Сон неожиданно накрыл меня своим мягким, серым крылом, постепенно расцвечивая пространство спящего сознания яркими красками.
Неудобство и прохлада пробудили меня от ночных грёз, но вокруг все ещё был мрак зимней ночи. Только скрип и возня на топчане говорили мне, что близится утро. Вскоре по избе заходили, блеснул свет фонаря, хлопнула дверь и сквозь нагретую лежанку пробежал морозный сквознячок. Шевелиться не хотелось. В попытке сохранить остатки тепла под шинелькой пришлось свернуться калачиком. Сон улетучился. Закрытые глаза холодил студёный, колючий воздух проникший в избу. Шебаршение мышей в сенном матраце заставило окончательно взбодриться. В избе снова послышались шаги, и немного посветлело от огня фонаря. Дверь хлопнула и вскоре у печки бухнула охапка дров. Убрав печную заслонку, хозяйка стала с помощью бересты поджигать припасённые дрова. Вскоре запахло дымом и в трубе остывшей печи, послышался гул от горения берёзовых дров. Тяга подхватила огонь и принялась греть прозябшую за ночь избу.
Я неумело выбрался из полатей на печь - она оказалась почти холодной, лишь немногие кирпичи в центре ещё сохраняли лёгкое тепло. Взяв в руки валенки, я задумался, как мне слезть с печи, чтобы не упасть вниз плашмя. Бросив на пол валенки, я раскорячился, уперев руки в стену и пытаясь найти ступеньку лестницы –этажерки ногой. Удача не сразу мне улыбнулась, ступенька оказалась значительно ниже, чем я предполагал. Чуть не свалившись с печи, мне все же удалось удержаться и чудом не грохнуться на пол. Он оказался ледяным. (Даже через двойные носки у меня было ощущение, что я встал голыми ногами на снег). Быстро нащупав в темноте валенки, я мгновенно сунул в них ноги, но тепло пришло не сразу. Только размяв затёкшие конечности, ощутил прилив энергии, (Вышел на свет в кухне) и, подойдя к хлопочущей у печки хозяйке, пожелал ей доброго утра. В ответ услышал: «Што вскочил - то! Поляжал бы ешшо. Чай скипит не скоро!». «Так у меня уже скипело. Надо до ветру!» - признался я в необходимой потребности сходить на двор. «А-а, ну поди!» - диалог иссяк, и каждый занялся своим делом.
Сходив на двор, я услышал шарканье лопаты разгребающего снег постояльца. Подумав, что надо внести свою лепту в этот процесс, немедля поспешил на улицу. Снег грёб «коренастый». За ночь всю дорогу замело, и дверь в дом едва открывалась. Судя по всему, постоялец выходил на улицу через двор, так как там дверь открывалась внутрь.
-Доброе утро, уважаемый! Не знаю, как вас звать-величать. Вчера не познакомились. Меня Алексеем кличут.
- Я Петр. Хотя какая разница. Нам с тобой детей не крестить. Лишние знакомства - лишние хлопоты!
- Ну, извини. У нас как-то принято знакомиться, если какие-то есть дела.
- Так тожъ дела! А у нас, так, делишки. Встреча-разлука, как сало для лука. Чего хотел-то?
- Так помочь хотел, снег погрести.
- Не-е, не надо. Вспотеёшь, да застынёшь, а тебе ешшо верст пятнадцать вертюхать. Хорошо, как Стёпан приедёт, не то пёхом придётся.
- Так я вроде не говорил, куда мне надо идти.
- А здеся путь один: до Нижних Морок,- так там нету никого. До Верхних- от путь кругом. Так, стало быть, ты - к отцу Демьяну, хотя не ко времени, - видать нужда заела. Спроста-то, не дерзнёт умный человек, а дураку там делать неча. Нам-то грех на душу брать не к чему. Вот и подмогаём, чем можом. Дел, конечно, без того у нас много - да работы нет никакой. Здеся заработок один, наберешь чё в лесу - да к городу. Тама местным барышникам скинёшь, да в обратку кой-чего привезёшь. Так лесом и живём: ни больниц тебе, ни свету. Хотя в обители там генератор на соляре работаёт, всё веселее. Если бы не обитель - ложись и помирай. Охо-хо, разболтался што-то. Поди в дом, не студись.
Разговор больше не заладился, однако журналистское любопытство во мне все же явно подогрел.
Между тем, хозяйка уже сноровисто накрывала стол. (Роскошью он также не отличался). Из закоптелого старого чайника, только что вскипевшем на углях в печи, чувствовался запах ароматного чая, явно с мятой и ещё какими- то травами. На столе были бутерброды с тем же салом и в миске лежали мелкие баранки. На блюдечке горкой навален наколотый мелкими кусками сахар. Мой пакет так и остался лежать на краю стола нераспечатанным.