Внезапно их уютную тишину разорвал металлический лязг, в тишине башни показавшейся мне наиболее оглушительным. В его переливах я отчетливо различил предупреждение, и оно по своему смысловому наполнению не несло мне ничего хорошего.
«Чужак,» — расслышал я и интуитивно попятился. Видимо остальные расслышали тоже самое, поскольку бодро поднялись на ноги и решительно направились в мою сторону. Моя занимаемая позиция была крайне невыгодна, мне пришлось сделать несколько неловких движений, прежде чем передо мной открылась дорога на лестницу. Я прыгнул на целый пролет ниже, и не удержавшись, скатился на пол, давая своим преследователям солидное преимущество. Тот, который заметил мое присутствие, ловко прыгнул на меня сверху, придавливая мою худую тушку к бетонному полу, а остальные навалились поверх него, лишая меня последних шансов.
Глава 18.
Уродцы ловко скрутили меня, не прилагая к процессу значительных усилий и торжественно потащили вниз, к выходу. Как выяснилось, башня имела множество пристроек, расположенных за ее внушительным главным корпусом. Все они причудливо изгибались, со стороны напоминая замысловатые лабиринты, оснащенные едва заметными дверцами. К одной из таких дверей шлепающая и звенящая толпа притащила меня, весьма бесцеремонно столкнув на землю у самого порога. После чего важно удалилась, оставив добычу самостоятельно решать свою дальнейшую судьбу. Я не спеша поднялся на ноги, тщательно отряхнулся и, не желая дальше испытывать на прочность свою удачу, рванул вдоль невысоких строений. На моем пути не встретилось никого, кто мог бы зафиксировать мое пребывание на частной территории и сдать меня властям. Успешно миновав извилистые стены, я очутился на знакомом пустыре, подивившись странному ландшафту потустороннего города. Мои приключения заняли собой весь остаток светового дня, и им на смену пришла новая задача — как мне обустроить ночлег. Ночевка на улицах или в парках могла обернуться для меня очередным арестом, и кто знает, насколько догадливыми окажутся безглазые недоумки в следующий раз. Я попытался отыскать тот самый подвал, где мы провели с Гошкой свою первую совместную ночь, но всякий раз натыкался на совершенно гладкие стены разноцветных зданий. Наконец, растратив последние усилия и почувствовав необходимость их безотлагательного восстановления, я медленно опустился прямо на прогревшийся за день асфальт и тяжко вздохнул. Мое скоропалительное решение отыскать в потустороннем городе круглого типа и притянуть его к ответу за нарушение договоренности, мои попытки вернуть Гошке достойный облик и остановить пагубное нашествие безглазых теней одним взмахом руки, требовали переработок и дополнений. И с чего начинать вносить поправки, я решительно не знал. Мои скорбные стенания были прерваны знакомым шарканьем. Сейчас возможное рандеву с потусторонней сущностью больше не рождало во мне душевного трепета и мистического ужаса. Я равнодушно покосился на невнятную тень, нависшую надо мной и мысленно усмехнулся пониманию, что в его отсутствующих глазах выгляжу почти так же. Тень потопталась в шаговой доступности и медленно опустилась рядом, очевидно разглядев во мне достойного собеседника.