История про крысу сначала утомляла, но постепенно оформилась в план. Вот чем надо старушку припугнуть. Даже идея с резиновыми перчатками была кстати. Осталось воплотить. Ну и парнишка, разумеется, в просьбе дать одну крысу не отказал.
Трудности были с отравой. Нужно было как-то рассчитать дозу. Живую крысу сложно подкинуть незнакомому человеку в квартиру, если этаж не первый. Мертвую было бы не так эффектно. Хорошо бы в крови, но с ядом проще недоубить. Сосед прикинул и озвучил дозу. Вроде все вышло гладко. Правда, противная Аглая не визжала. Теперь нужно было оставить объяснительную записку, чтобы она поняла, что крыса — метафора ее будущего, если она не остановится.
Она слышит разрыв. Всегда.
Даже когда его пытаются скрыть, она знает: эта пара не продержится долго.
Так было и сейчас.
Она собиралась, побросав все в большую сумку, даже бутерброд и термос с крепким сладким чаем сунула без дополнительной упаковки. Перекинув толстый длинный ремень через плечо, крикнула в комнату:
— Я ухожу.
И не отреагировала на встречное «опять». Она сбегала в новое увлечение, оставляя его дома. Еще любя, но уже на грани развода. Ей не хотелось этого, она всем на курсах сказала, что замужем и все попытки заигрывать прекратились. Немного жаль.
Свобода, думала она, сбегая по ступенькам вниз. Еще двадцать шагов внутри этой коробки, которая ведет в квартиру и — свобода. Там нет проблем, неправильно выглаженных воротничков, недовольство температурой чая или произношением. Только творчество и учитель, которому вообще все равно, кто перед ним: мужчина, женщина, ребенок, старик. Только работай. Снимай, лови момент, ищи освещение, останавливай мгновение.
Конечно, она решила, что это передышка. Всем нужны такие. У него же есть его футбол. Потные громкие мужчины, экспрессивные комментаторы, труднопроизносимые фамилии, полтора часа напряженного вглядывания в экран. Чипсы и пиво для снятия спортивного стресса.
Но мы любим друг друга, разве не все пары проходят через кризисы? Год, три, особенно семь, и так далее? Новый этап отношений, новые позы в редком сексе, новые рецепты пирогов и запеканок. Бывает и хуже. Он всегда ждет меня в супружеской постели, всегда прижимается во сне, до сих пор невероятно пахнет. Ничего страшного.
Аглая слушала внимательно и понимала: разрыв, разрыв. Болезненный развод, долгое восстановление, помощь извне отрицается, ничего не выйдет.
Общий ребенок, милый и непосредственный, впитавший черты обоих, несмотря на вечные споры бабушек, никаких родительских проекций, вообще не верю во всю эту околопсихологическую чушь. Все проще: любить, развивать, не заставлять есть или умываться, если сильно упирается. Минимум сладкого, разумеется. Овощи в основе. Много книг по воспитанию в бэкграунде.
Конечно, сложнее всего устанавливать границы. Было. Сначала. Но родители мужа — отдельно, и у них просто все не так. У нас дома — правила для нормальных людей. Там — зона, свободная от правил.
Устала. Все сама. Все на мне. Никакой инициативы, никогда. До смешного доходит. Ну, вот мебель, к примеру, давно пора поменять. Все разваливается буквально от взгляда. Нужно найти, показать, дождаться равнодушного кивка, заказать, нанять спецов, отменить планы. Все устроить. Нет, ничего. Спасибо, там, стало лучше — глупости. Никогда.
Новые увлечения? Нет, все старые. Просто были недоступны в период младенчества милого и непосредственного общего ребенка. Сейчас — все. Можно себе позволить. Ночная жизнь, музыка, стильные интерьеры новых кафе, новые меню, никаких ограничений по калориям. Чаще на машине, редко пешком и с алкоголем. Но всегда в большой и веселой компании, высокий интеллектуальный уровень, гражданская активность, грамотная речь, политические дебаты. Есть чем заняться до утра. Ему скучно, а дома новый диск с игрой. Ассасины. Стратегии? Может быть, что-то вроде. Прыжки, ужимки, много действий, труднопроходимый уровень, Димон в помощь и какие-то разговоры про сохранить сокровища и спасти жителей. Не знаю. Все в периметре обновленного дивана!
Сложные отношения со свекровью. А у кого простые? Недавняя дружба в соцсетях, попытка вовлечения в деятельность. Никакого интереса к пиару и продвижению, в удаленной работе никто не видит тяжкого труда. Ну и ладно. Не все интересы нужно разделять. Ведь для этого существуют друзья.
Аглая слушала и понимала: разрыв, разрыв. Оба будут делать вид, что развод — тоже дело житейское и можно прекрасно сохранять хорошие отношения, никому не видно, что улыбка натянута так, что застывают мышцы. Ребенок, конечно, ребенок. У него будет и отец, и мать, никто не хочет сделать ребенка сиротой. Иногда родители живут отдельно.