— Да. Конечно, ты можешь войти.
Он заходит, одетый только в полотенце, обернутое вокруг талии. Увидев меня, он резко останавливается.
Стесняясь его пристального взгляда, я опускаю взгляд на себя.
— Твоя мама и остальные надевают что-нибудь поприличнее, вот я и подумала, что стоит попробовать. Моя грудь нормально смотрится в этом?
Его взгляд останавливается на том, о чем идет речь.
— Она намного, намного лучше, чем просто «нормально».
Я подавляю смешок.
— Я имею в виду, в этой кофточке. У меня нет лифчика, и я не хочу выглядеть неприлично. Было бы лучше, если бы мои груди были поменьше.
— По-моему, лучше и быть не могло. Они как раз правильного размера. Идеально.
На этот раз я не могу сдержать смех и краску удовольствия.
— Значит, я могу пойти в таком виде?
— Ты можешь надеть все, что захочешь, но я думаю, что ты выглядишь очень красивой, — его взгляд все еще скользит по мне, задерживаясь на моем лице и груди.
«Очень красивая», кажется, его высший комплимент, так что я не могла просить о большем.
Пытаясь выдернуть себя из довольного транса, я спрашиваю:
— Ты хотел, чтобы я подстригла твои волосы и бороду? Я могу сделать это сейчас, если ты думаешь, что у нас есть время.
— Да. Конечно, — очевидно, Джимми помыл и волосы, и бороду, пока принимал ванну, и они все еще мокрые. — Где нам лучше это сделать?
— Пойдем на кухню. Так будет легче убрать обрезки волос.
Я нахожу ножницы, которыми стригла свои волосы, и подхожу к столу, где на стуле сидит Джимми. Он выглядит немного напряженным, пока я осторожно расчесываю его волосы.
По какой-то причине я вдруг начинаю смущаться. Это кажется таким домашним. Интимным. Было бы проще, если бы Джимми что-нибудь сказал, но он этого не делает. Он сидит очень тихо, пока я подравниваю ему волосы.
Я не специалист по стрижкам, поэтому в основном просто убираю лишнюю длину и подравниваю кончики. Я высушиваю волосы полотенцем, а затем срезаю несколько выбивающихся прядей. Даже при моей любительской работе волосы смотрятся намного приличнее, а когда высохнут, будут выглядеть еще лучше.
— Окей, — говорю я, удивляясь, почему у меня такой хриплый голос. — Думаю, этого хватит. Я могу и твою бороду подстричь, если хочешь?
— Да, — Джимми произносит это слово так же хрипло, как и я. Затем он поворачивает свой стул, чтобы я могла дотянуться до его бороды.
Это еще более интимно. Уязвимо. Я стараюсь, чтобы у меня не дрожали руки во время работы. Я подстригаю его бороду намного короче, а затем продолжаю подравнивать, пока она не становится аккуратной.
У меня такое чувство, что Джимми все время не сводит с меня глаз.
— Ладно, — говорю я наконец, проводя руками по его бороде, чтобы поймать любые ускользнувшие от моего внимания пряди. — По-моему, выглядит нормально. Если тебе не нравится, я могу еще немного поработать над ней.
Он выглядит почти незнакомым с короткими волосами и аккуратной бородкой. Он не похож на помятого медведя, каким был всегда.
Это нервирует.
Джимми встает и подходит к зеркалу над туалетным столиком.
— Все в порядке? — спрашиваю я, следуя за ним в спальню.
— Да. Выглядит неплохо, — он проводит пальцами по волосам. — Здорово получилось. Ты отлично справилась. Спасибо.
— Нет проблем, — я облегченно улыбаюсь. — Я могу повторить это в любое время, — я отряхиваю свою водолазку и толстовку, чтобы убедиться, что на них не попали волосы.
— Думаю, мне лучше надеть что-нибудь приличное, раз ты такая хорошенькая.
— О, только если ты хочешь. Меня не волнует, если ты наденешь то, что обычно носишь.
Это заставляет его усмехнуться.
— Я думаю, это твой способ сказать мне, что моя обычная одежда не такая уж и приличная.
— Нет, я не…
— Я дразню тебя, Хлоя. Тебе не всегда нужно беспокоиться о том, чтобы не задеть мои чувства. Я не такой уж колючий, ты же знаешь.
Я смотрю на его лицо и расслабляюсь, когда вижу, что Джимми улыбается мне. Улыбается по-настоящему, что с ним бывает так редко.
— Я знаю, что ты не колючий, — говорю я ему, улыбаясь в ответ. — Но я хочу…
Я сдерживаюсь, чтобы не сказать то, что собиралась сказать. «Я хочу быть хорошей женщиной для тебя».
Или что-то в этом роде.
— Чего ты хочешь? — мягко спрашивает Джимми.
Он действительно хочет услышать ответ. Я вижу это по его лицу. Но, кажется, я не могу подобрать нужные слова. Наконец-то у меня получается.
— Я хочу быть доброй к тебе.
Его губы слегка приоткрываются. В его глазах что-то вспыхивает.