Омары и крабы едят все, что попадает им в клешни, будь то животное или растение, живое, мертвое или умирающее существо. Каннибалы по природе, они пожирают своих более слабых сородичей. Если бы молодые омары не рассеивались благодаря течениям, то возникла бы опасность, что омары пожрут друг друга и вымрут.
Колючие омары ходят по грунту на «цыпочках», опираясь на кончик хвоста. Их усики переплелись со щупальцами медузы «львиная грива».
Мясистые омары, которых вылавливают в заливе Мэн, известны ученым под названием Homarus americanus. Водятся они возле Атлантического побережья Северной Америки от Лабрадора до Северной Каролины, но ловят их в основном на полосе шириной 55—90 километров у побережья Новой Шотландии и штата Мэн на глубине от 2 до 180 метров. Омары, которых вы едите, линяли в среднем раз двадцать пять, и возраст их 5 лет. Самый крупный экземпляр мэнского омара, которого удалось поймать, весил 21,3 килограмма, и было ему по меньшей мере 50 лет.
С приближением зимы Н. americanus в поисках подходящей температуры и пропитания и для спаривания перебирается в более глубокие слои. Средняя самка откладывает от 8000 до 10 000 яиц. Она носит их у себя под брюшком до тех пор, пока из них не вылупятся омарята. Самое большое число «ягод» (так краболовы называют яйца), обнаруженных у самки, составляло 97 400. Прежде чем из них получатся мальки, проходит 10—11 месяцев. Молодые омары в виде планктона дрейфуют в продолжение 3—5 недель, затем опускаются на дно и движутся к скалистым участкам дна, находящимся вблизи берега. «Омарихи» производят баснословно многочисленное потомство по той же причине, что и другие плодовитые виды, — с тем, чтобы обеспечить выживание достаточного для продолжения рода количества экземпляров. Пятидневные омарята — это копии своих родителей длиною в несколько миллиметров. Величина их вполне подходит многочисленным мелким хищникам, которые устраивают себе из омаров обед, для крупных же они служат аппетитной закуской. Треска особенно любит полакомиться омарами. После человека это наиболее прожорливый их враг. Рыбы-таутоги, скаты и молодые акулы также совершают опустошительные набеги на омаров.
У колючих омаров, или лангустов, вместо клешней длинные, прочные усики, которые служат им для нападения на свои жертвы и для защиты от врагов. Усики и поверхность панциря усеяны многочисленными короткими острыми шипами. Разновидность этого животного, обитающего у Тихоокеанского побережья, Panulirus interruptus, бывает, весит до 13,5 килограмма; однако особи весом свыше 2,5 килограмма встречаются редко, средний их вес 0,9—1,4 килограмма. Водящийся на юге P. argus облюбовывает укромные местечки в коралловых рифах Карибского моря, Мексиканского залива, в водах побережья Флориды и Багамских островов. Длина его в среднем 25 сантиметров. Каждую осень на мелководье у Багамских островов самцы и самки образуют миграционные цепочки, насчитывающие от 3 до 30 особей. Голова заднего омара покоится на хвосте находящегося впереди. Движущиеся со скоростью плывущего человека, эти процессии, чтобы добраться до своих нерестилищ, расположенных на глубинах, покрывают значительные расстояния. Личинки колючих омаров непохожи на своих родителей; они напоминают расплющенных стеклянных паучков. С первого взгляда кажется, что сама по себе плывет лишь пара глаз. Но если внимательно приглядеться, можно увидеть, что глаза находятся как бы на ножках, прикрепленных к паучонку — тоненькому и прозрачному, как кусочек целлофана. Присмотревшись хорошенько, вы заметите, как работают его внутренние органы и бьется крохотное сердце. Единственное, что напоминает о его происхождении, — это маленький хвостик, похожий на хвост взрослого омара.
СКРИПАЧИ, ДРАЧУНЫ И ОТШЕЛЬНИКИ
Столь экзотические существа, как отпрыски колючих омаров, часто ошибочно принимаются за отдельный вид животных. Некое странное, похожее на креветку существо с огромными черными глазами, длинным острым «носом» и длинным, изогнутым шипом на затылке, когда было впервые обнаружено, получило название «зоеа». Другое большеглазое существо, похожее наполовину на омара, наполовину на краба, было окрещено «мегалопа». Прошло много времени, прежде чем ученые поняли, что зоеа и мегалопа — не отдельные виды, а две стадии развития, через которые проходят обыкновенные крабы. Дрейфуя вместе с другим планктоном, эти личинки с каждой линькой претерпевают изменения, пока не станут похожи на своих родителей.