- Тебя-то чего вдруг припахали!
Я вздрогнул от неожиданности, и даже стопка дров, на которой сидел, развалилась.
- Фу, чёрт! Напугал!
- Не поминай всуе проклятого. Придёт не званый и заберёт твою душу.
- Ты сам то как?
- Так винюсь за вину винную! Вот перед тобой виноват, перед ребятами виноват. Весь в вине без вина, а за вино виноватый.
- Ну, ты загнул. Я с трезвыми мозгами такое не переварю, а ты уже третьи сутки здесь у себя в голове копаешься.
- А как иначе. Набедокурил я. Сам себя ненавижу. А иначе не могу. Много лет с собой борюсь, а побороть не могу.
- Может не надо бороться? Просто взять и не пить.
- Может, может! Только как в нос попадёт, так уже невмоготу.
- А прощения попросить не пробовал?
- Всё время прошу, да видно не так и не у тех!
- Ну, тогда не знаю. Трудно здесь сидеть- то?
- Не трудней, чем вину вином завинять! Пойду я…
Я пожал плечами и продолжил следить за топкой. Вскоре всё состоялось, как предрекала Алёна. Манометры пришли в норму, а я отправился за ней. Ещё через минут сорок миссия моя была завершена, и мы с моей новой наставницей отправились к бане за новыми приключениями.
Как только мы подошли к бане, сквозь морозные облака проступило солнце, и на небе свершилось необычное явление. Через всё небо в круг солнца образовалось гало. А по его периметру возникли три световых узла. Смотрелось так, как будто на орбите проявились ещё три солнца, но меньшего размера. Ореол от этих малых светил сместился в красно-оранжевый спектр. За счёт морозной дымки и большой влажности это явление смотрелось фантастически. Неземная красота заворожила присутствующих у бани зрителей. Явление продолжалось порядка двадцати минут, то затухая, то проявляясь с новой силой. На горизонте у облаков появился лиловый оттенок, а от дополнительных светил к основному протянулись световые струны. Если бы внизу появилось ещё одно светило, то образовался бы солнечный крест, но его не было. Скорей, рисунок явления напоминал знак пацифистов. Так называемую «лапку голубя». Буддисты называют её «Стрела Майтрейи». Женщины, готовившиеся стирать белье, оставили своё занятие. Они со страхом и нескрываемым любопытством наблюдали, что будет происходить дальше. Никто из них не перекрестился. Хотя в душе, наверное, подумали, что дело движется к концу света.
Вскоре подул ветер, мороз ослаб, и на его смену вновь пришла метель со снегом. Явление исчезло вместе с солнечным светом, утонув в колючей зимней мгле.
Я начал подтапливать баню, а у себя за спиной услышал шёпот между женщинами:
- Не к добру это! Надо ждать поганки какой. Помнишь, два года назад в небе световые столбы стояли?
- Ну, помню и что?
- Как что, а через три дня попы приехали, стали права качать. Мол, мы их собственность заняли. Грозились нам анафему отписать и выгнать из храма взашей.
- Ага, а ЕБэ им сказал, что мы их собственность не тронули. Если она вам нужна, восстанавливайте монастырь за свой счёт, а не за наш.
- Правильно сказал! Это же РПЦешники. Только бы к «халяве» присосаться. Ты за них сделай всё, а они обсидят, окрестят, замолят и отберут в свою пользу.
- Да, ещё должен им останешься! Думаешь, опять припрутся?
- Кто их знает, рано или поздно всё равно отберут своё имущество.
- Эй, чего застыл. Поди, воды принеси. Котёл долить надо!
Процесс длился долго: воду то и дело подливали, поскольку стирка моментально расходовала горячую воду.
Пообедали мы только к четырём часам дня, когда уже начинало темнеть.
Только мы помыли посуду, как на улице послышалось знакомое тарахтение Степановского тарантаса. Антон выглянул в окно, пытаясь понять, что происходит на улице.
-Чего-то он припозднился сегодня! Должен был к двенадцати часам приехать. Поди, случилось чего? Вон, Есения вышла, и обратно побежала в дом.
В доме началась суета. Двери захлопали. В нашу половину зашла Ольга.
- Ребятки, пойдите подсобить. Там Степан участкового нового привёз. Он ранен.
Мы все поспешили на улицу. Обступив волокуши, мы увидели неприглядную картину. В санях лежал полицейский в форме. В окровавленной руке он сжимал табельный «макаров». Подстилка была в крови. Глаза у участкового были прикрыты, и он тяжело дышал. Не мешкая, мы подхватили его за подстилку с четырёх сторон, аккуратно вытащили с волокуш и положили на снег. Я попытался вытащить у него из руки пистолет. Однако замёрзшие пальцы не удалось разогнуть. Я снял свой шарф, накинутый второпях, и обмотал им руку полицейского, чтобы быстрей согреть. К тому же, не дай бог, выстрелит случайно. Тем временем прибежала Ольга и распорядилась нести раненого в залу. Мы тотчас подхватили его и быстро доставили по назначению. В зале наскоро была подготовлена лежанка. Укладывая участкового на лежак, случайно положили его на бок. Он застонал и открыл глаза.