Используя японский способ ловли с помощью яруса длиной в несколько миль и с сотнями крючков, Мейтер обнаружил значительные скопления тунцов на глубине 180 метров мористее Нью-Йорка и Нью-Джерси. Это произошло в декабре, и Мейтер высказал предположение, что «тунцы собирались тут в стаи, прежде чем отправиться на юг в район зимовки». Возможно, увидеть воочию эту миграцию никому не удается, по той причине, что тунцы держатся вдали от берегов, находясь восточнее Гольфстрима, и кормятся в глубоководных слоях. Крупных рыб во время упомянутого осеннего лова у побережья Нью-Йорка обнаружено не было. Отсюда можно предположить, что существует две отдельные разновидности этих рыб — гигантские тунцы, которые мигрируют в европейские воды и там кормятся, и тунцы помельче, передвигающиеся вдоль берегов западной части Атлантики.
Прежде чем удастся открыть тайну тунца, понадобится пометить и снова выловить гораздо большее количество тунцов. С помощью более чем 1200 рыболовов-спортсменов Мейтер со своими коллегами из института океанографии с 1954 года пометил тысячи тунцов, марлинов, парусников, меч-рыб и лакедр. Подобного рода программы, осуществляемые также научными учреждениями штатов и федеральными организациями, — лучший способ получить информацию о миграционных особенностях обитателей моря.
Практика мечения восходит к XVII веку, когда Исаак Уолтон впервые привязал ленты к хвостам рыб, чтобы установить, куда они направляются. В 1920 году итальянский зоолог Марсино Селла провел исследования миграции рыб, изучая крючки и наконечники гарпунов различного происхождения, обнаруженные в выловленных рыбах. Так, он извлек крючок, изготовленный в Акроне (штат Огайо), из тела тунца, пойманного около острова Сардиния. Это-то и навело ученых на мысль, что тунцы, обитающие по обеим сторонам Атлантики, смешиваются между собой.
Понадобилось много лет, прежде чем появились метки, которые не причиняют беспокойства животным и не теряются ими по мере их роста [Стр. 256. Нет такой метки, которая не причиняла бы рыбе ощутимого беспокойства, не терялась бы в течение ее жизни, требовала бы минимальной затраты времени на мечение и легко обнаруживалась бы при вторичной поимке рыбы. Любой из весьма многочисленных способов мечения представляет собой какой-то компромисс между этими требованиями, все зависит от того, какая рыба метится и зачем. Рыб метят, чтобы изучить пути и сроки их передвижений, определить смертность от естественных причин и от промысла, уточнить определение возраста и скорость роста и т. д.]. В настоящее время метки бывают самые различные, начиная от простых трубок из пластика и дисков и кончая замысловатыми ультразвуковыми и радиоволновыми передатчиками.
Доктор Хэзлер со своими коллегами разработал ультразвуковое устройство размером меньше кончика карандаша, которое помещается в желудок рыбы. Этот передатчик издает высокочастотные сигналы, похожие на щебетанье, что позволяет судну с гидроакустическим приемным устройством следить за каждым движением рыбы. Некоторые из крохотных батарей таких передатчиков рассчитаны на срок до 100 часов.
Флоридские рыбаки не раз с изумлением замечали черепах, буксирующих плотики с привязанными к ним яркими шарами или снабженных небольшими радиопередатчиками, которые начинают работать, как только черепаха всплывает, чтобы набрать в легкие воздух. С помощью таких устройств Арчи Карр надеется уточнить маршруты зеленых черепах, плывущих к острову Вознесения. Он предполагает установить на вершине Зеленой горы следящую антенну для приема сигналов от передатчиков, установленных на спинах черепах. Карр выдвинул также предположение, что «слежение за черепахами, движущимися к острову Вознесения, с помощью искусственных спутников вполне может оказаться самым эффективным способом изучения их маршрутов». Сигналы, посылаемые этими передатчиками, могли бы приниматься спутниками, летящими на высоте сотни миль, и ретранслироваться на контрольные станции, где велась бы точная прокладка путей передвижения этих животных.