт корабля. Между прочим, розового цвета. Моя киберподруга оказалась больше девочкой в выборе цвета для чемодана, чем я. Я выбрала обыкновенный черный, даже с белыми точечками не взяла, посчитала чересчур нарядным для полета.
— Какую? — удивилась. Вроде все последние новости были перед глазами.
— Вечером будут запускать двигатели.
В гардеробе Лайзы были обнаружены премиленькие вещички, как то кружевное белье, прозрачные комбинации. И почему я раньше не обращала внимание на подобные вещи?
С легким сожалением смотрела как все это великолепие исчезает в чреве розового монстра. А все потому, что представила каким образом оно бы смотрелось на мне. Сегодняшней.
Вполне недурственно.
Надо будет усилить нагрузку на ягодичные мышцы, когда в следующий раз пойду в тренажерный зал.
— Все таки они сделали это! — воскликнула в приступе радости.
— Так что всем приказано быть в ложементах, — Лайза уже направилась в сторону выхода, но потом вернулась, — Ты тут без меня справишься?
— Да не вопрос, — ответила, взглядом провожая очередную кружевную вещицу.
Как я не пыталась, но скрыть своего интереса к белью Лайзы не смогла. Все же она была очень внимательной подругой. И стоило ей заметить мой жаждущий взгляд, как из вороха милого белья были вытащены несколько абсолютно новых комплектов.
— Ни слова против, — сразу же предупредила она, видя, как я собираюсь возразить. — По прилету поговорим. А тебе надо кое-кого соблазнять, — многозначительно добавила Лайза.
Ну вот. Дожила. Теперь андроид меня учит что нужно делать чтобы добиться мужского внимания.
Думала ли я о том, когда давала согласие на перенос матрицы «умного» дома в кибернетическое тело? Да ничего подобного.
Мы распрощались с Лайзой как истинные подруги, обнялись, поцеловали воздух возле щечек друг друга, даже всплакнули. Если бы кто-то видел нас со стороны, то подумал, что мы расстаемся навсегда. А на самом-то деле андроид переезжала в каюту к своему жениху.
Когда я в последний раз беседовала с Лукасом, он мне показался несерьезным, ветреным парнем, но рядом с Лайзой он вдруг становился ответственным, рассудительным и решительным. Я прямо диву давалась видя эти перемены. Вот что с людьми творит любовь.
Остаться одной в каюте было как-то непривычно. Меня как будто отбросило в прошлое, когда я, будучи девушкой, жила одна в комнате у бабушки. Приходилось хорошенько потрудиться, чтобы найти себе занятие. Теперь я выросла и занятия находили меня сами.
Вызов, пришедший на коммуникатор, заставил меня вздрогнуть.
Кто же это мог быть?
Я глянула на дисплей и немного растерялась.
На соединении настаивал — Дитрих. Что ему от меня надо? Мысли заметались как мошки возле открытого огня.
Может быть я вчера что-то не то сказала? Или не так сделала?
А вызов все продолжался и продолжался.
Не отзываться, это плохой тон. Потом, конечно, можно сказать, что я была в душе, но зачем? Надо отвечать.
И я включила связь.
— Здравствуйте, — именно это приветствие мне показалось наиболее подходящим. А точнее нейтральным и ни к чему не обязывающим.
Мужчина немного помедлил, вглядываясь в экран. Я знала, что посредством связи была видна чуть ли не до пояса, впрочем, как и он мне.
— Сандра, а я думал, что мы с тобой уже на «ты». Разве так приветствуют тех, с кем упоительно целовались еще вчера? — чуть иронично спросил граф. Судя по влажным волосам, мужчина недавно принял душ. Однако никакой небрежности в его внешнем виде не было.
Мне стало немного не по себе от замечания, я начала краснеть. Но смогла выкрутиться.
— В это время дня обычно говорят исключительно о работе, оставляя за кадром внеуставные отношения.
— И ты считаешь, что какая-то мелочь, как то обращение на «ты» или на «вы» может что-то изменить в твоем докладе или же переводе? — Дитрих явно подшучивал надо мной.