Многие из этих животных приспособлены к растительной среде; их форма и расцветка определяются характером растений, которыми они питаются. Одни из них — это мягкие, бесформенные, лишенные раковин слизни, с бурым телом, испещренным темными кругами и окаймленным кожными складками. Когда они скользят средь растений в поисках добычи, то их едва можно отличить от окружающей среды.
Небольшая, но прожорливая саргассовая рыба, Histrio histrio, вся испещрена бурыми и золотистыми полосами и пятнами, кожа ее снабжена ветвистыми, листообразными выростами, похожими по своим очертаниям на саргассовые водоросли. В довершение этой маскировки яркие тона и рисунок окраски изменяются по мере того, как рыба передвигается от одной водоросли к другой. Этот большеголовый «тигр» Саргассова моря может хватать и пожирать добычу размером почти с самого себя.
Саргассовая рыба.
Икринки летучих рыб, которые «гнездятся» в водорослях, очень похожи на ягоды, или плавательные пузыри, саргассов. Маскировочная окраска некоторых животных включает в себя даже белые узоры, напоминающие трубки червей. Настоящие же трубки — известковые, и черви, высовывая голову из одного конца, хватают пищу, находящуюся на водорослях и воде. Еще здесь водится клоп-водомер, Halobates,— единственное насекомое, обитающее в открытом море. Этот клоп-мореход носится по поверхности тропических вод Атлантического и Тихого океанов на своих шести тоненьких волосатых ножках. В Атлантике островки саргассовых водорослей служат этим необыкновенным существам укрытием и местом для отдыха:
Под поверхностью этого моря посреди океана кипит жизнь во всем ее многообразии. На глубине от 1200 до 1500 метров обитает богатое сообщество зоопланктеров, рыб и кальмаров. Во многих районах моря более или менее постоянный термоклин образуется на глубине 400—500 метров. Слой этот представляет собой как бы «ложное дно», которое задерживает опускающиеся вниз соли, останки животных и растений. Тем самым создается скопление питательных веществ, служащих кормом для довольно значительного числа обитателей. Здесь креветкообразных животных намного больше, чем их сородичей близ поверхности.
В Мировом океане нет по-настоящему бесплодных участков, однако в Саргассовом море существование богатой флоры и фауны невозможно.
Участниками экспедиции на «Галатее» было установлено, что это относится ко всем центральным районам океанов, особенно к тропическим районам. Пересекая Тихий океан от Новой Зеландии до Калифорнии и Атлантику от островов Вест-Индии до Ла-Манша, ученые обнаружили, что флора открытого океана бедна и «удивительно однообразна». (Исключение составляли районы конвергенции и прибрежные воды.) Это объясняется тем, что потеря нитратов и фосфатов, опускающихся ниже освещенной зоны, не возмещается путем горизонтального или вертикального перемещения масс воды. Практически непроницаемым барьером, препятствующим в тропических водах подъему глубинных вод, является наличие постоянного и хорошо выраженного слоя скачка температуры.
Продуктивность остается низкой круглый год, жизнь существует главным образом в более глубоких слоях.
ПРИЗНАКИ СЕЗОНОВ
В районах, находящихся далее к северу и югу от центральных районов океанов, то есть в умеренных зонах, плодородие меняется от сезона к сезону. Зимой поверхностные слои воды охлаждаются настолько, что становятся достаточно тяжелыми, чтобы опуститься вниз. Зимние ветры и штормы взбаламучивают океан до глубины 30—450 метров, что значительно превышает глубину освещенной зоны. Термоклин исчезает, и в приповерхностные слои устремляются богатые запасы питательных веществ. Однако опускающиеся слои увлекают с собой множество крохотных растений, которым значительное время приходится находиться в темноте. Это обстоятельство наряду с малой освещенностью в зимнее время препятствует обилию флоры.
Однако с приходом весны перемены, столь заметные на суше, можно ощутить и в море. Перемешивание слоев уменьшается, снова образуется термоклин. Растения, находящиеся в эвфотической зоне, остаются в ее пределах, где в результате смешивания масс воды накопились большие запасы пищи. Как только солнце поднимется выше и освещенность увеличится, у фитопланктона начинается бурная оргия размножения. Диатомеи делятся каждые 18—36 часов. За неделю количество их может увеличиться в сто раз, за две недели — в десять тысяч раз. В конце концов на одном акре поверхности океана возникают многотонные массы растительных организмов. Как на суше повсюду пробиваются зеленые побеги и набухают почки, так и все море захватывает половодье новой жизни. Обычно сверкающее голубизной или сталью, море становится зеленым и буро-зеленым по мере того, как огромные площади океана превращаются в сочные пастбища. Это и есть характерное для умеренных морей «весеннее цветение».