Да, он любит ее. Глупо отрицать это. Да что говорить, он вообще ведет себя как полный идиот! Еще вчера вечером делал вид, что не замечает ее, старался держаться подальше, даже смотрел в сторону. Вбил себе в голову, что девушка бегает за ним, и отчаянно заигрывал с молоденькими дамами из ее свиты, чтобы отбить у нее охоту преследовать его по пятам. Несмотря на все клятвы Жофре, Эрику до сих пор не верилось, что Марго могла полюбить его.
Допустим, юная красавица немного увлеклась им, что ж тут удивительного? В конце концов, он ведь играл с ней, когда она была еще совсем малышкой, а после у нее было не так уж много случаев видеть вокруг себя мужчин. Возможно, девушка смотрит на него просто как на старшего брата. «Надеюсь, что так», – мрачно подумал он.
Марго что-то сонно пробормотала. Заворочавшись, она устроилась поудобнее, прижавшись к нему еще теснее, потом потерлась щекой об его шею. Эрик вздрогнул – и в эту минуту Марго нежно коснулась губами его колючей щеки. Поцелуй длился всего одно мгновение. Потом она опять зарылась лицом в уютную ямку у основания его шеи, чуть слышно вздохнула и, прошептав «Эрик», провалилась в сон.
Эрик был потрясен. Никогда в жизни такая бесхитростная ласка не производила на него столь ошеломляющего впечатления. В ответ на легкое прикосновение ее губ все его огромное тело содрогнулось, отзываясь на поцелуй, будто в судороге неудовлетворенной страсти, и ужас пронзил Эрика с головы до ног.
Тряхнув головой, он рывком натянул поводья, так что Брам осел на задние ноги, и резко отодвинул от себя Марго.
– Миледи! – Он встряхнул Марго за плечи. – Миледи, пора просыпаться!
– Ч-что? – зевнув, отозвалась девушка. Растрепанная и так до конца и не проснувшаяся, Марго вдруг обнаружила себя стоящей на земле. Она понимала только, что Эрик в двух шагах от нее. Он поддерживал ее, пока не убедился окончательно, что она твердо стоит на ногах. Марго потерла глаза и опять зевнула. – Где это мы? – спросила она, оглядываясь в удивлении по сторонам. Вокруг нее спешивались воины. – Мы уже приехали?
Эрик не ответил. Отвернувшись, он схватил Брама под уздцы.
– Итак, мой неутомимый братец наконец решил остановиться! – Прямо к ним на подгибающихся ногах шел Жофре, ведя под уздцы взмыленного коня. Минна прижалась к Марго. – Так, значит, хвала Всевышнему, ты все-таки решил дать нам передохнуть? А я уж думал, парень, ты собрался загнать нас до смерти!
Эрик заставил себя улыбнуться.
– Сам виноват! Кто плакался еще утром, что мы, дескать, тащимся еле-еле? Помнишь, как ты сгорал от желания пришпорить коня? Ну а теперь, – он повел за собой Брама, оставив позади обеих девушек, – думаю, лошадям не повредит, если мы с полчаса пройдемся пешком. А потом в седло – и продолжим нашу прогулку!
Уже полностью проснувшись, но все еще немного смущенная, оттого что ее сладкий сон был так бесцеремонно прерван, Марго посмотрела вслед удалявшимся братьям.
– Сэр Эрик! – крикнула она. Он обернулся, и вдруг Марго смутилась, представив, как глупо она выглядит – стоя посреди дороги, растрепанная, в убогой деревенской одежде. – Ч-что нам придется?..
И тут произошло невероятное. Ее возлюбленный, ее Эрик вдруг сдвинул брови и по какой-то непонятной причине рявкнул на нее, словно она в чем-то провинилась:
– Разве у вас нет ног, миледи? Так воспользуйтесь ими, черт возьми! – А потом повернулся и как ни в чем не бывало пошел дальше, увлекая за собой ничего не понимающего, ошарашенного Жофре. Тот покачал головой и поплелся за старшим братом.
– Моя дорогая леди Марго. – Рядом как из-под земли вырос Алерик. Лицо его пылало от смущения. – Ради Бога, простите его! Думаю, мой брат… немного устал… может быть, переволновался, вот так и вышло… – Говорил он искренне, но по лицу его Марго поняла, что Алерик потрясен не меньше ее и тоже ничего не понимает.
– Эй, не берите в голову! – буркнул Томас, оттирая плечом Алерика, чтобы подобраться ближе к Марго. – Вы не сомневайтесь, миледи, я сильный и руки у меня будь здоров! – Он натужился и согнул руку, показывая мускулы. – Я вас провожу и в обиду не дам!
И Марго, хоть сердце у нее больно сжалось от незаслуженной обиды, не могла не улыбнуться, глядя на сиявшую гордостью, простодушную мальчишескую мордашку. Можно было не сомневаться – уж он-то не собирается извиняться за своего хозяина, но при этом готов для нее на все. Она протянула руку и крепко сжала худенькую ладонь.
– Н-ну что ж, Томас, это для меня большая честь. И раз уж ты готов стать моим провожатым, то я спокойна!
Если глаза не обманули ее: Томас чуть заметно покраснел. Потом на лице его появилось забавное, взрослое выражение и он осторожно сжал ее ладонь. Они двинулись вперед, предоставив Алерику сопровождать Минну.
– Что за дьявольщина, парень, скажи на милость! Не иначе как ты повредился в уме, раз рычишь, будто взбесившаяся собака! И на кого? На это восхитительное создание! – угрюмо проворчал Жофре, едва поспевая за Эриком. И при этом покосился на брата. Ему бросилось в глаза, что тот шагает вперед, повесив голову, а широкие плечи устало сгорбились, словно на них лежит непосильный груз.
Жофре споткнулся. Непрошеная жалость остро кольнула сердце.
– Если бы мама или отец слышали, как ты грубишь леди, клянусь Богом, они бы позвали священника, и немедля! Черт возьми! Да у меня самого сердце кровью обливается! А как ты вел себя вчера вечером, страшно вспомнить! Стыд какой! Безбожно увивался вокруг ее дам и разбил не одно невинное девичье сердце! Мерзавец чертов!