После искусствоведческой тусовки, мы посидели в кафешке, где я предложил Николаю совершить вояж в Столицу. Там он сможет продвинуть своё творчество. Возможно, даже заработать. У меня был свой интерес, мне хотелось пошевелить свои старые связи, в надежде найти новые заказы для «поддержания штанов». К тому же требовалось найти новых союзников в деле по депортации Елизаветы в обитель Мороки. Затягивать этот процесс не следовало, но «художник» оказался тяжёл на подъём. «Подумаю, может быть, надо бы» были стандартными фразами на все мои потуги отправить его в московские дебри для выполнения миссии «возвращение блудной дочери». На всякий случай я дал ему пару телефонов своих знакомых, которые мне были обязаны. В том числе и Могуна. Сам же занялся поиском работы, способной принести быстрые деньги.
Прошла неделя. За ней другая. Результата в решении уже зудящего вопроса с Елизаветой, так и не было. Но вот на телефон пришло сообщение, что на почте меня ждёт бандероль «до востребования». Сначала мне подумалось, что это схема развода на оплату по факту получения. Только любопытство взяло верх, в результате я отправился на Главпочтамт за странным посланием. Бандероль оказалась от Николая, но отправлена была из Москвы. В отправлении была небольшая записка, говорящая о том, что со мной хотят повидаться серьёзные люди, а так же небольшая VHS кассета от видеокамеры. Далее на листке был записан телефон, вместо подписи кровяной шлепок, раздавленный большим пальцем руки. Намерения были явно не дружелюбными.
Аппарат для просмотра кассеты ещё надо было умудриться найти. Покумекав решил сходить на местное ТРК, под предлогом запроса материала по персональной выставке картин Николая, с эпизодом случившегося скандала. Не буду описывать ход всей эпопеи моего похода, он больше напоминал похождения Остапа Бендера в редакцию газеты, в эпизоде с наездом на него гужевого транспорта. В результате мне предоставили в распоряжение оператора, который снимал материал, звали его Юрием. С ним мы довольно быстро нашли общий язык. Сделали фрагментарную новостную нарезку, после чего я попросил посмотреть принесённый мной материал. Мы включили кассету на видеокамере и то, что пришлось просматривать, вызвало шок и не только у меня.
На кассете был отснят материал по «разморозке бога Щура». Верней момент, когда его намазывают моим бальзамом с ног до головы. Съёмки были сделаны в условиях лаборатории, хотя, судя по всему, полевой. Стены были явно временные, а вместо пола настил из ПВХ. Человек огромного роста, явно за два с половиной метра, лежал на хирургическом столе. Выглядел он неприглядно, больше напоминая утопленника, с синюшным оттенком кожи. Был сморщен, как будь-то только что извлечённый из формалина экземпляр, некогда живой плоти. Люди в белых скафандрах просушивали его тело хирургическими салфетками. На заднем фоне, мельком, были видны снятые стальные доспехи. Просушив тело, один из «космонавтов-медиков» стал намазывать подопытного моим бальзамом, используя мягкую пластиковую кисть. После того, как процесс нанесения мази был завершён, на Бога были направлены все камеры, фиксируя все происходящие перемены. Поначалу ни чего не происходило, поэтому в записи явно прослеживался момент склейки. Примерно минуту было плохое качество, затем тело стало менять свой цвет. Синева стала отступать, преобразуя синюшный лик Бога в цвета здорового человеческого тела. Сначала появилась желтизна, затем тело стало розоветь, постепенно набирая глубину и яркость. Будь-то, некий дизайнер, прибавлял контрастность в фотошопе. Наступил момент, когда Бог Щур открыл глаза, даже вроде бы сделал неглубокий вдох. После произнёс всего лишь одну фразу: «Пошто псы пробудиша». Дальше смотреть было невозможно. Чувство отвращения сменялось чувством накатившего ужаса от происходящего. Тело сначала раскраснелось, как мясо в печи, а затем стало трескаться и лопаться пузырями, постепенно превращаясь в студнеобразную массу, которая стекала кровяной жижей по поверхности ложа. Люди отпрянули от хирургического стола с непредельным отвращением глядя на происходящее. Вскоре обнажился скелет, а внутри оказался свёрток из жёлтого металла. Белые кости стали очень быстро желтеть, а затем почернели, осыпавшись в прах. На этом плёнка закончила своё повествование о пробуждении бога.
Юра, сглотнув густую слюну спросил:
- Это новый сериал с элементами хоррора снимают, что ли?