обманул, — покаялся парень, свесив голову.
— Зеркало… — протянул задумчиво капитан: новость. Ценная информация или
выдумка ослепшего от любви пацана? Надо проверить. Как? Да, что далеко ходить?
Профессор Зелинский! Свихнут на мифах старикан из старой гвардии Паранорма. Как
раз в этом городе живет!
— Сегодня она прилетит?
— Не знаю. Она прилетает, когда хочет, без предупреждения и так же улетает. Но
я жду ее каждый день. Так что вы придумали, дядя Игнат? Как ей помочь, вырвать
из лап этого упыря?
— Посмотрим, вьюношь, — с серьезным видом заверил капитан, вставая. —
Обнадеживать пока не буду, сначала с ребятами проконсультируюсь. Встретимся
вечером.
— Дядя Игнат, не нужно другим про нее знать, — забеспокоился парень.
— Понятно, можно и не прямо поспрашивать, — заверил его Игнат, успокаивая. —
Но скорей всего, красавицу твою придется взять и на пару недель поместить в
больницу. Организм-то промыть и восстановить нужно, сам соображай.
— А если кто-то узнает?
— Успокойся ты. Ничего твоей зазнобе не сделают. Вернут человеческий облик и
выдадут тебе на руки. Готовься к свадьбе, племяш.
Игнат облегченно вздохнул — дяде он верил. Тот, по мнению парня, на подлость
способен не был, и если что обещал — исполнял. И если о свадьбе заикнулся —
значит, точно можно лететь в ювелирный и выбирать кольца. Юношу подкинуло, он
спешно направился к выходу, не дожидаясь, пока мужчина расплатится с официантом.
— Профессор Зелинский? — заглянул в аудиторию капитан. Оглядел старика, что
застыл при его появлении. Прошел к нему, показал удостоверение. — Где бы нам с
вами поговорить без лишних ушей?
— А-а! — очнулся тот, засуетился, складывая лекционные тетради. — Сейчас,
минутку. Да, да. Пойдемте в мой кабинет.
Указал на дверь у окна, пропуская мужчину. Они прошли в маленький, но уютный
кабинетик, заставленный книгами, сели за стол, друг напротив друга:
— Ну-те-с, чем обязан, господин капитан?
— Мне нужна информация о вампирах, в частности, о воздействии на этих тварей
обычного зеркала.
Кустистые брови Зелинского взметнулись вверх:
— Простите, чем вызван интерес?
— Профессор, вам еще раз удостоверение показать?
— Нет, я понял, кто вы, но… чтоб получить подобного рода информацию нужна
санкция свыше. Простите, капитан Гнездевский, я не вправе разглашать информацию
без личного устного и письменного указания начальника Паранорм или полковника
Горловского, курирующего данный отдел. Вы должны это понимать.
— Нет времени на затребование санкции. Вы получите ее, обещаю, но вечером.
Устроит?
— Нет, — упрямо качнул головой старик.
— Вот как? — нехорошо посмотрел на него Игнат. — Тогда мне придется написать
на вас докладную. А в случае провала готовящейся операции вы будете нести за это
ответственность.
— Глупо пугать старика, — с укоризной посмотрел на него Адам. — Давайте не
будем дискутировать попусту. О своих правах и обязанностях я знаю не меньше, чем
вы о своих. Наши с вами прения ни к чему не приведут, лишь отнимут время. На что
мне, собственно, все равно. Спешить некуда. А вам, я так понимаю, дорога каждая
минута.
Почему старики такие нудные?! — с шумом вздохнул Гнездевский, с трудом пережив
тираду Зелинского.
— Хорошо, что вы предлагаете? У меня действительно нет лишнего времени. И цель
настолько важна, что вы представить не можете, — решил немного приоткрыть карты
капитан и тем подвигнуть старика к откровенности. — До начала операции осталось
несколько часов, а еще не имею четкого плана действий. Из-за вас. Нужна
информация.
— Я отвечу вам на все вопросы, но первое — вы обязуетесь предоставить
письменное разрешение на раскрытие вам некоторых секретных фактов, пусть и
задним числом. Второе, поведаете, к чему такая спешка. Извините, я зело
любопытен, капитан, тем более тема, интересующая вас, всецело связана с
исследованиями, на которые я потратил всю свою жизнь.
`Пф-ф… Шантаж? Силен старик'… - повторно вздохнул Игнат и с готовностью
кивнул: я тебе что угодно расскажу, только будь краток, а?
— Что ж, удовлетворите мое любопытство, я удовлетворю ваше.
— Давайте наоборот, — предложил капитан.
— Я не стану торговаться. Согласитесь, это неуместно. Зная методики общения
спецотдела, могу предположить, что, выведав у меня нужную вам информацию, вы тут
же исчезнете с поля моего зрения, в лучшем случае, отвесив поклон. Следовательно,
договор не будет выполнен, я останусь ни с чем, мучимый любопытством. Но если я
иду на послабления вам, то естественным образом желал бы получить за то мизерную
плату…
— Стоп! — хлопнул ладонью по столу Гнездевский. — Ну, профессор… Мы
планируем взять живого вампира. Очень опасного матерого упыря, что сделал этот
чудесный городок своим пристанищем.
Адам хлопнул ресницами и побледнел, сообразив, о ком идет речь.
Гнездевский же решил, что старик испугался за себя и своих близких, не ведающих
о подобной опасности.
— Мы сегодня ликвидируем их гнездо, вам нечего опасаться. Ваши близкие смогут
спокойно жить, ходить по вечерам. Но вы должны помочь мне, обеспечить их
безопасность.
— Где же обитают вампиры?
— Понятия не имею. Но скоро выясню.
— Тогда как вы собираетесь их взять?
— Вы слишком много спрашиваете, — осек его Игнат.
— Нет, мне просто кажется, над вами кто-то подшутил. В нашем городе нет
представителей столь уникальных существ, иначе я бы знал. Вы задействуете
огромные силы, поднимите специалистов, а в итоге получите пару разнузданных
юнцов, обкурившихся на дискотеке. Фанатов какой-нибудь особо вызывающей рок-группы
или членов кровавой секты. Вас поднимут на смех. А могут и выговор устроить,
разжалование.
— Ничего подобного. Меня ждут повышение и награда за хорошую службу Отечеству,
— с высокомерием сказал Гнездевский. — Я точно знаю, за кем охочусь, и знаю,
что возьму их. Информация абсолютно достоверна, влюбленный юнец не будет гнать
дезу. И так, профессор, каков механизм воздействия зеркал на вампиров?
— Никакого, — тихо ответил старик, закаменев. — Есть теория, базирующаяся на
поверье, что зеркала парализуют мозговые процессы вампиров, но лишь в очень