— Я… Я знаю.
Мой ответ, кажется, удовлетворил Джимми. Он вздыхает и тянется, чтобы привлечь меня к себе. Когда я прижимаюсь к нему, он, должно быть, чувствует мою нужду, потому что сжимает объятия и притягивает меня к себе, так что я ложусь на него сверху.
Мы долго остаемся в торопливых объятиях, пока тревожное трепетание внутри меня, наконец, не успокаивается. К тому времени член Джимми уже затвердел у меня между ног. Он не предпринимает никаких движений. Он явно решил, что сегодня у нас не будет секса. Но ощущение его эрекции пробуждает во мне потребность другого рода.
Я начинаю покрывать поцелуями его грудь, но он останавливает меня, приподнимая и переворачивая нас обоих, так что он оказывается сверху.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, смущенная и взволнованная этим внезапным движением. — Я собиралась…
— Я знаю, что ты собиралась, но мы не будем делать этого сегодня.
— Почему нет? — я, честно говоря, не уверена, означает ли это, что мы не делаем минет, с которого обычно начинаем, или что мы вообще не занимаемся сексом.
— Если ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, мы можем сделать это вот так, — он подвигается и оказывается между моих ног, которые автоматически раздвинулись, освобождая для него место.
— Окей, — мне не нужно ничего понимать, чтобы принять его решение. Если Джимми чего-то не хочет делать в спальне, я никогда не буду пытаться подтолкнуть его к этому.
Я знаю, ему нравится, когда я сосу его член, поэтому что бы ни происходило сейчас, это не помешает мне доставить ему удовольствие. Сегодня вечером он хочет чего-то другого.
А я просто хочу почувствовать его внутри себя.
Он дразнит мою грудь, пока моя киска не становится влажной и податливой, а затем вводит свой член в меня, опираясь на предплечья, чтобы не давить на меня всем весом.
Он смотрит на меня сверху вниз и начинает двигаться. Это ощущается приятно. Безопасно. Знакомо.
Он Джимми, и его место на мне, внутри меня, рядом со мной. Здесь его место. А не кого-то другого.
— Так нормально? — спрашивает он, уже слегка запыхавшись. Его таз покачивается ровно и мягко, а не двигается быстро и жестко, как он иногда делает.
— Да, — я обхватываю его бедра коленями. Одной рукой я вцепилась в его волосы, а другой обхватила его за шею сзади. — Так хорошо. Это то, что мне нужно.
Он издает горловой звук и дергает головой в сторону. Его движения ускоряются на несколько секунд, прежде чем он снова замедляет их.
Он большой и крепкий надо мной. Сильный, теплый и человечный. Теперь он дышит учащенно. Он напрягается, уже близок к тому, чтобы кончить.
Я прижимаюсь к нему своей киской, заставляя его застонать.
— Ты можешь кончить, Джимми. Я не достигну оргазма.
Это правда. Меня переполняют приятные чувства, но ни одно из них не является оргазмом. Это скорее ощущение безопасности, защищенности и заботы.
— Я могу подождать, — он снова замедляет темп, его черты искажаются от напряжения.
— Тебе не нужно ждать. Я не хочу кончать сегодня вечером. Я не могу… Я не могу сосредоточиться. Я просто хотела этого, и ты мне это дал. Так что теперь ты можешь кончить.
Он держится еще пару минут, но затем с хриплым стоном сбивается с ритма. В самый последний момент он вытаскивает свой член из моей киски, а затем сжимает его между нашими телами, пока кончает.
Он всегда выходит. Каждый раз, даже в те ночи, когда у меня месячные, и вероятность забеременеть невелика. Сегодня кажется, что он впервые едва справляется с этим вовремя.
Мне нравится, как беспомощно он дрожит. То, как он задыхается и стонет, преодолевая спазмы оргазма. То, как после этого он теряет силы и падает на меня сверху, прежде чем ему удается перевернуть нас на бок.
Я долго держусь за него и чувствую себя лучше, чем за весь день.
В конце концов Джимми спрашивает:
— Ты правда в порядке?
— Да. Теперь я в норме.
— Такое чувство, что я только что был немного эгоистичен.
— Это не так. Ты дал мне то, в чем я нуждалась. То, о чем я просила.
— Ты уверена? — он обнимает меня обеими руками, но уже не стискивает, а просто прижимает к себе.
— Я уверена. Спасибо, — я легонько целую его в плечо.
Это успокаивает его. Заставляет замолчать. Он глубоко вздыхает.
— Я рад, что ты в безопасности, — бормочет он после долгого молчания.
— Я тоже. Я рада, что ты здесь.
***
На следующее утро я чувствую себя лучше и больше похожа на саму себя.
На моей щеке все еще большой синяк, и она ноет. На самом деле сегодня я выгляжу хуже, чем вчера. Но во всем остальном я чувствую себя более стабильно и уверена, что смогу вернуться к нормальной жизни.