Выбрать главу

В животе заурчало. Двенадцать часов. В коридоре послышался шорох – видимо, курьер. Я замерла, прислушиваясь к звукам за дверью. Через минуту всё стихло.

Я подошла к глазку. На полу в коридоре стоял пакет из дорогого ресторана.

Осторожно приоткрыла входную дверь. Сердце ухнуло в пятки, когда замок послушно щелкнул – не заперто. На полу действительно стоял бумажный пакет с логотипом дорогого ресторана. Я быстро затащила его внутрь, чувствуя, как от запаха жареного мяса рот мгновенно наполнился слюной.

Но прежде чем есть, я решила осмотреться. Если этот псих планирует держать меня здесь, я должна знать, во что вляпалась.

Квартира была огромной и пугающе пустой. Минимум мебели, максимум пафоса. Лофт в темно-серых и чёрных тонах, повсюду голый бетон, матовое стекло и металл. Ни одной уютной безделушки, ни одной фотографии в рамке. Такое ощущение, что здесь живет не человек, а какой-то высокотехнологичный робот-убийца.

Я побрела вдоль панорамного окна. Вид на город был нереальный, но от высоты кружилась голова. В углу гостиной стояла огромная аудиосистема и пара кожаных кресел, которые выглядели дороже, чем моя почка. На низком журнальном столике – пустая пепельница и тяжелая хрустальная ваза, в которой вместо цветов лежала гора металлических наручников и каких-то странных ключей. Я быстро отвернулась.

За перегородкой скрывалась его спальня. Огромная кровать, застеленная угольно-черным бельем. Я подошла ближе, чувствуя себя воровкой. Воздух здесь был пропитан его запахом – смесью дорогого табака, мяты и чего-то животного, от чего низ живота предательски потянуло.

– Придурок… – буркнула я, открывая дверцу встроенного шкафа.

Внутри – ряды шмоток, от которых за версту несло баблом: накрахмаленные рубашки, тяжелые кожаные куртки, кашемировые худи и горы дизайнерских кроссовок.

– Нихера себе прикиды… – прошептала я, трогая мягкую кожу бомбера.

В нижнем ящике я нашла футболки. Выудила огромную черную и натянула через голову, – она была мне почти до колен, скрывая всё лишнее. Ткань приятно холодила кожу, но запах… футболка насквозь пропиталась его парфюмом. В этой огромной хреновине я чувствовала себя как в чужих доспехах: вроде прикрыта, но от осознания, что на мне вещь этого заносчивого ублюдка, по коже бежали мурашки.

В ванной я обнаружила целую полку мужской косметики и… огромную душевую кабину с кучей форсунок.

На зеркале засохли капли воды. Рядом с раковиной валялись золотые часы, брошенные так небрежно, будто это копеечная бижутерия.

Любопытство пересилило страх, и я потянулась к тяжелому флакону из темного стекла, который стоял на самой верхней полке. Мне просто хотелось узнать, чем пахнет этот гад.

Пальцы уже почти коснулись прохладной грани, как в прихожей раздался резкий, властный писк электронного замка. Дверь открылась с тяжелым, уверенным хлопком, от которого я едва не снесла всю полку к чертям.

– Колючка, я дома! – его голос прогрохотал на всю квартиру, ударив мне прямо в ребра и заставив сердце уйти в пятки. – Ты уже успела перерыть мои шмотки или всё еще дрожишь в углу?

Я выскочила из ванной как ошпаренная, судорожно одергивая его футболку, которая на мне висела мешком.

Ренат стоял в прихожей, небрежно кинув ключи на тумбу. На нем был дорогой черный костюм, верхняя пуговица рубашки расстегнута, а пиджак перекинут через плечо.

Он медленно окинул меня взглядом с ног до головы. Его глаза хищно сузились, когда он задержался на моих голых бедрах, едва прикрытых краем его же футболки.

– О, – он выдал низкий, хриплый смешок, от которого у меня волосы на затылке встали дыбом. – Смотри-ка, освоилась. Мои шмотки на тебе смотрятся куда интереснее, чем то полотенце. Соскучилась по папочке, что в мой шкаф залезла?

– Ты… ты сказал, что будешь после обеда, – пролепетала я, пятясь назад, пока не уперлась поясницей в кухонный остров.

– Планы поменялись, колючка. Совесть замучила, – он издевательски осклабился, сокращая расстояние между нами. – Шучу. Просто захотелось посмотреть, не вскрыла ли ты себе вены от тоски по своему любимому. Жрала?

– Нет, не успела.

– Плохо. Не люблю тощих, за кости держаться больно, – он подошел вплотную, обдавая меня уличной прохладой и тем самым запахом, от которого кружилась голова.

– Ну что, наплакалась? Глаза красные, как у кролика.

– Отпусти, Ренат. Я хочу домой. Пожалуйста.

– Пожалуйста – это твое стоп-слово? – он наклонился, почти касаясь мочкой моего уха своими губами. – Домой она хочет. Я тебя отвезу.

Он вырвал из моих рук мой телефон, который я всё еще сжимала, и быстро разблокировал его.