Есть основания полагать, что копеподы таким же образом возникли от древнего обитателя дна, напоминавшего современных крабов или омаров.
Гребневики, сифонофоры и даже насекомые, возможно, произошли от плавающей молоди, достигшей зрелости, прежде чем поселиться на дне.
Гарстэнг считал, что линия позвоночных возникла именно таким путем. Он представил себе гигантский скачок в эволюции от неподвижно прикрепленного ко дну существа к плавающему, активно передвигающемуся животному. От этого плавающего Животного, возможно, в свою очередь, пошли новые расы, положившие начало новым видам, что в конечном счете привело к появлению 45 000 видов позвоночных животных. Это, разумеется, лишь гипотеза. Вполне возможно, что позвоночные произошли, как полагают другие ученые, вследствие постепенных изменений, которые претерпевали животные во взрослом состоянии.
Сущность теории Гарстэнга в том, что эволюция затрагивает не только взрослые особи. Ученый отмечает, что естественный отбор столь же мощно влияет и на ранние стадии существования организмов, сохраняя те изменения, которые способствуют выживанию молоди в ее конкретной среде.
БЕСПОЗВОНОЧНЫЕ
Ты был головастик, я рыба была в палеозойскую эру.
Лэнгдон Смит
Ни для кого не секрет, что еще не родившийся зародыш повторяет эволюционную историю своих родителей. Развитие, на которое его предкам понадобились миллионы лет, происходит в считанные дни, недели или месяцы его пребывания в яйце или родительском чреве. У человеческого эмбриона появляются последовательно жабры, как у рыбы, почка, подобная почке акулы, и жесткий хрящевой стержень (нотохорд), характерный для примитивных хордовых. Подобные перемены происходят с любым представителем животного мира. Этот принцип не следует воспринимать слишком буквально, поскольку, если мы станем изучать вопрос детально, то обнаружим ряд недостающих звеньев, а также звенья, выпадающие из общей цепи. Тем не менее, сходство между стадиями развития эмбриона и эволюцией все более и более сложных животных поистине поразительно.
Сперматозоиды человека напоминают жгутиковые организмы, а яйцеклетки тоже весьма похожи на одноклеточных животных. Когда оплодотворенная яйцеклетка начнет дробиться, начальная стадия дробления обнаруживает сходство с низшими многоклеточными животными. Затем у эмбриона образуется два слоя клеток, как бы внутренний и внешний покровы, напоминающие стенки тела двухслойных животных, подобных медузе. Потом появляется третий, или средний, слой, какой возникает у плоских червей, а также иглокожих — морских ежей и морских звезд. После этого в среднем слое возникает полость тела, или целом. Первыми животными на эволюционной лестнице, у которых имеется такая полость, являются сегментные черви, которые стоят в своем развитии выше плоских червей. На этой ступени и человеческий эмбрион, и сегментный червь обладают нервной системой и примитивным сердцем, прокачивающим бесцветную или красную кровь.
Растительный и животный миры сливаются воедино в жгутиковых. Возможно, простейшие и более организованные животные произошли от клеток, напоминающих жгутиковые организмы, входившие в состав планктона в древних морях. Возможно, эти клетки напоминали ночесветку (Noctiluca), современную перидинею, которая по своей природе представляет собой животное. Названные существа размером с булавочную головку под микроскопом похожи на резиновые мячики с коротким, прочным и эластичным жгутом. Этот толстый жгут служит щупальцем, с помощью которого животное хватает добычу и засовывает ее в ротовое отверстие.
Обычно ночесветки пожирают диатомовые водоросли, но могут хватать и заглатывать животных размером с молодую копеподу.
Ночесветки имеют розовую или красноватую окраску, и когда их много, они окрашивают море в цвет томатного супа.
Оправдывая свое название, каждый из этих организмов в ночном море горит, словно светлячок. При больших скоплениях ночесветок отдельные огоньки, сливаясь, создают зловещее, иногда очень яркое зеленое свечение. Гребень волны, форштевень корабля или животное, которое нарушит спокойную мерцающую поверхность, окажется внезапно залитым холодным, ослепительным светом.
Поскольку в военное время подобное обстоятельство может демаскировать корабль, командование военно-морского флота США расходует значительные суммы на изучение биолюминесценции.