Неравная борьба продолжалась всего полторы минуты. Карина Кларк на последнем издыхании закатила глаза и отпустила чужие руки. Она больше не сопротивлялась. Ее мучитель наконец отпустил ее. Язык девушки выпал изо рта, а сама она, как тряпичная кукла, лежала на смятой постели. Безвольная и навсегда тихая девушка теперь никому не расскажет тайну, о которой узнала.
Глава 8
Мистер Дорн уже много лет имеет большие проблемы со сном. Но местная обстановка располагала к вполне благоприятному сну. Может, дело в том, что раньше он жил в квартире, а за окном большого города всегда кипит жизнь, даже ночью? Нет, дело далеко не только в этом. Однако здесь, вдалеке от цивилизации, мужчина наконец-то научился высыпаться и избавился от мигреней. Кошмары никуда не ушли, просто теперь он перестал просыпаться среди ночи в холодном поту. Они преследуют полковника до самого утра.
Сегодня он впервые за долгое время не мог уснуть. Вот уже как три месяца Кэмерон лишился соседа и вынужден жить один в большой комнате. Впрочем, жаловаться на это он не собирался. Дорн лежал на кровати и поглядывал на черное небо. Временами мимо пролетала листва, осыпающаяся с дерева, растущего в близости от дома. Постояльцы ни раз жаловались на него – просили срубить, а то ненароком свалится кому-нибудь на голову или на дом: выбьет окна и протаранит стены. Но директор эти жалобы всегда пропускал мимо ушей, ведь у него есть более важные задачи.
Сейчас Кэмерон медленно перевел взгляд на пустую кровать на другой стороне комнаты. Аккуратно заправленный плед покрывал пустое спальное место, и единственный, кто сподобился прилечь здесь – яркий ночной гость в виде лунного луча, пробравшегося сквозь тучи. Но, пробыв в комнату всего пару секунд, он унесся прочь, вновь скрываясь от глаз. Вдруг он услышал, как заурчало в животе. «Надо было все-таки поесть,» - подумал Кэмерон, вспомнив, что впервые за долгое время отказался ужинать.
Мужчина неспешно перевернулся на спину и прикрыл глаза. Он прислушивался, как за окном шумит ветер, как дышит дом, скрипя деревянными стенами и половицей, которые много лет уже прислуживают обитателям этого поместья. Тихая мелодия этого места потихоньку убаюкивала мужчину, и он задремал, провалился в шаткий и серый, словно дымка, сон. Он шел по мокрой дороге в тяжелых ботинках, и вода неприятно хлюпала у него под ногами. Мистер Дорн не видел своего отражения, но руки его были не такими, как сейчас, а почти на тридцать пять лет моложе. Он сжал кулаки и продолжил идти вперед, там мигали полицейские проблесковые маячки. Уже виднелась желтая лента, обтянутая на месте преступления, а чуть дальше – три трупа, накрытые черными покрывалами. Рядом с водой смешались лужи крови, ставшие черными от искусственного освещения. Мистер Дорн резко остановился. Дышать стало тяжело, он неосознанно потянулся к кобуре, висевшей на бедре. Хотелось сделать хоть что-то, хоть и знал – уже слишком поздно. От этого бессилия хотелось кричать, но изо рта лишь беззвучно вываливались клубы пара. Они летели вверх и растворялись, не отлетев на значительное расстояние. Дорн увидел приближающиеся к нему ноги и поднял голову. На него смотрела девушка, красивая была бы, если не ее белые глаза, мертвецки синие губы и испачканные в крови темные локоны. По бледной коже стекала кровь, а мертвая девушка совсем не замечала этого. Она молча наблюдала за мужчиной, а он, не в силах сдвинуться с места, разглядывал ее лицо, словно произведение искусства. Ее лицо вдруг скривилось устрашающей гримасой: она открыла рот и истошно завопила. Мистер Дорн закрыл ладонями уши и зажмурился, но голос лишь становился громче. Ее крик заглушал все другие звуки, он пробирался щупальцами из темноты и хватал его за горло. Кэмерон задыхался. А потом сумел открыть глаза.
Он все еще лежал в своей постели. По лбу стекали капли пота, но старик, ошарашенный минувшим сном, даже не обратил на это внимание. Он приподнялся на локтях и осмотрел комнату. Все осталось прежним, а за окном все еще бушевал ветер. Мистер Дорн сбросил одеяло и, кряхтя, опустил ноги на мягкий ковер. Немного придя в себя, он несколько секунд посидел на кровати, а потом с трудом поднялся. На другом конце комнаты стоял графин, наполненный водой, и одинокий сухой стакан. Мужчина наполнил его и осушил одним глотком. Поставив стакан на место, он развернулся в сторону постели, но его вниманием завладел инородный звук, никак не вписывающийся в рамки привычных. Это было похоже на шарканье, и, как сказал бы бывший полковник: «Словно кто-то тащит труп». И звук тот доносился сверху – именно там располагаются комнаты для персонала. Старик нервно мотнул головой, сбрасывая наваждение – это не более, чем додумки из-за профессионального опыта.