- Слабоват, ты оказался, парень! Ты что, в бане не бывал никогда?
- Только в сауне.
- Ладно, полежи маленько. Сейчас мы допаримся и тебя сполоснём.
Лариса подсунула мне под голову скомканное тряпье и удалилась в парную. Я лежал, нюхал тряпицу, пропитанную нашатырём, и размышлял, что ещё хорошо отделался. Могло быть куда как хуже, если бы я не сдержался и полез лапать моих мучительниц.
Вскоре женщины выскочили из бани, раскрасневшиеся, в листьях, прилипших к телу. Подбежали к колоде, зачерпнули по ведру воды и выплеснули их на себя. Взбодрённые, они подхватили меня под руки, затащив в парную. Посадили меня задницей в таз с водой, стоявший на полу, и принялись намыливать меня мочалкой, одновременно поливая горячей водой. Мне невольно вспомнилось моё детство в коммуналке, когда мама мыла меня, вот так же в железном корыте, а я орал от обиды, что мыло попадало мне в глаза.
Мне помогли подняться, поставили упором в кутник и продолжили мыть, как несмышлёного ребёнка. Поначалу я вяло отбивался, кряхтя и утверждая, что сам могу помыться, однако ноги подкашивались, и женщины довольно оперативно меня домыли. Чья-то рука добралась и до моей промежности, но мне уже было все равно. В голове опять зазвенели колокольчики, и меня вывели в предбанник. Заботливые руки накинули на меня полотенце, а нашатырь опять занял своё место у меня в носу.
Пока я отходил, женщины ещё дважды заходили в парную, и звук веников теребил мой слух. Наконец, придя в себя, я вышел на мороз. Дыхание перехватило, а чувство свободы захватило моё сознание. Сколько это продолжалось, не могу сказать. В чувство меня привёл толчок в бок.
- Пойдём уже. Не то простынешь. Сам дойдёшь или тебя подпереть?
- Дойду помаленьку.
- Ах, Леха, Леха! Тебе со мной так плохо! Не жизнь, а суматоха! Ты только посмотри…
Лариса с усмешкой взяла меня под руку и дурашливо прижалась головой к моему плечу.
- Будет тебе парня смущать! Он тут человек временный, не твоего он поля ягода.
- Да, а жаль. Сладкой могла быть победа, да пришла беда! Ты не женат ли Алёша?
- Был женат, но жена ушла к «сапогу». Сказала: «Лучше по гарнизонам шататься, чем в коммуналке с неудачником жить!» Ребёнка с собой забрала. Так я один и живу уже пятый год. А, извините за нескромный вопрос, здесь разве целибат не соблюдают?
- Это кому как на ум придёт. Иной и хотел бы да не может. Кто может да не хочет. Одним словом, у каждого свои неразрешимые проблемы.
- По ходу монастырь собирает всех одиноких, сирых и убогих, впрочем, как любая христианская обитель.