Глава 9. Алькина дорога
Иногда задумаешься над человеческими слабостями и достоинствами. Казалось бы, вот только его здоровью и жизни грозила опасность, как спустя час-полтора он уже забыл об этом и мысли его заняты нежными чувствами и радужными настроениями. Ну никто из нас даже представить не мог себе поступок Альки в ту ночь. Тем более, что я после описанной сцены отпустил ребят домой, предупредив их, что пошел на почту звонить Азату. Положение было серьезное и нужно было посоветоваться с опытным товарищем по работе на тему, как нам быть дальше.
Азат внимательно выслушал меня. Потом сказал:
- Да! Наделал ты ошибок, бугор! Дал слабину в дисциплине бойцов – теперь пожинаешь плоды своего легкомыслия. В общем дело серьезное. Я этого Додона немного знаю. Тертый калач! Запросто может настроить сельчан против вас. Завтра на работу не выходите, если что выйдете с обеда. Ждите меня. Я утром подъеду переговорю с местными и к полудню буду у вас. Там решим, что делать.
Я пришел домой и пересказал слова Азата ребятам. Они согласились завтра его подождать. Учитывая случившееся, решили спать лечь пораньше. В 10:00 вечера я объявил отбой, и мы легли. Уснули конечно быстро.
В третьем часу ночи я проснулся и вышел по малой нужде из домика. Я уже собирался зайти в домик обратно, как услышал глухой стон. Посмотрев в сторону звука, я увидел в тусклом свете лампы лишь темное пятно шагах в двадцати от входа. Я подбежал ближе. Лицом вниз, вытянув вперед себя руки лежал Алька. За ним далеко в сторону тянулся кровавый след. Я чуть повернул ему голову. Вместо лица у него было кровавое мессиво.Я тут же схватил его на руки, занес его в спальню положил на кровать и что было сил заорал:
- Подъем! Вставайте, мужики!
Все как один вскочили с кроватей. Я бегом набросил на себя штаны с курткой и, крикнув ребятам, чтобы посмотрели за Алькой, помчался в опорный пункт вызывать скорую.
Я, наверное, никогда не бежал так быстро и на этих шестистах метрах установил, если не мировой рекорд, то уж личный точно. Бежал и думал:
- Какой же ты еще глупый ребенок, Алька! Какой же ты пацан! Зачем ты помчался к ней ночью. И еще гитару мою с собой забрал. Послушал мое последнее предупреждение и проститься с ней решил? Что же ты натворил, бедный мой мальчик! Что теперь будет, что я матери твоей скажу! Боже ты мой. И я сам завыл с горя, как волк, на всю деревню и выл пока не прибежал в опорный пункт в половине третьего ночи. И там, задыхаясь заорал сидевшему на своем стуле Грачеву:
- Скорую! Скорее вызови нашему мальчишке скорую! Он у нас в доме, без сознания. Скорее …!
В это время девочка, сидевшая на диванчике возле стола Грачева с какой-то женщиной, уткнулась в её грудь носом и заплакала навзрыд, повторяя сквозь рыдания:
- Мама! Он жив! Господи, жив, жив, жив! Я чувствовала это … Я боялась, что они вернутся и сбросят его в воду.
Грачев звонил в скорую. Он спросил, оборудована ли выехавшая машина радиосвязью. Там подтвердили, что скорая оборудована радиотелефоном Алтай. Участковый попросил, чтобы врачам уточнили местонахождение пострадавшего и попросил записать адрес нашего домика. Там сказали, что водитель скорой сам из села Банновка и хорошо знает, где наш бывший магазинчик.
Переговорив с диспетчером, Грачев повесил трубку со словами:
- Скорую минут сорок назад вызвал мой дежурный, как только сюда прибежали мать и дочь Романовы и тоже с криками – звоните в скорую!