Возможно, это все упростит. Если мое тело для него важнее всего, то, возможно, мне не нужно пытаться произвести на него впечатление большим количеством глубокой связи или отработанных техник.
— Окей, — Джимми протягивает руку, чтобы выключить лампу на прикроватном столике, погружая комнату в темноту.
Это тоже облегчит задачу. Что в комнате темно.
Он растягивается на своей половине кровати. Я чувствую на себе его взгляд, хотя и не могу его отчетливо видеть.
— Как ты хочешь это сделать?
Мое сердце колотится, как отбойный молоток. Пульс отдается в моих глазах и ушах. В голове у меня полная пустота, и единственное, о чем я могу думать — это совет Паулы, который она дала мне.
«Мужчинам нравится минет».
«Так что делай его почаще».
— О, — говорю я, наклоняясь, чтобы коснуться его груди. Она теплая. Шершавая. Приятная на ощупь. — Я могу…
Я слишком смущена, чтобы сказать это, но я опускаюсь прикосновениями вниз по его телу, пока не добираюсь до нижнего белья. Я провожу рукой по нему спереди и понимаю, что его пенис уже начинает становиться твердым.
Я чувствую, как он увеличивается, когда нежно провожу по нему через ткань.
Джимми резко втягивает воздух. Все его тело напрягается.
— Мы можем… Ты не должна… Мы можем… — он не может закончить фразу, потому что я стягиваю его боксеры до бедер и обхватываю пальцами его член.
Я сжимаю его — все еще нежно, поскольку на самом деле не знаю, насколько сильно это нужно для данного конкретного занятия — и он становится еще тверже, еще больше.
Это странно завораживает. Приносит удовлетворение.
Когда он становится настолько большим, насколько это возможно, я наклоняюсь и провожу губами по головке его члена. От него пахнет мылом — не тем, с ароматом груши, которым я пользовалась, а чем-то более простым — и в нем чувствуется легкий намек на его обычный, естественный аромат.
Джимми издает сдавленный звук, и его бедра приподнимаются с кровати.
Я поднимаю голову, чтобы посмотреть на него, желая убедиться, что его реакция положительная. Мои глаза привыкли к темноте, и я могу лучше его разглядеть. Не детали, а очертания его лица и тела и общее расположение черт.
Он пристально смотрит на меня.
— Хлоя, мы можем сначала заняться чем-нибудь другим, если хочешь.
— Тебе это не нравится? — может, я уже все испортила. В самый первый вечер. Черт возьми.
— Что? Ты думаешь, мне это не нравится? Ты не в своем уме? Конечно, мне это нравится. Но мы можем начать медленнее. Возможно, тебе будет легче. Я могу… Я могу кое-что для тебя сделать.
Я отмахиваюсь от его предложения, поскольку для меня важнее всего то, что он сказал, что ему это нравится.
Я снова наклоняюсь и на этот раз беру в рот поглубже.
Мои познания о мужской анатомии основаны только на том, что я видела в фильмах и интернете до Падения, а также на любовных романах, которые я читала.
На самом деле я не знаю, большой он, маленький или средний. Все, что я знаю — это то, что он ощущается большим в моей руке и во рту. Он слишком большой, чтобы поместиться у меня во рту, и я нервничаю, когда кончик находится так близко к моему горлу, поэтому не пытаюсь загнать его глубже. Я посасываю ту его часть, с которой могу справиться, и он еще раз слегка двигает бедрами.
Это пугает меня, но в то же время мне это нравится. Это похоже на жест беспомощности. Как будто ему это так нравится, что он не может себя контролировать.
Я посасываю еще немного. Ощупываю рукой основание его члена и яйца, надеясь, что он не разочарован моей любительской техникой.
Мышцы его бедер и живота ощутимо напрягаются. Он прерывисто дышит, и одной рукой хватает меня за волосы.
— Бл*ть, — хрипит он, двигая тазом. — Бл*ть, Хлоя. Если ты продолжишь так, я не смогу… Я не смогу… О, бл*ть!
Что-то внезапно меняется в его теле. Драматично. Его ноги дергаются, и он издает громкий, бессловесный звук, а его член пульсирует у меня во рту.
Затем у меня во рту резко появляются брызги эякулята.
Я кашляю и выпрямляюсь. Я ничего не могу с собой поделать. На мгновение мне кажется, что я сейчас задохнусь. Он еще не закончил кончать, и часть его спермы попадает мне на плечо.
— Бл*ть, — снова хрипит он. — Мне очень жаль. Не ожидал, что потеряю контроль так скоро. Ты в порядке?
— Да, — требуется всего минута, чтобы мое сердце успокоилось, а горло пришло в норму. — Я в порядке.
— Ты уверена? — он снова смотрит на меня, пристально, сосредоточенно даже в темноте.