В эту секунду Лана подумала о Мике. Она не знала, где он и что с ним сделал Оуэн Митчелл. Неужели он уже расправился с ним и теперь взялся за нее? От этой мысли ей становилось еще сильнее не по себе. Ее бледное лицо покрыло испариной, а в ушах громко стучало сердце. Сквозь этот шум и ураган, бушующих где-то снаружи, девушка услышала до боли знакомый голос:
- О, ты уже проснулась?
Лана замерла, перестала дышать, словно испуганный ночной зверек, попавший на свет фар на трассе, а автомобиль на огромной скорости несся прямо на нее. Лана медленно повернула голову и застала Оуэна Митчелла, расстегивающего свою рубашку синего цвета. На его губах играла ехидная ухмылка, когда он взялся снимать запонки на рукавах.
- Что язык проглотила? - Не отрываясь от дела спросил мужчина. - Ну, ничего, это дойдет.
- Ч-что вам нужно? - прошептала Лана.
- Ты первая, кто задал правильный вопрос.
Мужчина оперся спиной о столешницу, продолжая расстегивать рубаху. Он никуда не торопился: это было видно по его ленивой речи и тому, как медленно он избавлял себя от рубашки, словно смакуя этот момент.
- Обычно все просят отпустить их, почему выбор пал именно на тебя… Но ты уже и так все знаешь, верно?
- Где Мик? - задала ответный вопрос девушка, мысленно молясь, чтобы с ним все было хорошо.
- Не здесь. Как ты видишь. Я приведу его позже, когда закончу с тобой. Пускай посмотрит, что я сотворю с тобой, - засмеялся мужчина.
Директор Митчелл вопрос и избавился от нательной майки. Лана Фрэй увидела едва заметные шрамы под грудью, словно недавно ему делали операцию. На боку тоже были видны рубцы, но они почти зажили, будто его оперировали уже несколько лет назад.
Лана проглотила невидимый комок, не отрывая взгляд. Директор Митчелл заметил ее взгляд и подошел чуть ближе, от чего девушка невольно вздрогнула, желая оттеснить подальше, но оковы этого не позволили сделать.
- Тише, малышка, я тебя пока не трону…
- Видишь это? - он указал на шрамы в левой верхней части туловища. - Это подарок от моего друга Джексона. Новая селезенка. А это, - теперь он указал на более свежий шрам в верхней правой части живота. - Новую печень подарила мне рыжая красотка… Тина.
Лана почувствовала ледяное дыхание смерти на своей щеке. А может, это было дыхание директора Митчелла?
«Всего лишь запчасти… Мы для него запчасти…» - подумала она в ужасе.
- А ты подаришь мне то, что отдала своему драгоценному Мику. Догадываешься, о чем речь?
Девушка закрыла глаза на миг:
- Мое сердце…
- Умничка.
Мужчина похлопал ее по плечу, отчего девушка невольно вздрогнула. Она проследила, как он вернулся к столу и взял оттуда прозрачный фартук, вырезанный из клеенки.
- Ты всегда была моей любимицей, жаль, что все-таки придется замарать и об тебя руки…
- Почему так много людей? Не проще ли взять все, что нужно у одного человека?
- Твой вопрос очень логичный. И для этого нужно знать много деталей. Ночь длинная, а я не уверен, где сейчас твои друзья, так что… а мне так хочется поделиться своими мыслями с тем, кто меня поймет.
- Думаешь, я тебя пойму? - фыркнула Лана.
- О, нет, не в этом ключе. Ты точно оценишь мой гений… - мужчина постучал пальцем по своему виску и снял с носа очки.
- Я изобрел вечную жизнь, моя дорогая. Но гениев всегда призирали, считали чудаками, а вместо всемирной славы я получил изгнание… Глупые людишки, - мужчина фыркнул, отведя взгляд в сторону. - Даже моя жена отвернулась от меня, ушла, оставила меня одного, когда застала за экспериментами в нашем погребе… Об этом узнали все в нашем маленьком селе, они решили, что местный доктор Франкенштейн. И они решили устроить самосуд. Решили убить меня. Меня! – теперь он кричал и сорвался с места.
Лана боялась, что попадет под горячую руку, но тот лишь начал расхаживать по комнате, продолжая свой рассказ.
- Я создал себе новую жизнь, работал в больницах, и поначалу все шло хорошо, пока власти не придумали, что даже смерти пациентов нужно расследовать. До сих пор не понимаю, для чего копаться в причине смерти больных… И тогда я нашел идеально прикрытие…
- Дома престарелых… - перебила его девушка. – Потому что здесь старики умирают постоянно.
- Бинго.
- Но для чего тебе старики?
- Видишь ли, моя милая Лана, у них с годами скапливается очень полезная жидкость, вот здесь, - он указал в зону сонной артерии. – Прямо тут. Невероятная штука, благодаря ей шрамы после операций затягиваются невероятно быстро. Беда в том, что мне нужно все – без остатка. Бедные старички не выживают после этого.
- Мы ушли от темы… Почему так много жертв среди нас?