При этих словах женщины расступились и в центр комнаты вышла Елизавета. Она была одета в чёрный, атласный костюм средневековой ведьмы, а на голове была конусная шляпа с серебряной короной.
- Так вижу, ты принёс мне обещанное сокровище? Давай же его скорей.
Покопавшись в кармане, я достал золотую брошь в форме бабочки и протянул её ведьме. Глаза её загорелись внутренним огнём. Она схватила артефакт и, скалясь жуткой улыбкой, прошипела:
- Наконец-то ты вернулся ко мне, мой волшебный мотылёк. Да, я так по тебе скучала.
При этом она поманила пальчиком к себе Ларису и указала ей, куда надо прикрепить брошь. Та безропотно сделала ритуальный книксен и, взяв бабочку, прикрепила её на шейную стойку костюма, скрепив два лацкана между собой.
- Ты что неуклюжая кляча! У тебя руки, откуда растут? Ты меня душишь.
- Простите, госпожа, но я даже не задела вашей шеи.
- От чего же меня душит? Ладно, я с вами потом разберусь. Где книга Алексей?
- Увы, сударыня, книги в обители нет. Иначе она была бы уже у вас.
- Как нет? Куда же она делась?
- Книга была на реставрации у Сергея Афанасьевича. Он не успевал её почистить и завернул в свою старую рубаху. А тут срочно мусор вывозили, ну он рубаху и выбросил. Когда я хватился, было уже поздно. Мусор уехал на свалку. Где это находится, я не знаю. К тому же найти на свалке книгу не представляется возможным. Так что не обессудь. У меня не получилось тебя порадовать.
- Ах ты дрянь свиная! Ты не мог сделать элементарной вещи. Ты, потрах собачий, ни на что не годен. Вернётся моя сила и я превращу тебя в гнилую тыкву, которую будут иметь все зеки этого вонючего захолустья. Пошёл вон! Жди моего решения.
Я ушёл с тяжёлой мыслью о том, что мы проиграли. Эта бестия пожрала не только моего ребёнка, но и всех женщин обители, заставив их исполнять ту роль, какую она хотела. Я всё ещё отказывался окончательно принимать ситуацию, когда в теле маленькой девочки, моей дочери, сидела взрослая, циничная тварь женского обличия. А моя милая, добрая Лиза была заперта в теле развратной взрослой путаны. Хотя и она вызывала во мне более чувство жалости, нежели презрения к образу её жизни. Как это разрулить? Как вернуть в прежние границы и состояния? Что это вообще за явление «перенос сознания»?
Не успел я ещё должным образом поразмышлять над сложившейся ситуацией, как ко мне примчалась Ольга с заплаканными глазами и на взрыде сообщила:
- Лизка пропала. Ой, Алёша, пропала Лизка!
- Что значит пропала? Куда и когда пропала? Говори толком, что случилось?
- То и случилось. Очнулась я сидя на лавке в кухне. Сижу и себя не узнаю. Глянула в зеркало, а там, ой боже! Там лахудра отражается. Такой прикид, будь- то я в кине каком снимаюся. Срамота. Стыд какой, ой, боже мой!
- Ну? Дальше что было?
- Глянула на девок наших, а они как мертвецы енти, зомбя кажысь их зовут. Ходят по комнате и хихикают. Есения на полу лежит руки на груди сложила. Всё, думаю, померла сердешная. Пригляделась, нет, дышит и под нос молитву бубнит «Отче наш еже еси…» Какой там отче, после таково то. Впору заупокойную читать.
- Да бог с тобой. Говори толком Елизавета где?
- Так я и говорю, нет её и Мильки нет.
- Куда они могли уйти?
- Тык не знаю я. Спрашиваю всех, не видал ли кто куды пошли? Так и не видел никто. Хватились и лисапета нету. Кажись они на ём укатили. Тока куды? Кругом леса, заплутают. Не дай бог сгинут совсем. Надо народ поднимать. Искать идти.
- Постой не шебурши, раньше времени. Надо мне с мастером Ли переговорить. Ты, на вот, водички попей. Да иди к себе. Женщин в чувство приводи. Кто у вас там спец по магии?
- Так, Есения Владимировна. Она обществом «Знания» руководила. Комиссию по сектантству возглавляла. С Дворкиным она вроде как однокашники. Она ентих колдух-гадалок враз раздавливала. А эту видать не смогла.
- Ой, мама, волки! Как же наши тёлки? Есть у нас телок, волк его не уволок. Бабушка моя так говорила, когда не знала что предпринять. Надо мне с Есенией потолковать. Давай иди, тёлок буди.
Я бы и сам хотел проснуться, да только крепко меня Морфей прихватил. Не было уже сил скинуть сон из старых могил. Не зря меня на кладбище отправляли. Хотели, наверное, чтоб я к погосту привыкал.
Часть 3 Глава 1 Я иду на войну
День явно не задался. Утро не утро, обед без обеда, а к ужину и щи не ищи, да и пива не пей. Весь полудень одни разговоры, что делать и где искать сбежавших кудесниц. Я ходил, как тень, глупо выслушивая причитания постояльцев обители и с полным ощущением вины кивал головой в такт высказываемых предположений о местонахождения беглянок. Мне вдруг вспомнилась ситуация, как однажды меня пригласили на охоту по кабану. Стоял я тогда на номере, а другие участники охоты предпринимали попытку собаками выгнать зверя из бурелома. Я же, дурак дураком, обхватив ружьё руками и с полным отсутствием мысли о предмете загона, зябко прячусь в кустах и жду, когда это всё закончится. Неожиданно, прямо у меня под задницей проскакивает огромный, лохматый хряк и что есть «дуру» проламывается через заломы зарослей и удирает в соседний перелесок. Я только вижу, как кабан, крутя хвостом на ходу, гадит и издавая протяжный хрювой, скрывается от собак в ближайшей болотине. Ружья я так и не поднял, куда уж там стрелять. Так вот, когда я выслушивал претензии участников охоты, точно так же кивал головой в такт обвинениям в нерасторопности и так же при этом отсутствовал в процессе. Мне было наплевать на данную ситуацию и вместе с ней на охоту, кабана, собак и их тупых хозяев. С тех пор, больше на охоту ни ногой. Для меня эта тема закрыта раз и навсегда. В данный момент ситуация повторилась и дежавю накрыло меня с головой. Мне сейчас было «фиолетово» от сложившейся ситуации и единственно чего я хотел, так это оказаться на другом месте и в другой реальности. Увидев краем глаза Есению Владимировну, я встрепенулся, как от холодного душа и поспешил за ней следом. Она следовала в сторону бани и мне подумалось, что у неё такое же состояние, как было у Катерины. Догнав Есению и извинившись за вмешательство в её дела, я без обиняков спросил: