— Да. Ты… Это было нормально?
— Нормально? Ты шутишь? Это было потрясающе. Как ты думаешь, почему я потерял самообладание за тридцать секунд, как озабоченный подросток?
Я хихикаю, испытывая облегчение и радость от того, что мои попытки не закончились полным провалом.
— Давненько я не делал ничего подобного, — говорит Джимми. Затем он будто ждет, что я что-то скажу.
Я понятия не имею, что сказать. Для меня нет никакого «давненько». У меня вообще никогда не было такого.
Но по какой-то причине я не хочу ему говорить. Не факт, что он знает о моей девственности, так что, возможно, он подумает, что я уже знаю, как доставить ему удовольствие. Что я действительно знаю, что делаю.
Проблема в том, что теперь, когда мы сделали минет, я понятия не имею, что дальше.
— Почему бы тебе не прилечь, — говорит Джимми. — Я могу кое-что для тебя сделать.
Что ж, это полезно. По крайней мере, мне не нужно самой придумывать, что делать дальше. Я ложусь на спину, укрывая ноги одеялом, потому что, несмотря на носки, они немного холодные. Я смотрю на его темную фигуру, которая перекатывается и нависает надо мной. У меня перехватывает дыхание.
Он замирает на полпути, опуская голову.
— Ты нервничаешь?
Я автоматически начинаю говорить «нет», но он прекрасно понимает, что это было бы ложью.
— Немного.
— Тебе не обязательно нервничать. Я знаю, я не из тех парней, к которым ты, вероятно, привыкла, но я не эгоистичный засранец. Я буду относиться к тебе по-настоящему хорошо. Так хорошо, как только смогу.
Я облизываю губы. Я никогда не считала его засранцем, и у меня нет других парней, к которым я привыкла.
— Спасибо.
Джимми продолжает придвигаться ко мне, и на мгновение мне кажется, что он может поцеловать меня, но он этого не делает. Он гладит мое лицо костяшками пальцев, а затем осторожно задирает мою ночную рубашку, обнажая мое тело.
Вокруг темно. Да, он, вероятно, может видеть часть меня. Так же хорошо, как я вижу его. Но детали будут скрыты.
— Ты очень красивая, — хрипло бормочет он, слегка касаясь одной из моих грудей.
Я понятия не имею, что на это сказать. От комплимента я чувствую себя хорошо, и мне нравится звучание его голоса. Хриплое. С большим количеством вибраций, которых обычно нет.
— Спасибо.
— Не стоит благодарить меня за каждую мелочь, знаешь.
— О, — у меня снова перехватывает дыхание, когда он проводит кончиками пальцев по моему правому соску. Это вызывает легкую дрожь в животе и даже ниже.
Джимми продолжает играть с моей грудью, и все становится еще приятнее. Затем он опускает рот к моему левому соску. Проводит по нему языком, а затем сильно посасывает.
Моя спина выгибается дугой, и я издаю странный тихий звук. Это смущает меня, потому что звучит почти по-детски. Я даже не знаю, откуда это взялось.
Он поднимает голову. Мне кажется, он улыбается.
— Видишь? Я же говорил, что смогу хорошо о тебе позаботиться.
— Я тебе поверила.
— Конечно, ты поверила, — мне кажется, что он все еще улыбается, когда снова опускает свой рот к моей груди. Он посасывает и дразнит ее, одновременно поглаживая другую рукой. Эти двойственные ощущения интенсивны и дезориентируют. Я задыхаюсь, извиваюсь и издаю еще несколько хныкающих звуков.
Через несколько минут он останавливается, и я могу расслабиться и глубоко дышать. Моя кожа кажется чрезмерно чувствительной. У меня ноет между ног. Ощущение пульсации. Я действительно хочу, чтобы что-то произошло, но мой разум слишком затуманен, чтобы сообразить, что делать.
Его большие руки скользят по моему животу, пока не оказываются на бедрах. Я слышу его тяжелое дыхание в тишине комнаты, когда он раздвигает мои ноги.
Я резко втягиваю воздух, когда прохладный воздух достигает моей киски.
— Ты не против? — спрашивает Джимми, и теперь в его голосе еще больше хрипотцы.
— Нет.
Он касается внутренней стороны моего бедра. Затем его пальцы скользят выше. Он раскрывает меня и проводит пальцем вверх и вниз по моей интимной плоти.
Я дергаюсь и хватаюсь за простыню под собой, мне нужно за что-то ухватиться.
Его палец двигается дальше, полностью проникая внутрь меня, а затем выходя, чтобы найти и потереть мой клитор.
Это так приятно… так необходимо. Я двигаю бедрами и начинаю тяжело дышать.
— Это весьма приятно?
— Д-да, — мне приходится сдержать еще несколько хныкающих звуков. — Приятно.
Он ласкает меня более целенаправленно, и я вся напрягаюсь и распаляюсь. Я сгибаю ноги и упираюсь ступнями в матрас. У меня перехватывает дыхание, и все ощущения в теле отдаются в киске.